Наталья Максимова. Время донкихотства

02.06.2017 18:46

ВРЕМЯ ДОНКИХОТСТВА

 

 

ЧАСТЬ I

ДУХОТА

 

Глава 1

 

Окрашивая край неба в бледно-розовый цвет, на горизонте едва наметилась первая, яркая полоса. Лес ещё спал, окутанный туманом. А вот речка весело звенела, с высоких камней спадая вниз. Разлеталась холодными брызгами, вздымая пену, а потом длинной лентой убегала куда-то вдаль.

На пригорке виднелся большой красивый дом. Беседка, увитая цветами, дорожки, выложенные из камней…

Валентин тяжело вздохнул. Он приехал домой. К себе домой! Почему же здесь он такой нечастый гость? Парень очень любил свой дом, расположенный далеко от любого селения, но окружённый удивительной природой. Задумавшись, мог часами бродить по лесу, ощущая его особый ритм, его голос, дыхание. Так же он любил их речку, с чистотой звучания которой не мог сравниться ни один музыкальный инструмент. Но больше всего Валентин любил грозу. Самый тёплый, солнечный день – он не задумываясь променял бы на проливной дождь. На пасмурное, затянутое низкими, чёрными тучами небо. На блеск бьющей молнии.

Обитатели дома мирно спали, не зная, что приехал их долгожданный блудник.

Валерий удивлённо застыл:

— Не может быть! Валик?

Мужчина был на голову выше, да и покрепче, несмотря на свои пятьдесят.

— Вот это сюрприз! Почему же ты не предупредил? Какими судьбами? Надолго?

Валентин колко улыбнулся, вопросы отца неприятно задели.

— А что, я должен приезжать только на определённое время? Я для вас, случайно заехавший гость?

Отец поморщился. Ну вот опять! Он совсем не хотел ссоры. Из дома выбежали сёстры. Они бросились обнимать брата, засыпая вопросами.

Валерий Степанович отошёл в сторону, наблюдая за общим весельем. Ему уже приближался шестой десяток, но его крепкой мускулатуре мог позавидовать любой. От природы физически развитый, он сохранил свою живость. Весёлый нрав не давал унывать, даже в самых тяжёлых ситуациях. Светлые волосы ещё не тронула седина, а морщины были только возле глаз, да и то – от частого смеха.

В жизни Валерия случалось разное. И всё же у него большой, добротный дом. Дом, который он сам выбрал. Крепкий бизнес. Смотря на дочерей, отец вспомнил Лену. Свою единственную любовь. Близняшки были копией матери. Такие же карие глаза, ямочки на щеках, и вздёрнутые вверх носики. Их брак не долго продлился. О том времени Валерий старался не вспоминать. Как гром грянул с тёмного неба, разрушая десять лет семейной жизни... Родив сына, Лена умерла. Валерий думал, не переживёт горя, но трое несовершеннолетних детей, заставили забыть о себе. Не прошло и года, как он снова женился. Девочки выросли красавицами. С ними никогда не возникало проблем. Весёлые, улыбчивые. Но всё наоборот было с Валентином. И внешностью, и характером он отличался от сестёр. Невысокого роста, с тёмными, вьющимися волосами, матовым, немного смуглым лицом, и большими, зелёными глазами. Это единственное сходство с Валерием. Сходство или же наоборот, доказательство явного отличия? Ответ на этот вопрос мужчина знал. Взгляд у парня был другой. Более резкий, жгучий, требовательный. Валентин был красив, но какой же горечью отзывалась, каждая чёрточка, каждая линия его лица. Одно имя заставляло сжиматься всё в душе. И это через столько лет.

Валерий не мог себя упрекнуть. Он, действительно, пытался стать хорошим отцом, но мальчик тонко улавливал фальшь, с насмешкой отгораживаясь.

Когда Валентин подрос и попросился в столицу, мужчина вздохнул с облегчением. Он не пожалеет никаких денег, чтобы сын оставался там. Так было легче, намного легче.

 

*  *  *

 

Валентин прошёл в комнату. Перед глазами плясали тёмные круги, духота сдавливала, не давая дышать. За окном уже стоял жаркий день, только от речки веяло прохладой. Наконец-то ему дали отдохнуть. Сотни, тысячи вопросов. Пустых и ненужных. Отец смеялся, пытаясь поддержать веселье, общую радость, но ощущалась напряжённость. Парень грустно улыбнулся, а ведь нужно было просто обнять, не говоря ни слова. Как же это важно сейчас.

Валентин поднялся. Он пойдёт туда, где прошло его детство, где он был по-настоящему счастлив. Река звала, убегая вдаль. Звонко напевая свою неизменную, но от этого не менее красивую мелодию.

Спускаясь по лестнице, парень услышал взволнованный голос:

— Как ты посмел, через столько лет, нарушить договор? Зачем ты приехал?

— Я хочу увидеть Валентина, и я его увижу.

— Ты не имеешь на это право. Прошло семнадцать лет, почему именно сейчас?

Мужчины, словно по взмаху волшебной палочки, замолчали. Валентин почувствовал неловкость от незнакомого, пытливого, прожигающего насквозь взгляда. Взгляда, в котором читалась гордость и боль, а ещё обречённость и… раскаяние. Что-то неуловимо близкое было в облике гостя.

— Валера, я не собираюсь нарушать договор. Я приехал просто как друг.

На лице отца читался страх и растерянность. Но что-то там было ещё, парень никак не мог понять, что же?.. Только сейчас ему было не до чужих ссор. Голова по-прежнему болела.

— Папа, ты интересовался, надолго ли я? Не волнуйся, я завтра же уеду.

 

Глава 2

 

Валентин спустился к самой воде, ощущая приятную прохладу. Какой-то ком сдавливал горло. Он ведь дома. Дома! Но только этой речке может всё рассказать. Только она его поймёт. Парень лёг на траву, смотря в бесконечно-голубое небо.

Мужчина спустился по тропке. Валентин заметил его издали, приподнявшись.

— Красиво здесь у нас, не так ли?

— Красиво, – присаживаясь, вполне серьёзно согласился гость, – Валерий всегда брал самое лучшее, не задумываясь о цене.

Валентин посмотрел на говорившего:

— Вы сказали, что приехали ко мне. Зачем?

— Так вышло, что мы с твоим отцом крупно поссорились. И, наверное, кого-то из нас не было бы уже в живых, если бы не один человек... Она стояла на коленях, умоляя о прощении. Ты тогда только родился... – мужчина замолчал, смотря перед собой. – И вот, мне захотелось убедиться, что всё не зря. Что какой-то смысл был. Увидеть тебя, Валеру. Просто увидеть...

Гость улыбнулся:

— В этом году ты окончил школу? Как успехи?

Валентин безразлично пожал плечами:

— Неплохо. Большинство на отлично.

— Молодец! Куда поступишь – уже решил?

Парень достал сигарету, прикуривая.

— Мне не пришлось решать!

— Не рано ли начал?

— Ничего, от них я точно не умру!

Зелёный взгляд незнакомца стал тяжёлым.

— Если я попрошу тебя остаться, ещё на несколько дней? – не спеша проговорил он.

— Нет! Могут возникнуть проблемы. Я здесь, вообще, редко задерживаюсь.

— Не знаю почему, мне на ум пришла история одного глупца, – выдохнул мужчина. – Когда-то я его хорошо знал, и даже жалел. Сейчас же… сейчас презираю. Его воспитывали брат и сестра, они души не чаяли в малыше. В семнадцать лет, увидев белокурое создание, он без памяти влюбился. Букеты роз, подарки, стихи, сочиняемые ночи напролёт, такое внимание льстило девчонке. Уже назначен был день свадьбы. Но фортуне надоело опекать парнишку. Однажды, к ним явился бывший суженый его невесты. Он был изрядно пьян, едва держался на ногах. На просьбу уйти, только рассмеялся: «Действительно, считаешь, что нужен ей? Да она потешается над тобой. Ваша свадьба блеф! Она встречается с твоим братом». Меткий удар опрокинул говорившего на пол.

Рассказывая, гость отвлёкся. Когда же он снова посмотрел на Валентина, по лицу юноши змейкой извивались судороги боли, с которой он никак не мог справиться. Мужчина быстро оказался рядом:

— Что с тобой? – с тревогой спросил он.

Парень слабо улыбнулся:

— Не обращайте внимания, голова разболелась. Продолжайте.

Две пары зелёных глаз встретились, но никто не желал уступать.

— Мальчонка ушёл в безвозвратный нокаут. Братья в испуге стояли над ним. Старшего стало трясти в панике: «Я этого не хотел!» – посеревшими губами шептал он. Ну а младший, полный своих иллюзий, видящий мир сквозь призму розовых очков, заявил: «Тебя вообще здесь не было».

Фортуна от души смеялась над своим любимцем! Его осудили на десять лет. Вот так это избалованное дитя попало на зону. И уже за колючей проволокой он узнал, что его ненаглядная всё же вышла замуж… за брата.

Мужчина замолчал, его глаза впервые утратили твёрдость, стали чистыми и бездонными.

Опомнились оба от холодных капель. Едва они успели укрыться под ветвями старого дуба, как плотной стеной рванул дождь. Его потоки, казалось, пытались затопить землю. Всюду образовывались лужи.

— Интересно, небо минуту назад было совсем чистым, – заметил Валентин. – Но вы же недоговорили?

Гость усмехнулся:

— Через десять лет ему удалось освободиться. Но, наверное, он никогда не сможет понять, что же тогда с ним произошло. Брат упал на колени, моля о прощения. Куда-то делись все мысли о мести. Перед ними вновь стоял обиженный семнадцатилетний ребёнок.

— Валентин! – от неожиданности и парень, и мужчина вздрогнули, оборачиваясь.

— Папа, ты что-то хотел? – спросил сын, но глаза отца были прикованы к мужчине. Тот снисходительно улыбнулся:

— Ладно тебе, Валера. Это всего лишь старая, забытая история.

На небе играло солнце, пробиваясь сквозь мохнатые тучи. Валерий, опустив голову, сбивчиво проговорил:

— Валик, тебя мама ищет. Ты бы побыл немного с ней.

Валентин повернулся к мужчине:

— Спасибо, мне, действительно, было интересно. И ещё… Не берите в голову. Всё отлично!

 

Глава 3

 

В доме стояла тишина. Сердце Валентина Степановича учащённо билось, не давая покоя. Сердце, которое привыкло чётко исполнять команды, которое давно покрылось многотонным льдом. Открыв дверь, мужчина вышел, поднимаясь по лестнице на второй этаж.

Парень спал. Бледного света луны было достаточно, чтобы различать предметы. Гость смотрел на такой знакомый овал лица, на густые, чёрные брови… А ещё должны быть ямочки на щеках, днём он их не заметил, но они должны быть! Перед глазами возник образ девушки, грустно, виновато улыбающейся ему. Сколько же лет он заставлял себя не вспоминать о прошлом? Казалось, время остановилось, и он, наконец-то, взял реванш у судьбы. Мужчина сделал ещё несколько шагов, но в полутьме не заметил столик.

Парень удивлённо приподнялся:

— Что вы здесь делаете?

 

*  *  *

 

Ночь была тёплой и тихой. Луна ярко освещала небо.

— Я знаю, о чём вы собираетесь говорить. Не стоит, всё в порядке.

Валентин по тропинке спустился к реке. У воды он увидел бегущую девушку, за ней на небольшой скорости ехала машина. Незнакомка, оступившись, упала. Валентин помог ей подняться.

— Мы просто веселимся, – прошептала девушка.

Из машины вылезла подвыпившая компания.

— Я поеду с ними. Саша… он хороший. Без меня он наделает глупостей.

— Вы уверены?

— До свидания.

Девушка поспешила к ожидающим.

Когда машина, рванув с места, умчалась по пыльной дороге, Валентин Степанович усмехнулся:

— Игра в рыцарство?

— В донкихотство, – поправил юноша.

Они молча вернулись к дому. Валентин взялся за ручку двери, но мужчина остановил его:

— Подожди… Для тебя я чужой, посторонний человек, уже поздно что-то менять. Но если тебе нужна моя помощь...

— Всё отлично! – выделяя каждое слово, процедил парень. – Я не хочу нарушать жизнь, в которой всегда был лишним.

— Мы ведь можем просто поговорить?

Валентин прислонился к дереву. Ночной ветерок приятно обдувал лицо, успокаивая.

— Я рано уехал из дома. Почему? Мне бы самому хотелось знать ответ. Не скажу, что меня не любили. Только вот… Я не вписывался в их жизнь. Между нами всегда стояла стена. Отец обрадовался моему решению, всячески поощряя.

Валентин сорвал листок, сжав в пальцах.

— У меня было много друзей, много развлечений. Зачем разочаровать отца? Так однажды, на одной из вечеринок, я познакомился с Алёшкой... Это была игра, увлекательная, опасная, помогающая забыться. Он перепродавал краденые вещи...

Валентин Степанович терпеливо ждал, когда парень снова заговорит.

— Ко мне явились с обвинением в соучастии.

— Договаривай! – жёстко выдохнул мужчина.

Валентин опустил глаза:

— Я всё рассказал. Может, только кроме того, что жить мне осталось не так-то долго. Это избавит всех от проблем.

— Неизлечимых болезней не бывает!

— Возможно, наверное, и астроцитом излечим. Но для этого нужна операция. А я не стану для них обузой!

— Валентин, я никогда в своей жизни ничего не просил, но сейчас я готов стать перед Валерием на колени...

— Мне не нужны подачки.

Рука мужчины легла на плечо парня:

— Я не допущу этого!

Алые лучи солнца окрасили горизонт. Звезды поблекли, став чуть заметными. Прохладный, утренний ветерок играл листвой. Воздух наполнял приятной истомой. Валентин Степанович нахмурился. На мягкой от дождя земле чётко виднелись отпечатки колёс.

— Валентин, – не спеша проговорил мужчина, – запомни хоть – что бы ни случилось, это не последняя наша встреча.

Валерий стоял у окна, он с опаской повернулся к вошедшему. Но не успел тот сделать и шага, как сзади щёлкнули взводимые курки.

— Снова предательство? – усмехнулся мужчина. – Ещё одно? Ты этого боялся?

Он опустил руку к карману. Из угла прозвучали два выстрела. Всё же, Валентин Степанович достал пистолет, бросив его к ногам брата.

— Так будь же спокоен.

Комната опустела. Валерий закрыл лицо руками, тихо прошептав:

— Прости...

 

*  *  *

 

Машины давно скрылись из виду, а Валентин продолжал стоять, крепко сжимая пальцы. Он не ощущал ни головной боли, ни крупных капель дождя, что-то тёплое грело душу.

С затянутого тучами неба блеснула молния. А потом, раскатисто урча, ударил гром. Валентин ещё сильнее сжал пальцы, мысленно благодаря его за поддержку.

 

 

 

ЧАСТЬ II

ГРОЗА

 

Глава 1

 

Жара, казалось, пыталась установить новый рекорд. Воздух, липкий и густой, плавился на солнце. Только речка вдали поблёскивала приятной синевой, радуя глаз.

Машина ехала по пустой дороге. Приоткрыв окно, парень вдыхал ароматный воздух, наполненный запахом переспевшей земляники. Вдруг, прямо перед капотом он увидел девушку. Доля секунды и наезда не избежать.

Визг тормозов, хлопнула дверца.

— Вам что, жить надоело? Чудо что я успел затормозить. Давайте руку.

— Извините, — отряхивая испачканные джинсы, виновато улыбнулась незнакомка. — Я сама виновата, совсем не смотрела на дорогу. Здесь очень редко встречается транспорт.

— Уверены, что всё в порядке?.. Тогда желаю благополучно завершить своё путешествие и быть чуточку внимательнее.

— Подождите. Не подскажете, далеко ли ещё до села или посёлка, я точно не знаю?

— Села или посёлка? — удивлённо переспросил Валентин. — Насколько мне известно, здесь вообще в пределах ста километров ничего нет.

— Не может быть. Мне сказали, что уже совсем рядом.

Взгляд парня стал холодным:

— Ну, конечно, если вы не собираетесь ко мне в гости. Тогда вы почти пришли. К сожалению, подбросить не смогу. Я спешу.

Незнакомка растерянно посмотрела на говорившего:

— Так значит, вы и есть… — чуть слышно прошептала она, её по-детски открытый взгляд смущённо рассматривал Валентина.

— Я вас не понял?

— Неважно... Вы не отвезёте меня обратно в город?

— Что-то вы резко изменили свои планы, — усмехнулся парень, но посмотрев на немного бледное, растерянное лицо девушки, безразлично пожал плечами. — Впрочем, это ваше дело.

За всю дорогу Валентин не произнёс ни слова. Он не замечал украдкой, с интересом, наблюдающих за ним карих глаз.

 

*  *  *

 

Катя поплотнее укрылась одеялом, не решаясь покинуть своё надёжное убежище. Часы на стене пробили одиннадцать.

— Ну и пусть! — выдохнула Катерина. — В кои-то веки опоздаю на работу, или вообще не пойду. Справятся.

Она понимала, что поступает малодушно, но не могла заставить себя выбраться из постели и начать новый день. Что он принесёт? Как смотреть в глаза Марии? Ведь девочка права! На сто процентов права!

— Что же я делаю? — прошептала женщина. — Наверное, я сошла с ума.

«Катенька, пойми, — в голове чётко прозвучал голос сестры, — это неправильно. И, в конце концов, подло! Неужели ты сама не видишь?! Он тебя не любит, а вы решили сломать его жизнь. Это ужасно, Катя!»

— Ужасно, — прошептала Екатерина.

Но она не сможет отказаться!

Катя знала, стоит хотя бы на минуту раскиснуть, и трясина бесповоротно унесёт вниз. Жизнь заставила выучить этот урок. Только в детстве, ещё маленькой девочкой, она умела беззаботно мечтать. Но как же быстро пролетела эта пора. В пятнадцать лет Катя узнала, что у неё скоро появится сестрёнка. Беременность матери протекала сложно, она почти всё время проводила в больнице. Катя волновалась, но надеялась, что с рождением малышки чёрная полоса закончится. Вскоре, действительно, появилась девочка. Раньше времени. Слабенькая, даже не в состоянии плакать. Но живая, смотревшая на мир своими большими чёрными глазёнками. Такая беззащитная и уже с первых дней сирота. Катя тяжело переживала потерю матери, но понимала, если она чуточку помедлит, эту кроху будут воспитывать чужие люди. И девушка, заглушая боль, потребовала у отца, чтобы он оставил ребёнка. От напора дочери мужчина растерялся. Что он будет делать с младенцем? Попытки объяснить это Кате наталкивались на агрессию.

— Если ты сможешь бросить её, то отказывайся и от меня. Я знать тебя не хочу. Ты её даже не заметишь. Я всё буду делать сама, — уже более мягко пообещала дочь.

Мужчина был подавлен потерей жены, потому уступил:

— Хорошо. Только запомни, никаких жалоб. Лично я не знаю, что делать с такими младенцами. Смотри, не пожалей, тебе ещё учиться, свою семью создавать. Это не котёнок, не выбросишь.

— Не пожалею, — чуть слышно прошептала Катя, понимая, какая ответственность на неё ложится. И хотя ей было страшно, она с головой окунулась в заботу о ребёнке. Целыми сутками просиживала у кроватки, ездила к докторам, искала подходящие смеси, пела колыбельные. А если оставалось немного времени, зубрила учебники. Отец редко бывал дома, даже не пытался чем-то помочь. Только иногда заходил в комнату малютки, подтрунивая:

— Ещё не наигралась в дочки-матери? Живая кукла, это интересно? Ну-ну, развлекайся.

Катя ни слова не отвечала, хотя и падала от усталости.

Время шло. Кроха превратилась в чудесного ангелочка с большими карими глазами и смолистыми локонами. Любопытная, озорная девчушка засыпала сестру тысячей вопросов, не отходя ни на шаг. Катя не чаяла в ней души. Ведь только ей было известно, сколько потребовалось сил, чтобы эти ножки смогли ходить, а лукавое личико улыбаться.

Екатерина видела, сестре не хватает внимания отца, но мужчина всегда был занят. А когда малышке исполнилось четыре года, он сообщил, что намерен создать новую семью.

— Оставить ребёнка – твоя идея, — сказал отец. — Не спорю, у тебя получается заботиться о девочке, но жизнь не игра. Мне такой балласт не нужен.

Холодный взгляд дочери заставил мужчину замолчать.

— Я всё поняла, — негромко, но твердо сказала Катерина. — Оставь мне Марию. Мы ничем тебя не побеспокоим. Я выполнила первое обещание, выполню и это.

Сестрёнка росла добрым и озорным ребёнком. Поглощённая заботой о малышке, Катя не задумывалась о личной жизни. Но окончив университет и поступив на работу, она познакомилась с Дмитрием. Ему сразу понравилась спокойная, не по годам серьёзная девушка. Они находили много общих тем, им было хорошо и уютно вместе. Когда Дима предложил Кате стать его женой, она без колебания ответила согласием. Как на крыльях, летела домой, рассказать радостную новость сестрёнке. Но когда к ней навстречу выбежал маленький ангелочек: «Катя, Катюша пришла!», сердце девушки больно сжалось. Что будет с её крохой? Как к ней отнесётся будущий муж? Она ведь для него совсем чужая! Конечно, Дима добрый, внимательный, он всё поймёт, но Мария будет чувствовать себя лишней. А этой крошке и так выпало...

— Никогда, — прошептала Катя, поглаживая мягкие, смолистые волосики. — Никогда.

На следующий день она, ничего не объясняя, отказала Дмитрию и уволилась с работы. Больше они ни разу не встречались.

В свои тридцать два Екатерина сделала неплохую карьеру. Её уважали, считали профессионалом, так что о чём-то жалеть она не могла. Да и главная ставка оправдала себя: из курносого ангелочка выросла красивая сообразительная девушка.

И всё же, когда день заканчивался, и все дела наконец-то уходили, когда сестрёнка засыпала, Катя, выключив свет, оставалась сама с собой и со своими безжалостными мыслями. Она выполнила долг перед матерью, иак почему же такая пустота в душе? Ей хотелось прижать своего собственного ребёнка, услышать запах его волос, его голос, смех. Женщина могла до полуночи придумывать ему имена, представлять его, только не знала, как он мог появиться в её устоявшейся, прагматичной жизни. Разве это поняла бы Мария? Иногда Кате казалось, что она воспитала сестру слишком правильной, искренне верящей в справедливость. Екатерину же, с каждым прожитым днём, жизнь учила другому. И вот, когда появился лучик света на пути к мечте, она не могла его упустить. Это было подобно помешательству, её несло быстрым потоком, а она даже не противилась. Будущий муж открыто называл её охотницей за богатством, а иногда вообще игнорировал. Зато его отец, как опытный агент, рассказал, чем выгодна эта сделка. Он так и сказал: сделка!

Женщина закрыла глаза:

— Какой ужас!

Но что-то всё же не давало отказаться от позорного договора.

Валентин младше на четырнадцать лет. Мария с укором заметила: «Катенька, он тебя на ВЫ должен называть!»

Перед взглядом Катерины появился образ парня. Да, он был красив: волевое лицо, большие зелёные глаза, спортивное сложение, но ведь ей уже не пятнадцать лет! В своё время она смогла отказать Дмитрию. Что же было такое в Валентине, что загипнотизировало её? Его взгляд, заставляющий забывать обо всём? Катя в отчаянии помотала головой. Что же было в этих глазах? Хотелось весь мир положить к его ногам, чтобы только видеть эту зелёную глубину. Слышать его хрипловатый голос. Неужели она влюбилась?

 

Глава 2

 

Туман медленно плыл над рекой. Прохладный ветер чуть заметно играл в ещё не проснувшихся полевых цветах.

Валентин лежал в траве, вслушиваясь в утренние звуки, наблюдая за рябью на воде, где отражалось солнце.

— Чего же ты так палишь? Даже в глазах темнеет.

Парень с трудом перевёл дыхание, отлично понимая, что золотой диск совсем не при чём. Что-то раскалённое жгло изнутри, а в голове стоял гул.

 

*  *  *

 

Валерий Степанович не спал всю ночь. Он ходил по комнате в раздумьях. Мысли не хотели примириться со взбунтовавшейся совестью. Арест брата не давал покоя. Он не желал такой развязки, но конфликт длился слишком долго и должен был прийти к какому-то финалу. Хотя на душе было невыносимо противно, Валерий готов был принят такой конец. Конец их глупо сломанных судеб. Вышло как вышло, нет смысла ворошить былое, в чём-то себя винить. Нужно просто забыть и продолжать дальше жить, дальше...

Но Валентин... Валентин — живая копия отца. Не только внешне. Достаточно посмотреть в его глаза, и сердце сжималось от презрения к себе.

Вчера звонил знакомый майор, и сообщил, что у парня серьёзные проблемы. Он посоветовал как можно быстрее уладить историю. Пусть их отношения не сложились, они часто ссорились, но всё же Валерий считал Валентина СВОИМ сыном.

Вариант с женитьбой был лучше всего. Эта мысль не давала покоя уже несколько дней. Во-первых, это избавит от присутствия парня, а во-вторых, не придётся больше волноваться, что он снова попадёт в какую-то передрягу. Со временем Валентин втянется в семейную жизнь и всё забудет. Валерий даже кандидатуру подходящую нашёл. Катю он знал давно. Она мечтала о семье, ребёнке, спокойная, без ветра в голове. Но как всегда, любые попытки проявить заботу заканчивались конфликтом.

Не застав сына в комнате, Валерий вышел на улицу. Бледность парня обеспокоила.

— Валик, что с тобой?

Валентин прикусил губу, поднимая мутный взгляд.

— Всё в порядке. Голова разболелась... Ты в курсе? Он... он вчера умер.

— Мне сообщили... Но у меня с майором Лисицыным разговор был не только на эту тему.

Сын слегка приподнял бровь, улыбнувшись:

— Догадываюсь на какую. Давай, обойдёмся без ненужных нравоучений. Я скоро уеду, так что эта история тебя не затронет.

— Валентин...

Парень устало вздохнул:

— Разговор опять пойдёт о Кате? Это же абсурд! Зачем? Обещаю, больше никаких проблем не будет. Я сегодня же уеду... навсегда, — в зелёных глазах отражалась, поблёскивая, речка.

— Мы с Екатериной обсудили... — продолжил отец.

Валентин рассмеялся:

— Папа, ты хоть когда-то меня слышишь? Я не буду говорить, что нас с Катей ничего не связывает. Это не важно. Но зачем и ей портить жизнь?

— Или ты женишься на Кате, или пойдёшь по всей строгости! — резко проговорил Валерий. — А там выйдет немалый срок. Видно, гены берут своё.

Валентин, не мигая, смотрел на отца.

— Ты это серьёзно? Можешь звонить майору, мне без разницы.

Мужчина досадливо сжал губы. Почему с ним всегда так сложно?

— Валик, не ломай себе жизнь.

Сын улыбнулся, достав сигарету:

— Поступай как лучше тебе. Я пойму, — развернувшись, он направился к дому. Голова по-прежнему болела, но не так сильно. Перед глазами стало проясняться.

Валентин подошёл к машине, открыв дверцу.

— Привет Вел. Ты в город? — послышался голос Толика, мужа одной из сестёр-близняшек.

Валентин раздражённо вдохнул.

— Привет. Я спешу.

Анатолий хитро сощурил глаза:

— А меня подбросишь?

— Неужели, ездить разучился?

— Да машина сломалась, — с невинной улыбкой заявил Анатолий.

— И у жены тоже? Доберешься как-нибудь без меня.

— Валик, мне нужно с тобой поговорить.

Парень усмехнулся:

— Я догадался, но у меня такого желания нет.

— Что-то дождик нас не балует, — обронил мужчина, смотря на пыльную траву. — Ты только не горячись, я вчера разговаривал с Валерием.

Валентин чуть сжал пальцы:

— Я уже видел отца. Пусть поступает, как считает нужным.

— Захотел себя живьём похоронить? Тюрьма это не романтика, как тебе представляется. В молодости мы все делали глупости, не стоит настраивать против себя Валерия. Женись на Кате, а когда утихнет буря, легко сможешь избавиться от неё.

Парень улыбнулся, приподняв бровь:

— Ты, оказывается, негодяй?

— Подумай о себе.

— Не поверишь, в последнее время я часто думал. Надоело. Дело не в женитьбе. Хватило бы единственного слова. Хотя бы раз он позвал меня домой...

— Отец всегда исполнял малейшую твою прихоть.

— О, да! — Валентин саркастически рассмеялся. — Он делал всё, чтобы я был как можно дальше.

— Учёба в столице – твоя идея. Тебя никто не заставлял.

— Но и радости от моего отъезда не пытались скрыть.

— Перестань. Не приписывай Валерию то, о чём он даже не думал. Он всячески старался, чтобы ты проводил время в своё удовольствие. К тому же, ты всегда мог вернуться.

— Зачем? — пожал плечами парень. — О такой жизни можно только мечтать.

Толик протяжно выдохнул:

— Вел, с тобой сума сойти недолго. Получается, твой отказ жениться это месть отцу? Ты решил его наказать, испортив себе жизнь?

Валентин удивлённо посмотрел на собеседника:

— Наказать? Я не пытаюсь кого-то наказать. Только откупаться от меня не надо. Сначала роскошная жизнь в столице, теперь свадьба. Суть одна! Чтобы меня не было рядом, но я не мог его в чём-то упрекнуть.

— Пусть Валерий строит свои планы, а ты всегда сможешь развестись и дальше жить по-своему.

Валентин криво усмехнулся.

— Я говорил не о свадьбе. Меня она меньше всего волнует, но зачем вмешивать ещё и Катю?

Мужчина раскатисто засмеялся:

— Да она влюбилась в тебя как кошка! Вот своим упрямством ты всем прибавляешь проблем.

— Спасибо за содержательную беседу, мне пора.

Анатолий досадливо скривился.

— Ты запутался в своих понятиях. Тебе не помешает хорошая порция алкоголя.

— Не переигрывай! — улыбнулся парень. — А то даже отец не оценит стараний. Удачного дня.

Валентин крепко сжал руль, заводя мотор. Неужели отцу, действительно, так важно, чтобы он был как можно дальше?

«Своим упрямством ты всем создаёшь проблемы», — как эхо пронеслись в голове слова Толика.

— Даже так? — колко усмехнулся парень. — Что ж, я хотел как лучше!

 

Глава 3

 

Два года спустя

 

Солнце весело играло в голубом небе, заставляя блестеть снег, словно сказочный ковёр. С белых облаков падали крошечные снежинки.

Валентин не спеша ехал среди потока куда-то несущихся машин. В салоне играла тихая музыка.

Зелёный взгляд был равнодушно-спокойным, даже отчуждённым.

Все опасения Кати оказались напрасны. Её семейная жизнь у многих вызвала зависть. Муж не грубил, напротив, был подчёркнуто вежлив, только вот безразличие не пытался скрыть. Но Катя надеялась своей любовью и заботой растопить лёд в его сердце. Когда же она узнала, что ждёт ребёнка, искренне верила, это сблизит их.

Нельзя сказать, что новость не тронула Валентина. На следующий день он подарил жене великолепное, ручной работы колье. Парень стал более внимательным, но, как и прежде, холодно далёк. С появлением малыша ничего не изменилось. Валентин интересовался его здоровьем, даже иногда играл с сыном, только пустота и отчуждённость не отступали.

Подъезжая ближе к дому, парень тяжело вздохнул, нахмурившись. Каждый раз, возвращаясь сюда, он испытывал горький осадок. Этот трёхэтажный особняк в центре города, построенный по самой последней моде, окружённый железной изгородью причудливой, умелой ковки, так и не стал ему родным.

Бровь Валентина удивлённо приподнялась. Возле ворот стояла девушка, пытаясь по прутьям взобраться наверх и заглянуть в окно. Мешавшая шуба лежала в снегу. Валентин остановил машину, аккуратно закрыв дверцу, чтобы не спугнуть загадочную гостью.

— Помощь нужна? У меня как раз первый разряд по взятию чужих заборов.

На щеках незнакомки проступил румянец.

— Я... Я сейчас всё объясню.

— Зачем? Так ведь интереснее. Может, мне первым взобраться и подать вам руку? Или же лучше осторожно отпереть засов?

Девушка подняла шубу, растерянно сжав её в пальцах.

— Я не воровка...

Валентин улыбнулся:

— Извините. Я просто заразился вашим детским поступком. Но как хозяин этого дома я имею право знать, кто вы и что здесь делаете?

Гостья удивлённо бросила на него быстрый взгляд.

— Я вас не узнала.

— Не помню, чтобы мы были знакомы. Вы приехали к Кате?

— Валентин, не говори ей, что я была здесь. Я только хотела...

По губам парня пробежала усмешка:

— Передо мной Мария, собственной персоной! И как это ты посетила нас?

— Не нужно насмешек. Я сейчас же уеду.

— Не выйдет! Раз уж ты здесь, то дождёшься сестру и поговоришь с ней. Мне надоели бесконечные слёзы Кати. Ты слишком молода, чтобы быть судьёй. Ни ты, ни кто-либо другой, не имеете ни малейшего права вмешиваться в нашу жизнь.

— Я это поняла, — негромко согласилась девушка. — Но сейчас мне, действительно, нужно уйти.

Валентин взял из рук Марии шубу.

— Ты замёрзла, пойдём в дом. Я сказал, что ты поговоришь с Катей, значит так и будет!

Светлая гостиная встретила уютным теплом.

— Присаживайся и попытайся согреться. Кати сейчас нет, но она скоро приедет. Познакомишься с племянником. Я включил камин. К сожалению, беседой развлечь не смогу, у меня дела.

Парень развернулся, собираясь выйти, но Мария его окликнула:

— Пожалуйста, подожди.

Валентин досадливо поморщился, но всё же вернулся, сев в кресло.

— Слушаю.

Мария опустила голову.

— Я знаю, что виновата перед вами. Дело не в том, что я осуждаю сестру...

Валентин молчал, откинувшись на спинку кресла. Он с чуть заметной улыбкой наблюдал, как гостья с опаской посматривает на двери.

— У тебя проблемы? Не хочешь, чтобы об этом узнала сестра? Расскажи мне, я всё улажу.

В глазах девушки Валентин заметил такой знакомый, отчаянный огонёк, вернувший его на несколько лет назад. В тихую, тёплую ночь...

Парень натянуто улыбнулся.

— Даю слово, я найду выход из любой ситуации. Тебе только стоит довериться мне.

— Я доверяю. Ещё при первой нашей встрече я поняла...

— При первой встрече?

— Я чуть не стала жертвой колёс твоей машины.

— Ах да, значит, это была ты?

Мария кивнула.

— Ваша с Катей свадьба была для меня полным абсурдом. И я решила поехать к твоему отцу и попробовать объяснить ему всю нелепость.

Валентин откинулся на спинку кресла.

— Ты так говоришь, будто твоё мнение кого-то интересовало. Поверь, не только тебе, но и Катю ни о чём не спрашивали. Конечно, не в буквальном смысле.

— Тогда... на дороге, я поняла, тебя заставляет не отец, не подлые интриги... И я исчезла из вашей жизни, чтобы не мешать.

Валентин усмехнулся:

— Ты решила копировать меня? Я не лучший пример для подражания.

Мария удивленно посмотрела на собеседника:

— Я просто не хотела быть лишней, и сейчас не хочу. У Кати своя семья, свои заботы.

Открытый, чистый взгляд заставил Валентина улыбнуться:

— Ну, если так, что ж, можешь убегать. Только знай, ты никогда не будешь лишней для сестры, она любит тебя. Можешь прийти сюда в любое время, ничего не объясняя.

— Спасибо, — прошептала девушка. — До свидания.

Валентин устало закрыл глаза. Этот наивный ребёнок заставил сбросить железный замок, которым он закрыл воспоминания о доме, о близких. За два года он ни разу их не видел. Достав сигарету, парень закурил.

 

Глава 4

 

Зимний морозный вечер. Высокие звёзды ярко горят в небе. Валентин не спеша шёл по тропинке. Он жадно вдыхал холодный воздух, наслаждаясь свежестью. Этот старый сад – единственное место, куда он мог сбежать от городской суеты. Но и это была иллюзия, такая далёкая от родных мест. От чистого воздуха, от безграничных просторов. Как хотелось побывать там, увидеть речку, густой, тёмный лес. Увидеть на небольшом пригорке дом... За два года он не получил ни одного письма, ни единого звонка. Будто бы его для них и не было. Никогда.

Облокотившись рукой о ствол, парень пытался совладать со сдавливающей виски болью, которая стала частью его жизни. В темноте сада послышались шаги. Валентин удивлённо всматривался в приближающиеся силуэты. Двор был окружён высокой изгородью, попасть через которую стоило немалых усилий. Уже можно было различить двух мужчин, глубоко проваливающихся в снег. Заметив Валентина, они не попытались скрыться, а, наоборот, двинулись к нему.

Заговорил один из гостей, дружелюбно:

— Извини за позднее вторжение.

Валентин пожал плечами:

— У вас для этого должны быть веские причины.

На лице мужчины промелькнула улыбка.

— Мы не задержим тебе, всего несколько слов.

Парень внимательно посмотрел на незнакомца, потом безразлично, устало бросил:

— Пройдёмте в дом.

Головная боль усиливалась. Хотелось побыстрее выставить за дверь так не вовремя свалившихся визитёров.

— Наш разговор должен остаться в тайне, — проговорил один из гостей.

— Я вас сюда не звал. Вы пришли по собственной воле.

— Если Валентин Степанович что-то решил, переубедить его невозможно, — спокойно продолжил собеседник.

Парень невольно вздрогнул.

— Когда за решетку попадает такая личность, у многих возникают проблемы.

— Он умер, решив все проблемы, — усмехнулся Валентин.

Гость помедлил с ответом.

— Он был серьёзно ранен, находился в очень тяжелом состоянии, но рана оказалась не смертельной. Ему помогли выбраться, с условием, что он в кратчайшие сроки уедет из страны. Только никакие договоры его не удержали. При первой же возможности он снова вернулся. Но у нас он теперь нежеланный гость...

Парень посмотрел на собеседника.

— Я хочу его увидеть.

— А как ты думаешь, зачем он вернулся?

 

Глава 5

 

Лунный диск заглядывал в окно. Валентин лежал на диване, широко открыв глаза. Только вряд ли он что-то видел из-за слепящих вспышек боли, прозающих виски.

— Это ещё не конец, — прошептал парень. — Бывало и хуже.

Он с трудом перевёл дыхание. Перед глазами стали появляться лица родных. Улыбающийся образ матери, щебечущие сёстры, смеющийся отец. Но ему не было места в их жизни.

— Почему? — едва слышно вырвался вздох.

Видения безжалостно растаяли. Валентин, пошатываясь, присел.

— Нужно отвлечься, хоть чем-то заняться.

Пересиливая острую боль, он подошёл к столу, заваленному папками.

После окончания школы, Валентин так и не поступил учиться. Катя считала, что муж просто не хотел рядом с ней чувствовать себя ребёнком. Занятие, выбранное им, также её удивило. Он стал помогать молодым скульпторам, финансируя их проекты.

Перекладывая по стопкам бумаги, парень едва смотрел на них. Буквы плясали, не давая возможности читать. Рука машинально подняла письмо. Оно давно валялось на столе, ожидая, что его выбросят, не распечатав. Валентину не нужен был адрес, он знал автора. Привычным жестом он хотел отбросить конверт, но всё же, криво улыбнувшись, открыл его.

Размашистый, знакомый почерк замелькал перед глазами:

«Вынужден снова писать, так как другого выхода у меня нет. На мои звонки ты не отвечаешь, когда же приезжаю, мне отвечают, что тебя нет дома. Пожалуйста, не глупи! Время идёт, с каждым днём у нас остаётся всё меньше шансов. Поставив диагноз, я предупредил, болезнь требует серьезного лечения. Уверен, она прогрессирует. Очень надеюсь увидеть тебя, ведь не хочу потерять друга.

Николай».

С Николаем Валентин познакомился ещё в школе, на одной шумной вечеринке. Ребята отрывались, накачавшись алкоголем. Устроив такое веселье, Валентин наблюдал, как забыв обо всём, наслаждаются его так называемые друзья. Как ни старался, он не мог скрыть своего отвращения.

— Вижу, ты очень доволен собой? — к парню подошёл молодой человек. Он был старшим в их компании.

Валентин пожал плечами:

— Кто, действительно, получает удовольствие, так это они!

Николай посмотрел в глаза собеседника:

— Зачем тебе этот шабаш?

— А ты, как я понял, не один из моих друзей-приятелей?

— Ты и в лицо их не знаешь?

— Да что ты! — с сарказмом ужаснулся Валентин. — У меня их столько, просто нереально запомнить.

— Я брат одного из этих глупых малолеток, которые травятся, чтобы поразвлечь тебя.

— Я только финансировал их жаркую идею, — безразлично усмехнулся парень.

— Зачем? Тебе же самому противно в их компании.

Валентин ответил не сразу.

— Зато, посмотри, как они счастливы! Они получают то, чего хотят, в реальном времени. Пусть веселятся... если могут.

Николай внимательно изучал своего нового знакомого.

— Почему же ты не следуешь их примеру?

— А потому, что во мне, как ты верно подметил, это вызывает отвращение. Им больше повезло!

С того времени, несмотря на разницу в возрасте, парни стали дружить. Николай сразу понял, что его приятель просто скучает о доме. Он всячески пытался его отвлечь.

Когда же постоянная головная боль стала невыносимой, единственный, кому Валентин доверился, был Николай. Тот настоял на полном обследовании, но такого результата даже он не ожидал. У Валентина развивался диффузный астроцитом. Требовалось хирургическое вмешательство. Николай честно всё рассказал другу.

— И что теперь? — негромко спросил парень. — У меня нет шансов?

— Шансы всегда есть! — доктор запнулся. — Только... лечение очень сложное. Тебе придётся обратиться за помощью к родным.

 

Прочитав письмо, Валентин отбросил листок. Закрыв глаза, он попытался ни о чём не думать, не замечать пронзающей боли.

 

*  *  *

 

Катерина, уложив малыша, тихо, на цыпочках, поднялась к двери мужа. Она, чуть дыша, ловила каждый звук, каждый стон. Ей хотелось ворваться, обнять Валентина, но Катя знала, он не потерпит этого.

 

Глава 6

 

На небе показались первые лучи холодного рассвета. И хотя Валентин всю ночь не спал, это утро встретил улыбкой. За два года он впервые чего-то ждал. Одевшись и взглянув в зеркало, парень не смог сдержать усмешки. Его деловой костюм никак не сочетался с тёмными кругами под глазами и бледным, усталым лицом.

Выезжая за ворота, Валентин заметил сиротливо жавшуюся невысокую фигурку.

— Рад, что пришла. Разделалась с проблемами?

— Просто решила забыть о них.

Валентин внимательно посмотрел в глаза гостьи, заглушив мотор.

— Может, всё-таки расскажешь?

— Зачем тебе это?

Валентин взял Марию за руку, слегка сжав:

— Садись в машину. Мне нужно заскочить в банк, а потом ещё в одно место, это не займёт много времени.

 

*  *  *

 

Валентин без стука вошёл в кабинет Николая.

— Не помешаю?

— Наконец-то! — выдохнул друг, поднимаясь навстречу. — Проходи. Слышал, ты уже обзавёлся семьёй. Поздравляю! И карапуз растёт?

Валентин сел в кресло.

— Обойдёмся без предисловий. Ты приглашал меня. Что можешь сказать нового?

— Нового, наверное, ничего. А вот ужасного много. С каждым днём опухоль растёт, уничтожая клетки головного мозга. Это необратимо.

— Я стану идиотом?

— Необязательно... и ненадолго. Астроцитом не совместим с жизнью. Пройди обследования. Я очень боюсь, что уже поздно делать операцию.

— Спасибо за искренность, — поднимаясь, улыбнулся парень.

— Но почему ты не хочешь даже попробовать?

— Зачем?

— Валентин, не глупи! У тебя жена, ребёнок. Сейчас ведь всё изменилось.

В зелёных глазах Николай заметил ту же тоску.

— Пока. Надеюсь, ещё увидимся.

 

*  *  *

 

Слепящий снег блестел на солнце. Катя, прижимая к себе сонного малыша, постучала в дверь.

— Вот это гости! Как же вы это?!— взволнованно воскликнула появившаяся на пороге женщина. — Проходите быстрее, проходите. У нас такой мороз уже неделю держится. Речка и та до половины льдом покрылась. Как вы добрались? Почему не предупредили? Мы бы, обязательно, вас встретили!

— Не переживайте, мы и замёрзнуть с Сашей ещё не успели.

— Катюша, раздевайся. Сейчас я принесу горячий чай.

На голос жены спустился Валерий Степанович, очень удивился, увидев гостью.

— Привет. Сюрприз удался. Дай мне карапуза подержать. Это сколько ему? Год?

— Три месяца как пошёл второй, — улыбнулась Катя.

— И в кого он у нас такой толстун? Вон какие щёки. Он ещё и лентяй! Смотри, как сладко зевает.

Валерий с ребёнком опустился в кресло.

— Присаживайся, Катерина, отдохни. До сих пор не могу поверить, что вы приехали. А что Валентин? Занят?

Катя попыталась улыбнуться, но в глазах появилась боль.

— Не надо, дочка, — тихо возразил Валерий. — Всё в порядке. Я понимаю. Лучше расскажи, как вы живёте?

— У нас с Сашей всё хорошо. Видите, какой он богатырь.

— С Сашей? — переспросил мужчина. — А Валентин? Как с ним?

Катерина тяжело вздохнула.

— Мне не на что жаловаться. Он вежлив, внимателен, но мы совсем чужие. Он очень далёк от меня.

— Что ж, — жёстко парировал тесть, — ты знала, на что шла.

— Знала, — согласилась женщина, — для меня никого нет дороже Валентина, но я боюсь потерять его. Валерий Степанович, вы единственный, кто может что-то изменить. Он умирает!

— Катя, что ты такое говоришь?! — вырвалось у Елизаветы Васильевны.

— Лиза, пожалуйста, оставь нас, — попросил жену Валерий, потом без лишних эмоций произнёс: — С Валентином всё в порядке. Он никак не может простить мне одну старую историю. Поезжай домой, и ни о чём не беспокойся.

— Нет-нет, Валерий Степанович, ему, действительно, очень плохо! При мне он всегда полон сил, безупречно внимателен. Только разве это обманет моё сердце?! Однажды мы с Сашей пошли к доктору, но он не принимал в тот день, и мы раньше вернулись. В доме было тихо. Я подумала, что Валентина нет. Уложив малыша, хотела пройти в гостиную, когда услышала вздох, а потом слабый стон. Я быстро поднялась по лестнице и без стука вошла в комнату. Валентин не ожидал этого. «Я не потерплю слёз, — сдерживая стоны, выдохнул он, — если это когда-то повторится, ты меня больше не увидишь. Никогда». Что-то ещё добавить у него не было сил. Он закрыл глаза, а потом... потом чуть слышно засмеялся: «Зря ты меня не послушала. Я ведь предупреждал. Теперь без обид. Ты будешь самой красивой из вдов. Но ты же получила, что хотела?! У тебя есть сын». Валерий Степанович, я не могут найти себе места.

Мужчина побледнел. Он помнил, при их разговоре у реки сыну тоже было плохо. Тревога сдавила сердце. Но для Валентина, он предатель и трус...

— Что ты хочешь от меня? — смотря куда-то в сторону, глухо спросил Валерий.

Катя не поняла вопроса, потому быстро заговорила:

— Убедите его лечиться. Он вас послушает.

Тесть отрицательно покачал головой.

— Если бы он нуждался во мне, то приехал бы сам.

— Что вы говорите? Это же Валентин! Он никогда не попросит помощи!

Мужчина тяжело вздохнул:

— Я всегда помогу, но лишь когда он сам обратится. Мне больше нечего сказать.

Катя поднялась, сжимая дрожащие пальцы.

— Вам очень долго придётся ждать. И будет ли кого?

Она подошла к Валерию, забрав ребёнка.

— Извините, что побеспокоила. Нам с Сашей пора.

— Перестань! Куда ты? Вы только приехали. На улице сильный мороз.

— Ничего, мы доберёмся. До свидания.

Женщина вышла, а Валерий прислонился к стене, устало закрывая глаза. Ему захотелось, чтобы Валентин снова стал таким же малышом, перед которым не нужно держать ответ за свои поступки.

 

Глава 7

 

Валентин неотрывно смотрел в окно на голубое, по-зимнему чистое небо. Мария с тревогой наблюдала за парнем.

— Тебе не до меня. Если хочешь, я уйду, — тихо проговорила девушка.

— Я слишком долго был один, чтобы снова этого хотеть. Я тебя внимательно слушаю.

Марии было сейчас спокойно и уютно. Все проблемы, казались, недостойными внимания.

— Катя заменила мне родителей, я благодарна ей за это. Но я не смогу передать тех чувств, которые испытывала при виде малыша, держащего за руку отца и мать. Я не приезжала не потому, что осуждала сестру, хотя и не могла принять вашей свадьбы.

Валентин улыбнулся. Он вспомнил тот помпезный день. Это была насмешка, жестокая издёвка. Только чья? Над кем? На грандиозном торжестве принимало участия более тысячи человек. Валентин сам был автором идеи. И потребовал, чтобы ни на йоту не отступили от его замысла. Гости в дорогих нарядах, много прессы и съёмок. Сотни его знакомых, знакомых родителей, Катины друзья. Да и вся округа, кто хотя бы немного их знал. Мужчины в чёрных фраках, женщины в изысканных белых нарядах. Вместо машин кареты, запряжённые породистыми лошадьми, без малейших украшений. Праздник походил на средневековый бал. Горели свечи, лилась музыка живого оркестра. Валентин вёл по устланному алыми розами залу бледную Катю. Её струящееся платье тянулось длинным шлейфом, а пальцы дрожали в крепко сжимавшей их руке мужа. Валентин часто шутил, не обращая внимания на испуганные, подавленные взгляды Кати. Кружа её в звуках старинного вальса, он с усмешкой спросил:

— Ты счастлива?

Женщина опустила голову, не сумев ответить.

— Нет? Почему? Ты хотела сказки? Я тебе её предоставил! Наслаждайся! Но учти, сказки быстро заканчиваются. А, впрочем, каждый получил, чего желал.

Катя больше ни разу не видела мужа так беззаботно смеющимся. Только от этого веселья становилось жутко. Их семейная жизнь была подобна этому роскошному балу: красивая, без малейших изъянов, но пустая и холодная.

Валентин улыбнулся Марии:

— Неужели тебе не понравилось?

— Понравилось? — переспросила девушка. — Я до сих пор вздрагиваю, вспоминая тот день. Я хотела подойти, поздравить Катю. Но... это была не свадьба, не торжество. Я не выдержала и десяти минут. Мне, казалось, что я схожу с ума, это были пышные, шикарные похороны! Там сам воздух был наполнен горечью.

Валентин безразлично пожал плечами:

— Я получил колоссальное количество звонков и писем от гостей. Они считали мой замысел блестящим.

— Все они глупцы! — возразила Мария.

Парень рассмеялся:

— Зачем же так? Их пригласили веселиться!

— Там невозможно было веселиться! Тогда я поняла, что сестре и без меня очень сложно. Я не захотела мешать вам налаживать семейную жизнь... Когда не стало и Кати, всё утратило смысл. У меня много друзей, но все они безликие и скучные.

Валентин усмехнулся:

— Ты слишком категорична.

— Возможно, только мне всегда хотелось побыстрее от них уйти, пусть даже и в пустую квартиру. В тот вечер, выключив свет, я смотрела на разноцветные огни города. Раздавшийся звонок удивил меня. Увидев отца, я очень обрадовалась. Он извинялся за поздний визит. Сказал, что соскучился, а днём некогда вырваться. Он принёс торт, мы пили чай. Я пыталась как можно больше ему рассказать о себе, ведь давно не видела. Потом отец невзначай пожаловался, что у него серьёзные проблемы в бизнесе. На мой совет обратиться к сестре, он раздражённо отказался, сказав, что я сама могу помочь. Катя подарила квартиру мне, и если её продать, получится приличная сумма. Я молчала. Не потому, что была против, нет. Просто обида сдавила сердце, ведь он пришёл только за этим. А отец... отец начал говорить, что если бы не я, мама была бы жива, что я испортила жизнь и ему, и сестре. Мне хотелось убежать, куда-то далеко. От всех, от самой себя.

Мария замолчала, пытаясь побороть слёзы.

— Дело не в деньгах. Я согласна ему помочь. Только... только для чего мне дальше жить? Он ведь прав! Я приношу одни несчастья.

Парень быстро поднялся:

— Тише, Мария, обещаю, я улажу проблемы твоего отца.

— Разве это что-то изменит?

Валентин обнял девушку, прижав к себе.

— Он недостоин твоих слёз. Запомни, в нашем доме ты всегда желанный гость. Так что, на одиночество тебе не придётся жаловаться.

— Я не хочу вам мешать. У вас своя жизнь, — возразила Мария.

Валентин рассмеялся:

— Ты не сможешь помешать! Катя будет рада, она заслужила это.

— Спасибо, — вытирая слёзы, прошептала девушка. — Спасибо, что выслушал.

 

*  *  *

 

Асфальт блестел прозрачным стеклом. Впервые, подъезжая к дому, Валентин не испытывал тоски. После переезда к ним Марии дом как будто ожил. Там стал слышен смех, не натянутый, а искренний, чистый. Возня девушки с ребёнком наполнила его, растопив лёд. Да и Катя очень изменилась, она даже иногда присоединялась к играм сестры с малышом.

Для Валентина же, после визита его таинственных гостей, каждый день наполнился ожиданием. Заставляя с нетерпением смотреть на восходящее солнце.

У ворот парень увидел знакомый чёрный «Nissan». Его хозяин, облокотившись о машину, стоял, о чём-то задумавшись.

— Какими ветрами? Только не говори, что был неподалёку.

Николай пожал протянутую руку.

— Почему ты отказываешься, хотя бы попробовать?

Валентин опустил глаза:

— Я не вижу в этом смысла. Не трать зря время.

— Вчера ко мне приезжал твой отец... Он переживает!

Николай заметил, как побледнел друг.

— Переживает? — чуть слышно переспросил Валентин. — Он всё знает... но так и не приехал... даже сейчас... Николай, нет смысла что-то менять, для всех так будет лучше.

 

*  *  *

 

Переступив порог, Валентин столкнулся с большеглазым малышом, заливающимся звонким смехом. Парень поднял мальчугана на руки.

— Мы кушаем, — объяснила, улыбаясь, Мария.

— Не удаётся догнать? Держи.

Ребёнок замотал головой, пытаясь снова убежать. Зелёные сапфирчики ярко блестели. Валентин невольно нежно прижал сына к себе.

— Может, ты поужинаешь с нами?

— Нет. Уверен, вы справитесь и без моей помощи.

Валентин опустил мальчика на пол, тот лукаво посмотрел на тётку, но к огорчению племянника она не поспешила его догонять, а негромко проговорила:

— Он стоит твоей улыбки.

— Я знаю и не о чём не жалею.

— Но я же вижу...

— Всё отлично! — холодно процедил парень. — Лучше догоняй непоседу.

 

Глава 9

 

Катя тихонько постучала в дверь, виновато проговорив:

— Валентин, к тебе пришли. Я им пыталась объяснить, что они не вовремя...

— Кто? — оборвал женщину парень.

— Они не представились, но настаивают на встрече.

Не дожидаясь приглашения, в комнату вошли трое посетителей. Двух из них Валентин сразу узнал, это были ночные гости. Но его глаза были прикованы к третьему. Тот чуть заметно улыбнулся:

— Как видишь, я сдержал слово.

Две пары зелёных льдинок, не мигая, смотрели друг на друга. Словно открытую книгу читая самые затаённые уголки души. Гость крепко обнял парня, а тот, впервые, не оттолкнул чью-то заботу.

— Я ведь пообещал, что мы обязательно встретимся, и подвести тебя не мог.

— Главное, что вы живы, а остальное не имеет значения.

— Для меня имеет! — отчеканил Валентин Степанович.

 

*  *  *

 

Подъехав к двухэтажной даче, окружённой кирпичным забором, мужчина улыбнулся:

— Добро пожаловать!

В просторной комнате было тепло.

— Здесь будет находиться человек, который, когда тебе понадобится, свяжется со мной.

— Это лишнее. Я не хочу, чтобы вы рисковали.

Зелёный взгляд стал жёстким:

— Мне не нужно задавать вопросы, я всё вижу сам. Только я не согласен! Пока жив, я не допущу этого!

— Я только хотел увидеть вас, а остальное... остальное не изменишь.

— Ты обязательно выздоровеешь. А я всегда будут рядом.

В хриплом голосе Валентина Степановича слышалась неподвластная ему боль. Каждое слово звучало подобно заветной мечте. Парень лишь усмехнулся, но как же хотелось верить! Только в душе он понимал, это самообман. Что-то менять уже поздно, слишком поздно...

— Пообещай, — проговорил мужчина, — что пройдёшь обследование.

— А вы пообещайте не рисковать и уехать при первой возможности!

Оба улыбнулись, понимая как призрачны их надежды.

— Валентин Степанович, я хотел спросить... Тогда, у нас дома, вы не выстрелили, из-за меня?

Мужчина достал сигарету, прикурив. Он долго молчал, наблюдая, как поднимается дым.

— Нет, — наконец, глухо проговорил он. — Можно забыть о многом, даже о том, что ты человек. Но есть что-то высшее, неподвластное разуму. Нет, Валентин, была совсем другая причина.

Землю окутали ранние зимние сумерки. Как же быстро пролетел день. Валентин Степанович встал, улыбнувшись:

— Ты дал мне слово. Я буду ждать результат. Что бы ни случилось, мы справимся.

Потом, едва слышно, он спросил:

— Валерий... так ничего и не знает?

Валентин горько усмехнулся:

— Знает, но такай вариант его устраивает.

Не добавив и слова, парень быстро вышел. Мужчина не стал его останавливать. Он облокотился о стену, прикрывая глаза.

— Валера, хорошую же месть ты выбрал.

 

*  *  *

 

Подъехав к дому, Валентин остановил машину. Что-то тёплое грело душу. За сколько же лет ему было так легко? Словно заговорщики подмигивали звезды.

Стараясь не шуметь, парень открыл дверь. В гостиной горел свет. Мария стояла у окна.

— Наконец-то! — выдохнула девушка.

Валентин подошёл к ней.

— Уже далеко за полночь, почему ты не спишь?

Мария опустила заплаканное лицо.

— Это всё неправильно. Я завтра же уеду!

— Тебе у нас плохо?

— Очень хорошо! Я не должна была появляться в вашей жизни. Если сможешь, прости меня. Я, действительно, этого не хотела.

Валентин тяжело вздохнул. Тепло, наполняющее сердце, куда-то бесследно исчезло, уступая место привычной горечи, с нотками циничного безразличия.

— За что ты просишь прошение? За то, что в нашем доме стал слышен смех? За то, что Катя научилась улыбаться? Или за то, что возвращаясь сюда, я перестал испытывать отвращение к этой ненавистной клетке? Пожалуйста, не говори, что я испортил жизнь и тебе.

— Я благодарна за каждый проведённый здесь день, — возразила Мария, — но я не заслуживаю этого!

Валентин с усмешкой смотрел в полные слёз глаза.

— Не надо, — чуть слышно засмеялся он, — ни в чём себя не вини. Всё решится. Легко и просто. Наверное, это единственный возможный для меня вариант. Пойдём на улицу? Там чудесная ночь.

Валентин с Марией не спеша шли по заснеженным аллеям сада, слушая, как под ногами поскрипывает снег.

— Почему мне так страшно? — негромко выдохнула девушка. — Я каждой клеточкой чувствую приближающееся горе.

Валентин, закинув голову, улыбнулся звёздам.

— Мария, зачем слова? Вслушайся в звуки этой дивной ночи. Ей ничего не нужно объяснять. Там... — парень посмотрел в звёздное небо. — Там нет горечи и боли. Только спокойствие, незыблемое спокойствие. Если бы кто знал, как я хочу туда.

Обняв Марию за плечи, Валентин нежно поцеловал её в солёные от слёз губы. Девушка резко отстранилась.

Вырвавшись из державших её рук, она скрылась в ночной тьме.

Валентин лишь усмехнулся:

— Ну, хотя бы на это я имел право? — с вызовом бросил он в яркое небо.

Только парень не мог даже догадаться, что был безмолвный свидетель этой короткой сцены. Стараясь не дышать, Катя стояла чуть в стороне. Из её глаз, слезинка за слезинкой, катились ручейки. От мороза её била дрожь. Но она не могла заставить себя уйти, оставив мужа одного.

 

Глава 10

 

Увидев друга, Николай встал.

— Твоё предложение ещё в силе? — выдохнул Валентин.

Чувствуя, что у него садится голос, доктор кашлянул:

— Я назначу необходимое обследование. Получив результаты, мы подберём лучшую клинику.

Парень усмехнулся:

— Ты же сам хирург?

Николай опустил голову.

— Извини... я не возьмусь... Уже слишком поздно.

Зелёные глаза дружески улыбнулись:

— Всё в порядке, на иное я и не рассчитывал.

За Валентином закрылась дверь, а Николай продолжал смотреть ему вслед. Он понимал, что ничем помочь не мог, потому на сердце было невыносимо тяжело.

 

*  *  *

 

Заполненная машинами дорога не давала возможности ехать на полной скорости. Валентин, в который раз, был вынужден объезжать очередную пробку. Но парень, казалось, не замечал этого. От вчерашнего мороза не осталось и следа. С мохнатых туч срывался снег вперемешку с дождём. В бесстрастном зелёном взгляде тускло отражалась слякоть мостовой.

Парень сжал руль, круто развернув машину.

— Можно войти? — с усмешкой спросил гость.

Мария опустила красные от бессонной ночи глаза:

— Мы не должны больше...

Звонкий смех заставил её замолчать.

— Ты так спешишь, словно желаешь отказать надоедливому ухажёру. Обещаю, больше никаких поцелуев! Забудь обо всём. Оно не стоит твоих переживаний.

Лучистый зелёный взгляд блестел живым огоньком:

— Но сегодня особенный день. И ты поедешь со мной!

— Валентин, что с тобой? — с тревогой спросила Мария.

— Не волнуйся, не сошёл я с ума! Хотя... всё может быть. Только мне до этого нет дела!

— На улице ливень.

— Ну и что с того? Дождь это подарок. Небо не желает больше притворяться. Оно так же устало от лжи. Поехали быстрее, у меня очень мало времени.

 

*  *  *

 

Мария здесь была всего лишь раз, но без труда узнала местность. Вдалеке показался большой белый дом. Машина по бездорожью, разбивая колёсами снег, поехала прямо к реке. Скованная морозом вода не успела растаять. Выключив мотор, Валентин вышел под проливной дождь. Разгорячённое лицо с наслаждением ощущало бьющие холодные капли. Всего несколько шагов отделяло от дома, от родных людей! Но нет, только не сегодня! Снова ложь, фальшивые улыбки, знакомая маска. Сегодня он хотел быть самим собой!

Мария подошла ближе.

— Ты считаешь, это срыв? — хрипло спросил парень. — Пусть будет так! Ведь больше я никогда сюда не приеду...

Лихорадочно блестевший взгляд неотрывно смотрел на знакомые с детства места.

Валентин тепло улыбнулся девушке:

— У меня к тебе просьба. Не оставляй Катю, возвращайся к нам. Ей будет очень тяжело. Я избавлю тебя от ненужных проблем. Всё решится.

Мария не успела ответить, с мрачного неба послышался раскатистый гул грома.

Валентин прикрыл глаза:

— Я тебя понял, я уже всё отлично понял.

 

*  *  *

 

Оставив продрогшую Марию на попечение Кати, парень, даже не переодевшись, снова сел за руль. После стольких эмоций на душе было пусто. Нарастающая боль мешала сосредоточиться на дороге. Валентин настежь открыл окно, холодный ветер приятно обдавал морозцем. Парень легко нашёл нужную деревню, но, подъезжая ближе, почувствовал, как сердце тревожно сжалось. Возле ворот стояло множество машин, а у открытых дверей толпились люди.

Валентин быстро направился к дому. Кто-то придержал его за плечо.

— Он ждёт тебя, только спокойно.

От пульсирующей в висках боли Валентин видел лишь расплывающиеся круги, но сквозь красную мглу он услышал знакомый голос.

— Я знал, что ты успеешь.

Парень в одну минуту оказался у постели.

— Почему? — одними губами, прошептал Валентин. — Вы же обещали быть рядом!

Мужчина слабо улыбнулся, стиснув его руку:

— Я пытался сдержать слово. Сейчас же... сейчас я хочу услышать только одно...

— Всё в порядке, операция состоится, осложнений не должно быть.

Пальцы больно сжались на запястье.

— Это конец? Никакой надежды? Прости, прости меня...

— Не надо, — выдавил Валентин, — я сам виноват. Я устал, действительно, устал. Я хочу... хочу этого.

Руки мужчины притянули сына к своей груди. И из глаз Валентина, впервые, покатились слезы:

— Там... там вы подождёте меня. О большем я и мечтать не могу.

— Валера… Валера, — выдохнул мужчина, — ты мог быть самым счастливым, а выбрал месть... Эх, братишка, что же мы наделали?!

Валентин слышал слабый шёпот, но что-то ответить не было сил. Он даже не заметил, как комната наполнилась людьми. Кто-то положил тяжёлую руку на его плечо.

Парень, пошатываясь, встал:

— Я скоро. Вам не придётся долго ждать, — чуть слышно бросил он.

— Валентин Степанович давно должен был уехать, — проговорил стоящий рядом, — а он всё откладывал... С этим мы разберёмся сами. Я отвезу тебя домой, тебе сейчас нельзя садиться за руль.

Валентин покачал головой:

— Всё нормально.

Развернувшись, он пошёл к машине. Ноги тонули в мягком, зыбком тумане, глаза ничего не видели, кроме ярких огоньков. Боль то накатывала, то отступала.

 

Глава 11

 

Катя одевала сына, малыш всё время крутился, никакие просьбы матери не действовали.

Наощупь открыв дверь, парень, пошатываясь, вошёл внутрь.

— Валентин! — голос Кати сорвался. — Валентин, что с тобой?

Муж попытался выдавить улыбку, но, покачнувшись, едва не упал. Ему с трудом удалось подойти к креслу.

— Не плачь, не нужно. Я не хотел, чтобы ты это видела. Просто... дальше уехать не смог.

— Потерпи, родной мой, я вызову скорую, — пальцы Кати дрожали, набирая номер.

Чёрная пелена покрыла всё пространство, только изредка яркие, кровавые вспышки озаряли её. Резкая, нестерпимая боль с каждой минутой усиливалась. Валентин уже не мог сдерживать стоны.

Присев у ног мужа, Катя навзрыд плакала, прижавшись к его руке.

— Я... я хочу домой! — посеревшими губами, прошептал парень. — Там будет легче, не так страшно...

Крепко закрыв глаза, превозмогая сдавливающую темноту, он приподнялся.

— Нет, хороший мой, нет. Тебе нельзя.

Катя удерживала мужа за плечо. Но, тяжело переведя дыхание, Валентин чуть слышно попросил:

— Мне здесь не выносимо. Я хочу увидеть родных.

— Они сейчас приедут, обещаю.

Парень отрицательно покачал головой. Он всё же встал. Руки Кати удерживали его от падения.

— Я с тобой, — подходя, тихо проговорила Мария.

Валентин не видел девушку, но услышал голос.

— Нет! — хрипло выдохнул он.

Мария взяла парня за руку:

— Пожалуйста, разреши мне быть рядом... Хотя бы в эти минуты...

Валентин стиснул пальцы, но спорить сил не было.

 

Эпилог

 

Толик непривычно бледный, вошёл в кабинет тестя.

— Валерий Степанович, — дрожащим голосом, с трудом выговорил он. Грузно опустившись в кресло, Анатолий закрыл лицо руками, потом глухо продолжил:

— Возле речки... на повороте к нам, перевернулась машина... Два человека... Боже! Он же почти доехал...

— Валентин? — выдохнул Валерий.

Толик смог лишь кивнуть, почти беззвучно добавив:

— С ним была ещё девушка.

На глазах Валерия Степановича показались слёзы.

— Валик... Я не хотел этого. Мне нет прощения. Ты имел полное право ненавидеть меня.

Сердце Валерия разрывалось от боли, но он даже не представлял, как его слова были далеки от истины.

 

© Наталья Максимова, текст, 2017

© Книжный ларёк, публикация, 2017

—————

Назад