Евгений Рахимкулов. Икра

04.11.2016 15:52

ИКРА

 

Икра стоила до неприличного дорого. Но я всё же позволил себе взять баночку. Хочется же иногда почувствовать себя буржуем, который ест ананасы, жуёт рябчиков и мажет толстенный слой икры на тонюсенький кусочек хлеба. К тому же надо было чем-то кормить сына. Жена уехала к родне в деревню, а я никогда не был спецом в кухонных делах.

Словом, вопрос с ужином решился просто. К гастрономическому символу благополучия добавились пачка масла и свежий батон. Через десять минут я уже забирал Сашку из садика, а еще через двадцать мы уютно сидели на кухне, слушали, как сопит чайник, и я, наконец, почувствовав себя тем самым буржуем, лепил круглые ярко-оранжевые бутерброды.

– Нравится? – спросил я, наблюдая, как сын, до ушей вывозившись в икре, уплетает бутерброд.

– Угу.

Я улыбнулся. Отчего-то сразу вспомнилась былая холостяцкая жизнь, как мы с друзьями сперва в общаге, потом в армии вот так частенько одними бутербродами питались. Не с икрой, правда, поскромнее. И ведь здорово же было! Тут главное что-нибудь согревающее под рукой иметь… и жизнь покажется сказкой. В шкафу у меня стояло полбутылки коньяка. Но я тут же отогнал эту мысль. При ребёнке ни-ни.

– Пап, а пап! – Сашка потянул ручонку за очередным бутербродом.

– Чего?

– А что это мы такое вкусное едим, а?

– Это, сынок, икра… – я покрутил в руках пустую банку и добавил задумчиво, – красная, лососёвая…

– А-а-а.

Сашка снова заработал челюстями.

– Пап, а пап! А что такое икра?

– Икра, ну, это… как тебе объяснить… Это такие маленькие домики, из которых вылупляются рыбки.

– Яйца, что ли?

– Во-во, точно. Это рыбьи яйца.

– Так много?! – удивлённо воскликнул Сашка. – И такие маленькие!

Он взял икринку и стал смотреть её на просвет, пытаясь разглядеть внутри рыбку. Но рыбки не было видно. Тогда он отодвинул от себя тарелку с бутербродами.

– Я не буду есть.

– Почему? Не нравится?

– Я не хочу есть маленьких рыбок. Я положу икру в банку с водой и буду ждать, когда они вылупятся.

– Но понимаешь… – попытался я объяснить, – они не вылупятся. Хоть целый год прождёшь, не вылупятся.

– Почему?

– Потому что эта икра неоплодотворённая.

– А что значит неоплодотворённая?

– Ну, – я почесал затылок. – Дело обстоит так. Мама-рыбка откладывает икру, папа-рыбка её оплодотворяет, и тогда через какое-то время из икры вылупляются маленькие рыбки.

– Да?! А как он её оплодотворяет?

– Ну… как тебе объяснить… Плавает рядом и хвостом машет.

– И всё?

– И всё. А наша икра неоплодотворённая. Её оплодотворить не успели. Поэтому рыбки из неё не появятся, её есть нужно. Жуй давай!

Сын неуверенно потянулся за бутербродом.

– Пап, слушай! – лицо его засияло прям, как у Ньютона, почёсывающего затылок после того самого яблока. – Пап! Тогда ведь получается, чтобы цыпленок вылупился, яйцо тоже оплодотворить нужно?!

– Логично, – согласился я, радуясь, что сынишка растет таким сообразительным. – Так и происходит. Курица несёт яйцо, а петух его оплодотворяет.

– Он тоже хвостом машет?

– Да, что-то вроде того, – отмахнулся я.

Но Сашку это не устроило.

– Что что-то вроде того? Это значит, что он машет хвостом или нет?

Я вздохнул.

– Это значит, что он не просто хвостом машет, но ещё и прыгает.

– Как от радости?

– Да, как от радости. Как от очень большой радости.

Как ни странно, этого оказалось достаточно. Сашка понимающе кивнул и снова взялся за бутерброд. А я испытал такую радость от того, что икорная тема закрыта, что сам готов был запрыгать, как петух. Впрочем, радость моя оказалась недолгой. Из-под стола раздалось жалобное «мяу», и я привычным движением кинул вниз кусочек бутерброда. Муська слизала икру с маслом и презрительно фыркнула. Мол, уж не думаете ли вы, что я и хлеб грызть буду?

– Пап!

– Ну что?

– Пап, а помнишь, у Муськи котята были? Мы ещё одного Вовке отдали.

– Помню.

– Пап, так она что, тоже икру откладывала?

Я аж вздрогнул от неожиданности. Но не растерялся.

– Нет, кошки икру не откладывают. У них икра внутри.

– Как это?

– А так. Икра внутри, а на свет уже готовые котята вылезают. Они внутри вылупляются.

Сашка засмеялся.

– Врёшь! Врёшь! Пап, ты обманываешь!

– Почему же? Я ни капельки тебя не обманываю.

– Нет, обманываешь! Так не бывает! Они не могут из икры внутри вылупляться. Ты же сам сказал, что икру надо сперва оплодотворить. Как же кот её оплодотворит?

Ну что тут возразишь?! Детская логика не чета женской – пряма и непоколебима. Мне снова пришлось чесать затылок.

– Нет, я тебя не обманываю. Просто у кошек икра оплодотворяется внутри.

– Да? Как же так? Кот же должен рядом с икрой попрыгать и хвостом помахать.

– Нет, он хвостом не машет.

– А как он тогда её оплодотворяет?

– Он эээ… засовывает.

– Что?

– Чего что?

– Что он засовывает?

Я снова схватился за затылок. Если его так часто чесать, можно и полысеть преждевременно.

– Он засовывает… засовывает… специальный орган.

– Какой орган?

– Специальный орган для оплодотворения.

– Да?! А у него такой есть?!

– Есть-есть, не сомневайся.

– А я ни разу не видел. На улице много котов. Но у них что-то таких штуковин не видно.

– Ну, ты просто не обращал внимания.

Сашка задумался. Очевидно, переваривал разницу между внешним и внутренним оплодотворением.

– Пап, а пап! – вдруг выдал он. – А почему ты мне раньше не рассказывал про это самое, как его, оплодотворение?

– Ну, мы же раньше икру не ели, – парировал я. – А теперь вот едим и беседуем про неё. Ты наелся?

Сашка кивнул.

– Тогда пойдём мультики смотреть, – воспользовался я случаем раз и навсегда покончить с икорной темой и вытер ему рот салфеткой. – Айда. Ты что хочешь посмотреть?

– Том и Джерри! Том и Джерри!

Мы валялись на диване, а на мониторе кровожадный кот гонялся за находчивым мышонком. Так они уже больше полувека гоняются, неутомимые и нестареющие. В детстве я тоже любил этот мультфильм, хотя по телевизору его не показывали, а видика у нас не было – на заре перестройки для большинства семей такая аппаратура всё-таки была роскошью. Но кота с мышонком всегда можно было посмотреть у Димки из второго подъезда, которому видик привезли из Москвы. Мы собирались у него всем двором, хотя ему потом и влетало за это от родителей.

Сейчас, глядя как несчастного кота дубасят кувалдой, топят, закапывают в землю, поджаривают на сковородке, я поразился тому, как вся эта живодёрня могла мне когда-то нравиться. И ведь я сам ещё не так давно, ностальгируя по своему детству, впервые включил Сашке именно этот мультик. Так сказать, подсадил его. Теперь попробуй-ка, отвадь.

По коту проехались катком, вогнали ему в глотку раскаленный утюг, а под хвост бильярдный кий, после чего скатали в шар для боулинга. Когда у бедного Тома осколками фарфора посыпались изо рта вышибленные зубы, я сказал себе, что, пожалуй, хватит. Не для детской психики такая развлекуха. А то, чего доброго, начнёт на Муське экспериментировать.

Том тем временем, как ни в чём не бывало, довольно улыбнулся, устроился под балконом с гитарой и заголосил серенаду. На балконе тут же разлеглась кокетка в белоснежном мехе. Сашка прилип к экрану с отвисшей челюстью.

– Сейчас икру оплодотворять будут… Пап! А где у Тома та самая штука для оплодотворения?

Я поставил на паузу.

– Ну всё! Это неинтересный мультик. Сейчас я тебе другой включу.

Я вбил в строку поиска «ну, погоди». Как-никак советский аналог догонялок не столь жестокий.

– Ну, папа! Папа! Включи! Включи! Мне интересно!

– Я другой включу, поинтереснее.

– Ну, папа! Включи! Включи-и-и-и!

Сашка бросился на пол и забился в истерике, воя и дёргая ногами.

– Включи-и-и-и! Я маме скажу!

– Вот, вот, смотри, уже включил, – попытался я успокоить его.

Он, всхлипывая, поднял глаза на волка, переодетого в снегурочку.

– Не-е-е! Этот не хочу! Включи тот!

Я не знал, как его успокоить. В моё детство меня бы просто угостили ремнём за такой концерт и поставили в угол на горох, да и о мультиках пришлось бы недели на две как минимум забыть. Но у меня как-то рука не поднималась.

– Ну, иди сюда! – я поднял его с пола. – Садись. Я тебе всё, что хочешь, включу.

– Правда? – недоверчиво спросил он, всё ещё всхлипывая.

– Правда. Хочешь, Том и Джерри смотреть? Сейчас включу.

Он помотал головой и растёр по щекам слёзы со слюнями.

– А что хочешь?

Сашка задумался.

– Хочу посмотреть, как рыбки икру оплодотворяют, – шмыгнув носом, ответил он.

Что не сделаешь ради родного чада! Задаю интернету вопрос про оплодотворение икры. В ответ вываливается куча видео. Открываю про то, как нерестятся какие-то бирюзовые акары. Сашка смотрит, разинув рот, и убеждается, что я его не обманывал. Рыбка-мама откладывает икру, а рыбка-папа плавает рядом и хвостом машет.

– Ну, как? – спрашиваю его. – Доволен?

– Ага! А курицы? Хочу посмотреть, как яйца оплодотворяют!

Показываю, как петух топчет курицу, подпрыгивая от радости. И Сашка тоже подпрыгивает, в ладоши хлопает.

– Кошек! Кошек тоже хочу!

Что ж, отступать мне уже всё равно некуда. А с Яндекс найдётся всё. Показываю кошек. Челюсть у сына отвисает до самого пола. Он долго сидит и молчит. Потом спрашивает.

– Пап, а пап!

– Ну.

– А я из яйца или из икры вылупился?

– Нет. Люди икру с яйцами не откладывают. Люди внутри оплодотворяются.

– Как кошки?

– Да, как кошки.

Сашка подпёр подбородок кулачком.

– Пап… – прошептал он.

– Чего?

– А вы с мамой когда-нибудь икру оплодотворяли?

Ну, вот, доигрался с сыном. Хотя… Через год в школу пойдёт. Там и не такому научат.

– Оплодотворяли, – говорю. – Сам подумай, откуда бы иначе ты взялся?

– Пап.

– Чего?

– А вам не больно было.

– Больно, – говорю. – Но что ради детей не сделаешь.

Сашка задумался. Потом спрашивает.

– А когда я вырасту, мне тоже придётся икру оплодотворять?

– Это уж сам решишь.

Сашка потряс головой.

– Не, я не хочу оплодотворять.

– Ну, это пока не хочешь. Подрастёшь – иначе запоёшь.

– Пап, а пап!

– Чего?

– А покажи мне, как люди икру оплодотворяют.

– Ну, нет! Такого видео в интернете нет!

– А почему?

– Да потому что люди в темноте икру оплодотворяют. А видео в темноте не запишешь, – ответил я и поскорее включил кота с мышонком.

Том получил по ноге молотком и бросился в бесконечную погоню за Джерри. Сашка вновь прильнул к монитору, а я отправился на кухню – пока жена у родни, мытьё посуды тоже на мне. И я её почти уже закончил мыть, когда сын влетел ко мне с лицом, сияющим… Нет, не как у Ньютона. Как минимум, как у Эйнштейна.

– Папа! Папа! Я нашёл. Люди тоже есть!

 

© Евгений Рахимкулов, текст, 2016

© Книжный ларёк, публикация, 2016

—————

Назад