Александр Леонидов. Аффект бабочки (18+)

28.08.2017 22:33

АФФЕКТ БАБОЧКИ

(Почти по Р. Бредбери [1])

 

 

На окне кухни росли и полыхали алыми языками перцы-чили. Срывая один такой продолговатый стручок на задуманный «особый» борщ, Ольга Анатольевна Имбирёва раздражённо думала, что хорошо бы задать перцу своему мужу. И не только в супе. Потому как он достал! Реально достал!

Дома он только на диване лежит или курит в своей курилке-башенке! «Карлсон, который, смолит на крыше»… Да, на несостоявшемся, вылупившемся только тесной беседкой «третьем этаже» простенького коттеджа, про который предполагаемые тесть с тёщей старшего сына, банкир с банкиршей, говорили между собой – «дом колхозника».

То есть, конечно, Ольга не слышала, чтобы они вслух так говорили, не при ней же откровенничать… Но между собой, у себя в «палаццо» на речной набережной Сараидели – наверняка звали этот домик на улице Травной «домом колхозника»… Даже если сейчас так не зовут – потом назовут…

Потому что хозяин живёт в доме на правах кота! То он спит, то на шиферной крыше загорает… А покрыть её черепицей, как все нормальные люди, даже не думает! Вот вернётся из своей командировки в Кустанай – она ему всё выскажет! Хватит, заласкала, словно домашнего любимца, только что тапочки ему в зубах не носит! Дорого ему после Кустаная этот борщец домашний встанет!

Целую неделю муж был в Кустанае. Ну чего, скажите не милость, депутату горсовета делать в этом городишке? Это ведь даже не Россия! Наверняка там в номере отеля бухает, если не похуже чего! Главное, нормальные депутаты едут – кто в Швецию, кто в Прагу, а кто и в Рим – «опыт изучать»… И жён берут… Этот же один, пламенный комсомолец, попёрся в Кустанай, раз велели… Другие-то нашли возможность уклониться, а на Ваню-дурака любой хомут вешай, дурака работа любит… А крыша шиферная… Не ондулин даже, хотя за ондулин перед Саргизяновыми (предполагаемые сватья) было бы тоже стыдно…

Целую неделю сказочный Иван-дурак был в нелепейшем Кустанае. Там много узкоглазых баб. Казашек много там. Учитывая биографию муженька – такого в Кустанай пускать, всё равно, что лису в курятник! А весь дом на Ольге, на одной только Ольге, семейный бизнес на Ольге… Пока этот «народный изгнанник» изучает опыт водопроводных систем в Кустанае – домашний слив Ольга должна прочищать!

У Олега (старшего) в голове – ветер и его Айгуль. Больше ничего не понимает, учебник по пекарскому делу, чтобы в пекарне рабочие не дурили – выписала аж из Питера, так он и не открывал доселе! Наташка возвращается домой всё позже, того и гляди в подоле принесёт… Савва (младший) в лицо издевается. Научила его, что когда тебе что-то предлагают, а тебе не хочется, говорить просто «нет» невежливо. Нужно отвечать – «нет, спасибо!».

Усвоил, стервец. Скажи ему теперь – «Савва, собирай, игрушки», или «Савва, садись уроки учить» – улыбнётся отцовской улыбкой и выдаст:

– Не-е, спасибо!

Домашние всю неделю накручивали Ольгу. Подруги, которых она, за временным неимением мужа, пригласила «посидеть вечерком» – посмеялись над тем, что в гостиной и на кухне очень сильно стали скрипеть половицы.

– Олька! А у тебя на первом этаже сигнализация на грани фантастики! Куда не ступишь – кряк-кряк!

Ну, понятно, почему скрипучие половицы: хозяин дома один раз положил «таркетт» – имитацию паркета, когда дом строился. И больше не прикасался: не царское это дело! Годы идут, лаги разбалтываются, скрип усиливается…

Отец и мать Ольги сыпали ей соль на рану, тревожно склоняя головы и «всеподданнейше донося»:

– Оленька, ты скажи Ивану.. Краны-то текут… На обоих этажах протекают!

Как будто она этого без папы, Анатолия Эдуардовича, не знает! Каждый вечер – когда смолкнут в доме все звуки, имеет сомнительное «удовольствие» слушать капель, отнюдь не весеннюю, заметим!

– Кап! – гулко басит кран в близкой ванной, примыкающей к спальне, где бедная жена на большой кровати спит совсем одна (чертов Кустанай!).

– Кап! – тихо и пискляво отзывается кран внизу, на первом этаже, под спиральной дубовой лестницей, куда ходит Савва, всегда забывая закрывать дверь…

Мать Ольги, Нина Павловна, со своей стороны настаивала, робко, но последовательно (то есть не один раз):

– Олюш! И канализация скоро встанет намертво! Уже «ведьмой» (так мама звала вантуз) пробить почти невозможно! Надо и с выгребной ямой что-то делать…

Да разве это проблемы?! Краны починить – дело одного дня… Пусть возьмётся, ещё до того, как борщик кушать! И плевать, что устал после командировки… У него всё время отговорки всякие… Превратили дом в лачугу, словно в общежитии временно живут…

А вот другое. Одинокая в ночи, Ольга думала тревожно: «Сейчас Олежка… не сегодня-завтра… женится! А живёт он в детской комнате, вдвоём с Саввой! Среди трансформеров и черепашек-ниндзя… Надо какой-то пристрой делать! Он же в «примаки» уйдёт, у его Айгули семья богатая, папа банкир… Они с радостью заберут – чтобы нам стыдно сделать!»

Новости по огромному телевизору в гостиной тоже сулили Ольге огромные проблемы. В том смысле, что не семейные, а, так сказать, общенародные. Ольге всё больше казалось, судя по бравурным репортажам, что Путин «сдулся» и чрезмерно потакает американцам… И что кончится это ужасно… Надо спросить у Ивана – так ли это и что с этим мужики России делать собираются?

 

*  *  *

 

Накрученная роднёй, подругами, и сама себя накрутившая, Ольга встретила мужа строго.

– Иван! – поджала губы и отстранила его объятия. – Мне нужно с тобой серьёзно поговорить…

Но он не поддался. Он подхватил её на руки и утащил в спальню, на ходу стаскивая одежду с себя и с неё…

– Потом, что угодно! Я тебя целую неделю не видел! Голодный, как зверь…

Сперва она думала дать бой, но, как мудрая женщина поняла, что с голодным мужчиной о серьёзных делах говорить невозможно… Вон и в сказках пишут – «сперва молодца накорми, в баньке попарь, спать уложи – а потом уж и дело пытай!»

Да, чего греха таить, она по нему тоже соскучилась…

В общем, вместо семейных разборок они оказались в семейной кровати, на втором этаже. Кровати, которая имела на спинке шары – пробившие в стене две лунки, что тоже было проблемой домоводства. Спинка постоянно билась в стену, содрала обои и выдолбила желобки в силикатном кирпиче перегородки… И стыдно, и некрасиво, нужен ремонт, зашпаклевать нужно…

Но это потом… Ладно… Приехал мужик, чего его с порога грузить…

 

*  *  *

 

Первая «волна» оказалась очень мощной, Ольге даже почудилось, что сердце сейчас остановится. По всему обнажённому телу побежали мурашки удовольствия. Как в меду искупалась! Ладно, это дело не в первый раз, надо сейчас про краны… текут краны…

Прислушавшись, Ольга заметила, что краны перестали капать. То ли они сами «закипели», как говорят сантехники, то есть наполнились соляными осадками и перестали протекать… То ли слух у Ольги Анатольевны, «контуженной» первой волной, ослабел. Они, может быть, и капают, как раньше… Но чё-то уже не слыхать…

Так, если подумать, невелик убыток-то… Вода, конечно, по счётчику, но много ли в капле кубометров? Не слышно капели – и Бог бы с ней…

Надо бы поговорить о скрипучем, протёртом «таркете» – потому что гости жалуются… Но теперь, после «купания в меду», Ольге всё представилось в ином свете. Её свекровь – очень вредная старуха. Любит подслушивать…

– В пору моего детства, в 80-е, таких называли «бабка-подслушка»… – сказала себе Ольга. – Если половицы скрипят – они ей подслушивать мешают, шпионить… Пусть и дальше скрипят, мне с Ванечкой спокойнее… Как они скрипеть начали – свекрушня к нам по ночам подбираться к двери перестала… Сдают её половицы…

Муж перевернул обессилевшую женщину со спины на живот, и накатила вторая термоядерная волна, разлившаяся тёплым глинтвейном снизу до самых зарубиневших хорошеньких ушек…

Тяжело, прерывисто дыша, как после стометровки, вмявшись щекой в увлажнившуюся от пота подушку, Ольга думала о других проблемах: «А чё я буду к нему со сливом приставать?! Есть же эти всякие там… Почасовые агентства… Халтурщики… Шабашники… Позвоню днём, пока он на работе… Они придут с тросиком, трубу прочистят… У них и оборудование профессиональное, а у Ванюши какое оборудование? Висит в гараже тросик для канализации, но весь ржавый, может, уж и не размотать его…»

Вслед за решением проблемы канализации пришло в голову блаженно улыбавшейся женщины и решение проблемы отдельной комнаты для старшего сына: ничего не нужно отгораживать, а просто сделаем пристрой из канадского калиброванного бруса, сбоку, там ничего делать не нужно, только позвонить и вызвать… Ну, деньги, конечно… Однако же муж зарабатывает прилично (теперь ей уже казалось, что вполне прилично)…

«А чё парится-то? На первое время хватит это “сладкой парочке”, мы тоже в ремонте среди строительных козел с Ваней начинали жить…»

Постигло полное равнодушие и к судьбе шиферной крыши коттеджа. Какое ей, Ольге, дело, чего будут говорить эти жулики Саргизяновы? У них только товар, купец-то у нас! Если что не нравится – валите! У нас с Иваном такого жулья в тести набивается – хоть палкой гоняй!

Теперь, скользя руками по его влажной коже, Ольга уже думала не ругать дочь за её вечеринки, а игриво, понимающе подмигнуть ей. Чё, сама не такая была?! И младшенький, с его «нет, спасибо!» – уже не раздражал, а умилял…

В общем, по дому после «второй волны» вопросы как-то сами собой рассосались. Плохие полы стали полезными, старая крыша – новой, краны «закипели», а канализация прочистилась магически, хоть газ по ней, взамен Украины, в Европу гони…

Кстати, насчёт Украины… Ольга хотела поговорить с мужем о жестах Путина, показавшихся ей, коренной русачке-казачке слабыми… Это же не к мужу претензии, а как бы так, домашний разговор… Не в ссору, а для поддержания общения…

Но тут муж лёг на широкую спину, Ольгу сверху посадил, и пошла, как у Брэдбери, «третья волна». У великого фантаста волны из прошлого смывали реальность и заменяли её совсем другой. Нечто подобное происходило и в этой спальне…

Необыкновенно долгая и сладкая волна смыла все тревоги и подменила незавидное прошлое Ольги. Словно бы кто удачно в триасе бабочку раздавил, и все события мировой истории перенаправил к благу! Уже и про Путина Ольга решила, что не бабьего ума это дело… Муж захочет – расскажет… А не захочет – сам разберётся…

 

*  *  *

 

Когда муж насытился своей половинкой и упившимся вампиром отвалился набок, Ольга была уже в совершенно ином мироздании. В этом мироздании ярко светило Солнце, сделавшее Урал чем-то вроде курорта Сочи… Вместо лачуги Ольга оказалась в доме своей мечты, где каждая деталь соответствовала её вкусу и имела своё назначение.

– Оль… – спросил муж, отдышавшись, несколько приходя в себя. – Чего ты хотела спросить?

– Что? – у неё перед глазами всё плыло и расходилось радужными кругами, как будто она в один присест опорожнила бутылку лучшего шампанского.

– Ты хотела со мной серьёзно поговорить!

– Я хотела? – удивилась Ольга с женской непоследовательностью.

– Ну, ты чё? Когда я приехал… Ты сказала – хочу с тобой, мол, серьёзно поговорить…

– А-а… – широко и сладко улыбнулась жена. – Вань, это очень серьёзно, ты, пожалуйста, не манкируй… Я хочу тебе завтра борщ сварить сразу и с фасолью, и с болгарским перцем… Хочу попробовать и то, и то положить, ты как думаешь?

– Главное, чтобы мясо было! – с мужской тупостью отреагировал он на такой важный разговор.

– Мясо само собой! – отмахнулась Ольга. – Там мама очень хорошую баранью ногу купила… В морозилке… Отличная нога… Хоть на кебаб бери! Так что насчёт мяса – комар носа не подточит, Вань… Меня другое, Вань, волнует… Очень меня, Ваня, волнует, только ты не смейся…

– А что беспокоит так мою кошечку?!

– Вот, Вань, понимаешь… Вот я не знаю… Ну, вот как ты скажешь… Короче, проблема такая: картошку со свёклой резать соломкой или кубиками?

– В прошлый раз как у нас было?

– Соломкой…

– Ну вот и выход из трудной ситуации! Давай теперь кубиками режь, чего париться-то, я не понимаю?!

– О’кей, мой капитан!

 

*  *  *

 

Вот так… Смутно помнилось, что в прежней Вселенной ей хотелось поговорить о чём-то другом… Но потом прошли эти волны хронологических парадоксов…

И сейчас, на сырой подушке, ей кроме борща ничего больше в голову не приходило…

16.08.2017

 

Примечания:

 

[1] Понятие «эффект бабочки» ввел великий американский фантаст РэйБрэдбери в своем рассказе «И грянул гром». По сюжету, человек, приехавший в прошлое на экскурсию, раздавил там бабочку и, вернувшись, не узнал своего настоящего, настолько все изменилось.

 

© Александр Леонидов (Филиппов), текст, 2017

© Книжный ларёк, публикация, 2017

—————

Назад