Валентина Ушакова. Повелительница стихий. Часть 4

09.06.2016 10:36

ПОВЕЛИТЕЛЬНИЦА СТИХИЙ

 

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

 

Россия, Нижнеморск, 2003

Тина

 

Холодный Екатеринбург остался далеко позади. Мурзик пристроен на время в добрые руки бабушки-соседки. С ненавистной работы я уволилась. Просто вдруг поняла, что непременно должна побывать там, где все началось. И вот они, места, где прошло мое детство. Здесь я впервые встретила Клару и ее детей. Здесь нашла Кольцо, которое изменило мою жизнь…

Снова и снова я брожу по пустынному пляжу. Кажется, время застыло… Прежние распри затихли, и город моего детства вновь похож на прежний Нижнеморск. В нашем доме теперь живет дальняя родственница – тетя Лена, вдова маминого троюродного брата со своими дочерьми Таней и Наташей. Они очень рады моему приезду, тетушка даже расплакалась от избытка чувств. Лучшей кулинарки нет во всем городе. Вот уж я поем штруделей!

А вот и мой любимый сад. Фруктовые и ореховые деревья посажены в нем руками моих родителей, а кусты белой сирени у забора и ароматные желтые розы под окнами сажала я…

По утрам, после завтрака, я отправляюсь на море. Стройная девушка в красном купальнике кажется мне знакомой. Подхожу поближе. Зоя!

– Привет! Видела, как ты резвилась на днях! Прямо как дельфин!

– Привет…

Я расстилаю одеяло рядом с ней и сбрасываю сарафан.

На шее у меня прочная стальная цепочка, пропущенная через Кольцо. Оно со мной, только скрыто от посторонних глаз купальником.

Зоя улыбается и говорит:

– Дени передает тебе привет!

– Спасибо, я ему тоже… Дени – герой! Настоящий атлант!

– Дени – не атлант. Он – Принятый. К сожалению, нас, атлантов, осталось слишком уж мало. Дени – муж нашей младшей сестры Хлои. Хло – самая красивая из нас.

– Повезло Дени! Я даже не представляю, как можно быть красивее тебя и Клары…

Мы обе вздыхаем и замолкаем…

– А чем занимается Дени?

– Дени – настоящий боец.

Исчерпывающее пояснение! Мне очень хочется спросить об Артуре, но я не смею… Зато слышу слова, мысленно произнесенные Зоей: «Это великая честь – умереть за Повелительницу стихий». Пока я здесь, меня будет охранять Зоя.

Потом я иду плавать… Зоя-Зенэйс присоединяется ко мне. И вот мы уже весело несемся наперегонки… Сколько же в ней энергии и задора, как она любит жизнь! Заплываем так далеко, что берега не видно. Ложимся на спины и отдыхаем… А вокруг нас все оттенки бирюзы: море и небо… Как я люблю море!

После заплыва мне вдруг приходит в голову, что неизвестной мне красавице Хло тоже очень повезло…

Дома я задумываюсь: почему атланты бросали меня в самые трудные минуты жизни?! И вдруг понимаю, что нет, не бросали. После аварии врачи были уверены, что я на всю жизнь останусь инвалидом, не способным себя обслуживать: именно поэтому Игорь и бросил меня. Вопреки всему, я неожиданно иду на поправку и полностью восстанавливаюсь. Резервы молодого организма? Чудо? Я припоминаю будто сквозь пелену, как ночами надо мной склонялось расплывающееся лицо женщины… Мне по ночам делали какие-то капельницы… И с каждым днем мне становилось все лучше… А когда я однажды спросила у медсестры, будут ли мне ночью снова делать капельницу, ее брови изумленно взлетели вверх…

А когда я умирала от гриппа, в больнице вдруг появился профессор с американским лекарством, после которого я сразу пошла на поправку… Правда, потом пришлось лечиться еще долго…

Я ухожу на пустырь и тренируюсь снова и снова. Разбегаюсь, поджимаю правую ногу, изгибаюсь, забрасывая голову назад и плавно опускаюсь на землю… Кажется, уже немного начинает получаться…

Время от времени звоню Соньке, и мы болтаем по скайпу. Говорю, что отдых у родственников мне очень нравится, меня никак не хотят отпускать… Передаю пламенный привет Борису. Несколько раз звонил и Слава… Он рад, что я отдохну и укреплю здоровье, только очень скучает… Его собираются повысить.

В одну из ночей я просыпаюсь оттого, что моя кровать движется. Слышны шум, крики… Включаю свет – люстра качается, как маятник. Землетрясение… Мы с тетушкой и ее дочками выбегаем на улицу в ночных рубашках, накинув сверху прихваченные в спешке плащи и куртки.

Я не знаю, как усмирить стихию, просто не умею. Но ведь это возможно, я это чувствую! Я должна, должна понять, как это делается!

Начинаю усиленно думать, и вдруг понимаю: если я – повелительница стихий, мне достаточно приказать, и они подчинятся. Мысленно повелеваю разбушевавшейся стихии немедленно утихомириться. Толчки вдруг прекращаются…

Я возвращаюсь в дом досыпать. Меня уговаривают остаться на улице, но я отказываюсь. Остальные всю ночь жгут на улице костры, боясь вернуться в дома. Но я-то знаю, что теперь можно спать спокойно…

Я горжусь собой! У меня все получилось! Мне удалось укротить стихии. Я – настоящая Повелительница стихий! У меня все получится!

Пора уезжать. Как хорошо, что я побывала в Нижнеморске! За две недели я отдохнула, загорела, отъелась на тетиных пирогах, а главное – приобрела уверенность в себе, так мне всегда недостающую. Я сажусь в поезд. Тетя Лена и Таня с Наташей провожают меня. Мы по очереди обнимаемся, и тетя берет с меня слово, что я непременно приеду в следующем году. Тетушка сует мне в руки пакет с фаршированной курицей, пирожками и фруктами. Прощальные поцелуи, слова благодарности и приглашения. Родня машет мне, когда поезд начинает двигаться, и я машу в ответ… Поезд набирает ход. Но мой путь лежит не в столицу Урала. Никто, кроме Зои, не знает, что я сойду на следующей же остановке.

 

Россия, Москва, 1993 год

Асланбек

 

Ему все-таки удалось разыскать Юргена. Ни в какой монастырь тот, ясное дело, не подался. Да, решил на некоторое время уединиться, пожить вдали от цивилизации, отдохнуть от людей. Но теперь снова вернулся в мир. Работал в охране.

Они встретились в дорогом ресторане. Асланбек выглядел по-министерски. Вначале, как водится, помянули товарищей, обменялись новостями. Затем Асланбек выложил Юргену все, что знал. Показал помятый блокнот, кольцо и карты американца. Юрген просмотрел все, повертел кольцо... Сказал, что с такими данными найти клад невозможно. Слишком много неизвестных в задаче.

Асланбек и сам уже стал сомневаться. Но мысль об огромном богатстве не давала ему покоя. Ни историк, ни географ, ни астроном, которых похитили люди Асланбека, не опознали изображения. Нет такого созвездия и островов таких нет. А кольцо, вполне возможно, принадлежало кому-то из царей. Эх, будь жив американец, насколько бы облегчились поиски!

Сколько сил, времени, средств вложено, и все напрасно! Но Асланбек не привык отступать. Значит, нужно действовать еще упорнее. На объявления в разных газетах типа «Коллекционер приобретет фамильное кольцо. Вознаграждение за любые сведения о семейной реликвии» и «Продам фамильное кольцо», в которых давалось подробное описание кольца, откликались только аферисты. Нескольких особо наглых людям Асланбека даже пришлось хорошенько поучить. Коллекционерам люди Асланбека доверия не внушали, потому вступить с ними в контакт не получалось.

– Ты все же покумекай, – попросил на прощание Асланбек. – Если что в голову придет, сам знаешь, у меня и люди, и средства. В долгу не останусь. Попробуй разговорить коллекционеров. Мог бы сам, тебя бы не просил.

Юрген согласился подумать, поспрашивать, но результатов не обещал.

После встречи же Асланбек задумался: не зря ли он выложил все карты перед Юргеном. Может, умный прибалт увидел в его картах нечто такое, что дало ему зацепку, и решил действовать в одиночку? Нет, одному такое дело не провернуть…

 

Атлантический океан, частный остров, 2003 год

Тина

 

Зоя ждет меня на вокзале в своем автомобиле, и мы мчимся на пристань. Атлантка отдает мне по дороге новенький загранпаспорт! Вот она, белоснежная красавица-яхта с надписью «Gloria», на которой мы отправимся в круиз! Я наслаждаюсь жизнью, словно какая-нибудь мажорка, сидя на палубе в шезлонге в белом топике и шортах, потягиваю свежевыжатый апельсиновый сок и любуюсь проплывающими красотами! Зоя обещала показать мне настоящую Атлантиду! Вернее то, что от нее осталось… Я жадно слушаю ее рассказы о чудесной стране, давным-давно исчезнувшей под водой.

Мы плывем вдоль берегов Турции, Греции, Италии, Франции, Испании, любуемся южными красотами побережья и столицами древних цивилизаций. Пересекаем Гибралтарский пролив. Посещаем испанский Кадис, единственный уцелевший город Атлантиды, второй по величине город Империи, когда-то завоеванный атлантами, расположенный на ее окраине, самый древний город мира. Плывем дальше. Атлантический океан прекрасен при любой погоде… Сверху, снизу, сбоку – безбрежная лазурь! Наш путь лежит мимо Канарских островов, в самое сердце Атлантиды, где много веков назад была великая цивилизация. Ведь Атлантида не стерта с лица Земли совсем! Канарские острова, острова Зеленого мыса, Азорские острова, Мадейра, множество крошечных, зачастую необитаемых островов – всего лишь крошечные осколки великой Атлантиды. Навсегда потерянного земного рая, страны вечного лета…

К одному из таких многочисленных островков мы и направляемся. Этот небольшой оазис в океане принадлежит атлантам. Когда моя нога ступает на берег, мне становится спокойно и радостно: я дома.

И вот мы уже ныряем с аквалангами, разглядывая кораллы, разноцветных рыбок, медуз и моллюсков. Попробовать себя здесь в роли Ихтиандра я пока не рискую… Какая красота! Мы опускаемся все глубже… Вот оно! Осколки мраморных колонн, разбитые корабли, огромные статуи поверженных богов, склизкие, обросшие кораллами… Я опускаюсь еще ниже, беру в руки амфору… С восторгом разглядываю огромные мраморные головы с отбитыми носами, статуи мужественных юношей и прекрасных девушек без рук, ног, голов и почти целые… Статуи лошадей, дельфинов и прочих животных… Я забываю о времени…

Мелькает тень. Акула! Я смотрю в маленькие черные глаза хищницы, поднимаю фонарик и направляю луч прямо на нее. «Уходи, же уходи!» Но она приближается. Два гарпуна одновременно вонзаются в хищницу: в глаз и в бок… Смертельно раненая хищница начинается яростно биться, окрашивая все вокруг красной пеленой…

И вот он день посвящения! Мы плывем к подводному гроту, входим в огромную пещеру, освещенную факелами. Своды ее теряются во мраке. Это храм атлантов, украшенный золотыми курильницами и жертвенниками. Переодеваемся в белые одеяния… Я снимаю Кольцо с цепочки и надеваю на палец. Четыре юные жрицы с золотыми обручами на распущенных волосах кружатся в танце, напевая старинную песню на неведомом мне языке. Зоя, вернее Зенэйс, с золотым венцом на голове приносит в жертву белого барана… Курятся благовония, обдавая нас дурманящим ароматом. Вдоль стен выстроились восемь крепких юношей, а в углу, в тени прячется древняя старуха в черном облачении… У входа с суровым выражением лиц стоят два рослых подростка лет двенадцати-тринадцати со скрещенными позолоченными алебардами.

После жертвоприношения старуха выходит из тени. Она очень древняя, иссохшая, словно мумия, в чем только душа держится! Ее мертвые немигающие глаза показывают, что она давно не видит мир. Пророчица кружит на месте, непрерывно маша руками, и вдруг начинает выкрикивать слова на неизвестном мне языке. Черный капюшон спадает и абсолютно белые волосы рассыпаются на плечах.

Зэнейс переводит.

– Пророчица Амарантос говорит, что все случится в этом или следующем году. Уже скоро… Комета смерти приближается. Нас ждут страшные события… Но она не видит, чем все закончится… Только страшный, смертельный бой между Светом и Тьмой. Говорит, что теперь все зависит только от тебя. Ты можешь остановить Вторжение…

Старуха падает и замирает неподвижно… Жива ли она? Кажется, нет… Юноши подходят и уносят бездыханное тело. Она была слишком стара и отдала все силы…

– Отныне ты, Хризеис, Верховная жрица атлантов, Хранительница Кольца и Повелительница стихий…

Хризеис… До меня это имя носила Лола… Теперь оно перешло ко мне. Мы идем в другой зал. Он поражает богатством убранства. На возвышении – золотой трон, усыпанными драгоценными камнями, к которому ведут с десяток ступеней. Зенэйс торжественно провозглашает:

– Верховная жрица Хризеис объявляется царицей атлантов.

Вот так. Не больше и не меньше… Больше некому, значит…

Мне на голову надевают другой венец, роскошнее первого. На нем золотое солнце и серебряный месяц. И сверкающие камни, изображающее далекое созвездие, родину Посейдона и его товарищей.

Зенэйс произносит слова клятвы на древнем языке. Я прижимаю руку к сердцу и повторяю вслед за ней. И хотя язык мне неизвестен, я ясно постигаю смысл сказанного.

– Я, Хризеис, царица атлантов, клянусь защищать интересы моего народа до последнего дыхания…

Зенэйс подают третий золотой венец, усыпанный разноцветными каменьями, и она надевает его мне на голову. Это знак двойной власти. Он очень тяжелый. Но я держусь так, словно всю жизнь проходила в короне.

Мне подносят золотую чашу, полную темно-красного вина. Выпиваю до дна ароматный, терпкий, с легкой кислинкой, удивительно вкусный напиток. Вино легкое, крепости в нем мало, оно освежает, бодрит и почти не пьянит. Живительное тепло разливается по моему телу. Поднимаюсь по ступенькам на трон и восседаю на него с таким достоинством, словно от самого рождения только этим и занималась.

Мои немногочисленные подданные, включая и Зенэйс, опускаются на колени. Это мой народ, за который я готова умереть…

Через несколько минут по знаку Зои все поднимаются. Церемония коронации окончена.

– Теперь мы должны показать тебе, чем ты владеешь…

Мы спускается вниз по ступеням. И мне сразу вспоминается старый-престарый польский фильм «Фараон». Не хватает только черепов и скелетов. Мы идем по бесчисленным коридорам, множество дверей, таинственные знаки на стенах. Входим в хранилища… Чего тут только нет… Золотые статуи… Золотая посуда: вазы, кувшины, блюда, маски… Какие-то золотые тазы… Сундуки, полные старинных монет… Ящики с украшениями… С разноцветными драгоценными камнями… Горы самородков. Массивные золотые бруски, размером с кирпич… Золото, золото, золото… Платина… Бриллианты… Изумруды… Сапфиры… Рубины… Еще… Еще… И еще…

Есть здесь и иные сокровища – мраморные и бронзовые скульптуры выполнены настолько искусно, словно они дышат и двигаются… Старинные картины величайших мастеров… Я, оказывается, богаче, чем Крез…

Когда пройден последний зал, я вздыхаю с облегчением…

– Это лишь один из наших островов, самый большой… – поясняет Зоя. – Всего их семь… И на каждом есть такое же хранилище. Жаль, что ты пока не можешь увидеть остальных своих подданных… Война продолжается, и они выполняют важные задания… А сегодня ты увидишь суд.

Значит, я не увижу ни Артура, ни Александра, ни Дени… И неизвестную мне красавицу Хлою я тоже не увижу… Жаль…

Мы идем в другой зал. Я уже привычно сажусь на трон, он другой формы и украшен по-другому. Два рослых атланта с обнаженными мечами встают по бокам. Еще двое с пиками стоят у входа в зал.

– Это Зал Суда, – поясняет мне Зоя.

Атланты затаскивают в зал троих рослых связанных мужчин. Они смуглы, горбоносы и черноволосы. Видно, что перепало им крепко. Пленники с ненавистью смотрят на меня. Один, самый старший из них, что-то яростно кричит на гортанном языке… Я понимаю лишь одно слово: Асланбек.

Зоя-Зенейс переводит:

– Он говорит, что Асланбек доберется до тебя, Хозяйка Кольца…

Затем она объявляет:

– Это лазутчики Асланбека, одного из наших врагов. Эти люди виновны в гибели наших товарищей. Они хотят уничтожить атлантов, чтобы захватить наши сокровища и Кольцо Богов. Какой кары они достойны?

– Смерть, – не задумываясь, произношу я и, раздувая ноздри, как патрицианка в древнем амфитеатре опускаю вниз большой палец сжатой в кулак руки.

Зенэйс объявляет:

– Виновны!

В зал входят трое мужчин с мечами.

Первый направляется к тому, который кричал, и взмахивает мечом. Голова отделяется от туловища и катится, кровь хлещет фонтаном из обезглавленного тела. Потом второй… Третий… Тела уносят… Зрелище не для слабонервных… Раньше я бы, наверно, в обморок упала. Но теперь я – атлантка. А для этого гордого племени нет лучшего зрелища, чем кровь поверженных врагов! Смерти они не боятся, даже дети, ведь герои не умирают! Конечно, вряд ли атланты каждый раз судят так своих врагов. Это лишь традиционный обряд, подготовленный к коронации.

Мы идем по длинному узкому коридору, поднимаемся по ступеням и оказываемся в подвале роскошного особняка.

– Вот мы и дома, – говорит Зенэйс, поднимаясь вверх по лестнице.

Затем наступает время торжественного обеда. Большой зал в праздничном убранстве. Такой роскоши я не видела даже в кино. Золотые столовые приборы. Тончайший фарфор. Море экзотических цветов…

Я и мои подданные по-семейному собрались за одним столом. Зоя сидит возле меня, рядом с ней – ее двенадцатилетний сын Филипп, затем шестнадцатилетняя дочь Агейп, самая юная из жриц.

На мне пышное бежевое платье с высоким «королевским» воротником, усыпанное мелкими бриллиантиками, все в пенных кружевах. Девочки лет шести-восьми, одетые, как принцессы, в венках из роз на кудрявых головках несут за мною шлейф. У Зои платье почти такое же, как мое, только кофейного цвета и без шлейфа. И венец похож, только поменьше. Остальные дамы и девочки тоже разодеты в роскошные наряды пастельных оттенков: розовые, сиреневые, голубые… Мужчины в бархатных камзолах синего, фиолетового, черного и темно-зеленого цветов, искусно расшитых золотыми узорами.

Мои ноги облегают кожаные туфли на среднем каблучке, расшитые золотом, с золотыми пряжками и крупным бриллиантом посередке. Зоя перед обедом навесила на меня «фамильные» украшения. На голове – низкий зубчатый венец, вдоль которого свисают гирлянды плоских золотых бусин. На шее длинная цепь, толщиной с собачью, но фигурная, удивительно филигранной работы, с кулоном в виде звезды размером с медаль. Только бы не залезть ею в тарелку! На руках – широкие браслеты, пальцы унизаны перстнями.

На мне столько золота, что я ясно ощущаю его тяжесть. Да, быть правительницей действительно тяжело! Что ж, ведь я и правда королева, хотя королевство у меня крошечное, а подданных почти что не осталось…

Поздний вечер. Вот и моя опочивальня. С удовольствием разоблачаюсь, освобождаясь от целого килограмма украшений. Зоя помогает мне. Ложусь на огромную квадратную кровать с двумя роскошными пологами, парчовым и кисейным. Настоящий сексодром! Королевское ложе выточено, по-моему, целиком из огромного дерева или же удачно скомпоновано из нескольких стволов великим мастером. Сверху донизу моя кровать вся в резных завитушках, кончики которых украшены золотыми аппликациями в виде колпачков. То ли это черное дерево, то ли древесина удачно протравлена красителем. Красота неописуемая! Шелковое постельное белье, не сатиновое, а именно шелковое, нежно-розового цвета. Пологи я прошу убрать: не привыкла спать в замкнутом пространстве… Когда я выйду замуж за Артура, это роскошное, воистину королевское ложе нам очень пригодится!

 

Россия, Москва, 1993 год

Юрген

 

После встречи с Асланбеком Юрген задумался. Конечно, полученные сведения были ничтожны. У него, в отличие от Асланбека, не было ни средств, ни людей. Зато Юрген обладал блестящим аналитическим умом. И, кроме того, он чувствовал в себе какую-то неведомую силу, но пока не знал, как ее применить.

В отличие от боевого товарища, Юрген Грантс так и не нашел себя в жизни. К науке он охладел, в криминал влезать не хотелось… Заняться бизнесом – хлопотно и нет первоначального капитала. Влезать в долги не хотелось, к тому же был велик риск прогореть.

Скоропалительная женитьба быстро закончилась разрывом. Кажется, ткни пальцем наугад в первую встречную, и то выбор бы оказался удачнее. Поколесил по стране, но нигде не зацепился. Однополчанин пристроил Юргена к себе, в охрану, и на том спасибо. Потерял себя бывший воин-интернационалист, а найти так и не смог.

Но мысль о кольце и кладах древних царей крепко засела у него в голове. Это была тайна, загадка, задача, которую так требовал его пытливый ум. А решать задачи он любил с детства и знал, что ответ всегда можно найти, разве что в условия задачи вкралась опечатка. И Юрген начал от скуки потихоньку собирать информацию. Объектом его внимания стали коллекционеры: именно в той среде был наибольший шанс узнать что-то стоящее. Для начала Асланбек прислал ему несколько старинных вещиц, с которыми можно было появиться, не вызывая подозрения.

 

Частный остров в Атлантическом океане, 2003 год

Тина

 

Праздники остались позади. Зоя учит меня стрелять и владеть холодным оружием, показывает кое-какие приемы самообороны… Получается неважно… Боец из меня никакой. Что поделать: атланты тренируются с детства. Сама Зоя – настоящая амазонка! Потом меня учат водить машину. По вечерам, когда мое тело ноет от усталости, жрица Зенэйс рассказывает мне историю Атлантиды и обрисовывает нынешнее положение дел. А врагов у атлантов немало…

Сокровища атлантов всегда были магнитом для алчных людей. А черные маги и амбициозные политики пойдут на все, чтобы завладеть Кольцом Богов. Потому и не могут атланты сегодня собраться все вместе, чтобы поприветствовать свою новую царицу.

За эти дни я узнаю так много нового и интересного, что мой мозг чуть не плавится от избытка информации. Оказывается, я не была единственной! Избранных было около двух десятков. С детства они потрясали окружающих своим блестящим умом и ярким талантом: в каждом из них Дар проявлялся по-своему, но скрыть его было невозможно, он выплескивался наружу, как драгоценная влага из переполненного сосуда. Такие дети быстро становились известными в своем городе, стране, мире. Но почти никто из них не дожил до совершеннолетия. Самой известной была девочка – юный политик-миротворец. Погибла в авиакатастрофе.

Особенно много таких детей было почему-то в СССР. Две юные художницы… Умерли в подростковом возрасте из-за стремительно развившейся болезни… Юный поэт… Безо всякого повода выбросился из окна… Юный писатель. Вместе с группой одноклассников раздавлен грузовиком по дороге домой после выпускного вечера. Мальчик-певец… Люди знающие его, называли «светлым отроком». У него был удивительной красоты голос… Утонул при невыясненных обстоятельствах. Юная поэтесса, ставшая известной на всю страну в детстве, с ранних лет приобщившаяся к спиртному и выбросившаяся из окна. Еще один мальчик-поэт. Этому, можно сказать, повезло… С возрастом Дар заглох в нем совершенно, именно поэтому парень до сих пор жив…

Но самой талантливой изо всех, хотя и неизвестной миру, была Лола-Хризеис, дочь Клары от первого мужа, Джемалдина. Молодой мастер боевых искусств спас юную атлантку, когда ее пытались похитить враги, чтобы узнать, где спрятаны бесценные сокровища. Тот клан теперь истреблен полностью… Александр, настоящий атлант, второй муж Клары и отец Артура, был тогда еще подростком. Несколько лет спустя Принятый, нареченный Леонидом, погиб в бою с Поклоняющимися Тьме… После смерти отца Лолы Клара стала женой Александра и на свет появился Артур.

У Лолы были огромные способности. Она с детства была вундеркиндом, настоящей полиглоткой, знающей множество языков и свободно ими владеющей. Блестящий ум, феноменальная память, мгновенная реакция… На нее возлагались большие надежды. Сама Лола была уверена, что именно на нее возложена Миссия по спасению человечества…

В отличие от прочих, я была неизвестна миру. Но пророчица Амарантос вновь подтвердила слова древних пророков: обладающую величайшим Даром следует искать там, где раскинулся Евксинский Понт. И велела Кларе отправиться в те края и бросить Кольцо Посейдона в море, чтобы оно само отыскало Повелительницу стихий… Так я и стала Избранницей Богов.

А еще Зоя рассказывает мне о врагах. Несколько кланов преследуют атлантов. Самый главный враг – Поклоняющиеся Тьме, некогда это был многочисленный и могущественный орден, но бои с атлантами сильно сказались на количестве и тех, и других. Сейчас бывший орден выродился в закрытую, тщательно законспирированную секту. Неуловимый черный маг как паук опутывает своей паутиной весь мир. Эдакий незримый вселенский злодей. Я сразу же представила себе древнего старца, похожего на Кощея Бессмертного с костлявыми, загребущими руками…

Был еще один немногочисленный клан из Америки, но их люди давно не появляются. Как и такой же клан из Германии. Зато недавно возникли новые искатели сокровищ – люди некоего Асланбека. Недавно вынырнул из неизвестности еще один. Поэтому атланты вынуждены постоянно пребывать в борьбе…

Все когда-то кончается… Пришла пора возвращаться… На обратном пути посещаем Тунис и Египет. Лето кончилось.

 

Россия, Москва, 1994 год

Юрген

 

Он напал на след. Не самого кольца. Того, кто его разыскивает. Один из коллекционеров, которому Юрген продемонстрировал старинную табакерку, серебряный с позолотой походный стакан и золотую монету, поведал новому знакомцу, что похожим кольцом интересовался человек, изредка появляющийся их среде. Он иногда что-то покупал, продавал, менял по мелочевке, потому его мало кто знал. Это был очень пожилой человек, грек. По его словам, кольцо было его фамильной реликвией. Много лет назад его похитили грабители.

Юрген решил непременно познакомиться с этим человеком. Никто не знал адреса старика, а звали его, кажется, Никиас. Грек был нелюдимым и странноватым. Появится ли он еще? Но Юрген был терпелив. Он заказал себе визитки, раздал нескольким знакомым коллекционерам и попросил передать греку на словах, что у него есть для него важная информация.

Время от времени звонила брошенная супруга, жаловалась на жизнь, звала обратно. Юрген жалел бабу, помогал ей, чем мог. Знал, что и она поможет в трудную минуту. Но чтобы возвратиться – никогда! Постепенно они стали просто друзьями. Настоящими друзьями. Так с ней и не развелся – необходимости вроде не было, а хлопоты лишние… Так и числилась женой…

Юргену повезло. Грек объявился через полгода и позвонил. Они договорились о встрече. Познакомившись с Никиасом, Юрген понял, что именно этого человека он ждал всю жизнь.

Худой старик с совершенно седыми волосами и бородой, желтой кожей и живыми черными глазами произвел на него неизгладимое впечатление. От этого старика исходила такая сила, такая внутренняя мощь, какой не сыщешь в нынешних молодых людях. И королевское достоинство. Такие лица теперь можно увидеть лишь на старых фотографиях. И Юрген рассказал Никиасу все, что удалось узнать о кольце. Старик слушал, не перебивая. Потом заговорил сам.

 

Россия, Екатеринбург, 2003 год

Тина

 

Екатеринбург встретил меня холодным дождем. Два с половиной месяца пролетели, как один день… Кажется, что это был всего лишь долгий и прекрасный сон… Соньке я привезла ракушки, восточные сладости и красивое платье. А еще яркие футболки ее братишке и сестренке. Сонька в восторге! Она любуется моим золотистым загаром и говорит, что следующим летом бросит все и непременно поедет со мной.

Подружка рассказывает последние новости: на днях видела этих драных кошек из мэрии, Луцай с Зубриловой, обе ходят с кислыми рожами. Дени, молодец, сразу же от Гальки свалил, только его и видели! Размечталась, овца нестроевая! А Славка даже и не думает клевать на Надькину удочку. Так им, мерзавкам, и надо!

Борису и Славке я вручаю гавайские рубахи с попугаями. Мы вчетвером торжественно отмечаем мой приезд: я привезла с собой большой стеклянный кувшин с темно-красным вином. Борькина пассия в командировке, так что он пока беспризорник и может спокойно заливать за воротник.

Пора возвращаться к будням. Я снова ищу работу. Хотя, как королева, вполне могла бы и не работать… Денег у меня достаточно. В Швейцарии на мое имя открыт солидный счет. Но сейчас я не должна привлекать к себе внимание. Нужно найти какую-нибудь непыльную работенку для прикрытия. Но только не лаборатория, нет!

Я снова тренируюсь. Да, мне удается уже на несколько минут зависать в воздухе. Но я хочу большего. Я мечтаю о свободном полете… Интересно, как там мое крошечное королевство? Я знаю, что после моего отъезда почти все атланты покинули остров и отправились в разные стороны. Удалось ли Александру, Артуру, Дени и Хлое выполнить задания?

Вечером ко мне снова является Слава с букетом розовых орхидей. Слава говорит, что приближается его отпуск, и можно было бы вдвоем съездить на отдых в Турцию или Египет... Я отвечаю, что у родственников отдохнула на три года вперед.

Субботний вечер. Славка уехал в командировку. Сонька заваливается ко мне с воплем: «Смотри, кого я привела!». Улыбающаяся Лариска Белова с большим пакетом в руках вплывает в мою квартиру.

– Привет! Вот, встретились и решили оттянуться!

Она достает из пакета шампанское, торт, большую коробку конфет. Мы с Сонькой начинаем резать салаты, а Ларка просто болтает с нами: у нее свежий маникюр. Белова, как Информбюро, излагает нам последние новости, рассказывает о своей работе.

– У меня одна пара разводилась, это тихий ужас! Грязью поливали друг друга, дрались за каждую ложку… Наварила я на них хорошо! Вот бы таких пар побольше. Развелись, все переделили до последнего рулона туалетной бумаги… А на днях встречаю их: идут в обнимку, улыбаются. Мне помахали, такие радостные! Я сначала удивилась, а потом поняла: другие-то еще неизвестно какие попадутся. А они друг друга уже во всех ситуациях видели… Ничем не удивят…

Когда салаты нарезаны, выясняется, что хлеба нет. Ларка вскакивает и говорит, что мигом сгоняет в магазин. Смотрим в окно: начался дождь и неслабый.

– Возьми что-нибудь на вешалке, – говорю я.

– Ага, я мигом…

Лариска быстро натягивает мою красную курточку с капюшоном, хватает зонт и убегает.

Мы ждем, но она что-то задерживается…

– Очередь, видно, или товар привезли, – размышляет вслух Сонька.

Я извлекаю пятилитровую бутыль с вином, которую мы в прошлый раз уже ополовинили.

Ждем еще… Смотрим в окно. Ларки все нет.

– Может, какое срочное дело, – говорю я. – А телефонов наших она не знает.

Сердобольная Сонька вскакивает.

– Вдруг ей плохо стало…

Она стремительно убегает…

Во дворе раздается дикий крик.

Лариска лежит под аркой. Мой алый зонтик валяется рядом в грязи. Белова жива, но без сознания. Ее дорогой, нарядной сумки нет, исчезли и украшения. Мы вызываем «Скорую» и милицию.

Вот так повеселились… Сходила баба за хлебушком.

Едем вместе с Ларкой. В больнице пострадавшую приводят в себя. Последнее, что она помнит, резкий удар по голове. Лариска дает показания милиционеру, мы с Сонькой подтверждаем ее слова.

Грабитель – отморозок, скорее всего, наркоша… Мог бы и просто вырвать сумку. Но меня смущает, что Лариска была в моей куртке и с моим зонтом. Где же тогда мой телохранитель?!

Белова, придя в себя, обвиняет какого-то мужика, который недавно обещал с ней разобраться… Но так ли это? Я в раздумье. Что же делать? Вдруг на самом деле, это было покушение на меня?

 

Россия, Москва, 1995 год

Асланбек

 

Удача, наконец, улыбнулась ему. По объявлению обратился парень. Назвался Малисом. Сатанист. Деньги ему понадобились, а тут появилась возможность срубить бабла по-легкому. Кольца самого он не видел, но слышал о нем от одного парня. Сварт, так его кликали, куда-то потом подевался. Сатанистом и тот был, познакомились на одной сходке. На всю голову отмороженный парень был. Звал к себе, мол, там у них круче. Он и рассказал о Кольце Люцифера. И подробно его описал. Да, именно то самое кольцо. Солнце-луна и звезды вразброс. С ним, мол, великие дела можно делать. У них самый крутой в мире черный маг. И скоро весь мир им принадлежать будет. Только секта очень засекречена, там через какие-то жуткие испытания нужно пройти. Парень побоялся, обещал подумать, но тот больше не появился.

Выжав из незадачливого поклонника Вельзевула и любителя халявных денег все, что тот знал, его просто прикончили. Асланбек понимал теперь, что является обладателем лишь копии кольца. Чеченец сделал вывод: нужно найти то самое гнездо сатанистов, а уж они и выведут на настоящее кольцо, на сокровища древних царей.

 

Россия, Екатеринбург, 2004 год

Тина

 

Выглядываю в окно. Или это паранойя? Никто не преследовал меня сегодня, а мужик просто шел по своим делам в ту же сторону, что и я. Или я действительно лежу в перманентной коме после аварии, и видения преследуют меня?

Достаю кольцо, ощущаю его вес и тепло… Вот же доказательство… Или Кольцо тоже плод моего больного воображения? Жила бы я себе и жила… Если бы не нашла Кольцо. Нет, не жила бы… Меня бы зверски убил в Нижнеморске маньяк-педофил, похищающий девочек. Ведь рядом не оказалось бы Александра. Кстати, ведь после того, как за тем мужиком погнались атланты, убийства девочек прекратились…

Да, убийцы могут ворваться в любой момент… Враги уничтожат всех нас, атлантов, до последнего и некому будет отразить атаку сил Зла… Я впервые причислила себя к атлантам. Дени ведь тоже был принят семьей атлантов…

Нас осталось так мало! Все напрасно. Я обречена. Глаза наполняются слезами… Я окружена, как загнанный зверь… И Борис не спасет меня… И Зоя не сможет мне помочь… Мы все смертники, как Лола, Клара, Джемалдин и все те, кто пытался спасти мир… Земля обречена… Меня убьют, и некому будет отвести комету-убийцу в сторону. А если комета все-таки пройдет мимо, то мир поглотит Зло… Я закрываю глаза… Бой еще не начался, а я уже знаю, что силы не равны, и наше дело – безнадежное… Тогда зачем мы пытаемся что-то делать?!

И я никогда больше не увижу Артура…

Кольцо, ты всегда меня согревало и поддерживало… Почему же именно теперь я потеряла надежду? А может, и правда, это было лишь случайное совпадение. Какой-то придурок просто тащился за мной, и все?

Я надеваю Кольцо. Кольцо Богов. На нем изображено далекое созвездие, откуда к нам прилетели инопланетяне. Они были более передовой цивилизацией, поэтому творили чудеса и многому научили землян. Они были Богами для древних людей. А Кольцо Посейдона – это какой-то прибор, умеющий концентрировать биоэнергию и использовать ее в разных целях. Вот только инструкции к нему нет. Им, наверно, можно научиться управлять. Только времени почти не осталось.

Я долго ворочаюсь, прислушиваясь к малейшему шороху, и, наконец, засыпаю. Вижу сон, похожий на захватывающий фильм. Корабль инопланетян во главе с командиром Зевсом летит сквозь просторы Вселенной. То ли посадка на Земле была вынужденной, то ли они специально прилетели с миссией. Во всяком случае, к себе домой они не вернулись, и остались жить на голубой планете.

Инопланетяне были очень высокого роста, примерно два с половиной метра, и вообще внешне разительно отличался от аборигенов. По меркам землян сошедшие с небес были прекрасно сложены и очень красивы. У Посейдона, как и у его брата Аполлона, были синие глаза и светлые волосы, которые вились крупными кольцами. А еще они умели многое. Например, двигать гигантские мраморные блоки, целыми днями плавать под водой, как рыбы, усмирять диких зверей и еще много чего, за что были объявлены Богами. И были у них серебристые трезубцы, с помощью которых можно было метать молнии и разрезать скалы, словно нож масло.

Инопланетяне выявили участки, где были заметны первые очаги цивилизации, и, отделившись от корабля-матки, разлетелись в разные стороны на небольших летательных снарядах. В древних легендах прямо говорится, что Боги поделили всю Землю между собой. Возможно, инопланетяне прибыли к нам с Сириуса из созвездия Большого Пса, так как именно эта звезда пользовалась у их потомков особым уважением. А может, она служила межзвездным путешественникам космическим маяком благодаря своей исключительной яркости. Часто упоминался и созвездие Орион.

Командиру Зевсу выпал жребий на землю, именуемую Этрурией, известную нам как Италия. Посейдону (на самом деле его имя звучало немного по-другому, но вряд ли кто из землян сумел бы его выговорить), достался огромный треугольный остров, вернее, архипелаг, расположенный в Атлантическом океане. А младший брат Посейдона – Аполлон – получил Арктику, которая в те времена была цветущим краем. Разлетелись по своим уделам и остальные инопланетяне. Осирис – в жаркую Кеми, Шива – на полуостров к индам, Перун – в земли русов, а Коацетль направился на другой конец планеты.

Обустроившись на новом месте, Посейдон взял в жены прекрасную аборигенку Клейто и объявил себя царем острова. У царской четы родились близнецы. Старший сын, названный Атлантом, вырос могучим богатырем, в честь него Посейдон назвал свою страну и окружающий ее океан, который в те времена считался морем.

Атланты создали мощный флот и легко покорили все близлежащие земли.

В честь второго сына Посейдона и Клейто был назван второй по величине город страны, находящийся на покоренной территории по ту сторону моря, самая окраина Великой империи – Гадир. Финикийцы называли его Гадер, греки – Гадира или Гадейра, римляне Гадис. Для них он считался такой дальней окраиной, что существовала даже пословица: «Дальше Гадиса пути нет». Все, что было дальше его, считалось дикими землями… В Библии упоминается священный город Кадес. Позже он назывался Кадикс. Испанский Кадис – единственный на сегодняшний день из уцелевших городов Атлантиды и самый древний город на Земле. В чьих только руках за тысячелетия не побывал этот многострадальный город, отсюда и многообразие названий.

Атлантида оставила позади себя все остальные цивилизации. Все инопланетяне на своих территориях тоже несли прогресс, но далеко не так успешно, как Посейдон. Зевс дал миру великую цивилизацию, хотя она во всем уступала Атлантиде. Осирис в Кеми был убит своими подданными, но часть его знаний сохранили жрецы. А вот земли Аполлона со временем покрылись льдом, и его потомки вынуждены были покинуть эти места. Часть их перебралась в Индию, часть – в Вавилон и Персию. Атланты остались в памяти народов как великаны, ангелы, сыны Богов… Они учили сынов человеческих тому, что знали и умели сами.

Еще одним признаком божественного происхождения считалось их долголетие: по нашим меркам жизнь инопланетян достигала тысячелетия и более. При этом они почти что до самого конца обладали отменным здоровьем, ясным умом, недюжинной силой и красотой. Однако лишь некоторым из их потомков удалось унаследовать подобное долголетие, а с каждым поколением долголетие заметно снижалось, приближаясь к земному. Библейские долгожители, такие как Ной, имели гены атлантов.

Сотворение чудес – еще один признак Богов. Творить «чудеса» Посейдону помогало Кольцо Богов – усилитель биоэнергии. После смерти Посейдона, правителем стал его старший сын Атлант, которому и досталось Кольцо. Но у него не получалось повторять подвиги отца. Брат-близнец Гадир, как и младшие братья царя, также оказался начисто лишен великого Дара. Лишь в руках их старшей сестры Ирис, Верховной жрицы Атлантиды, Кольцо становилось послушным и легко двигало каменные глыбы. Но ее Дар был заметно слабее, чем у самого Посейдона.

Так и повелось, что Верховной жрицей Атлантиды могла стать лишь та, которую выбирало Кольцо. Чаще всего, но не всегда, оно почему-то предпочитало старших дочерей из рода Посейдона. В руках остальных потомков оно либо совсем не действовало, либо действовало, но намного слабее. Для тех же, кто не принадлежал царскому роду, оно было бы лишь обычным украшением. Кольцо только усиливало Дар, но для этого им надо было обладать… Видимо, инопланетный биоприбор был настроен на лишь определенный набор генов.

После гибели Атлантиды Кольцо, в отличие от Трезубца и прочих чудесных вещей Богов, уцелело. Им стали владеть потомки юной жрицы Хризеис, сбежавшей с купцом-эртрурцем в Гадир. У нее самой Дар был очень слаб. Но у ее старшей дочери-полуатлантки, названной в честь сестры Зенэйс, он был гораздо сильнее.

Уцелевшие после катастрофы атланты были убеждены, что Кольцо Богов погребено под водой вместе с погибшим островом. Тайной владела лишь семья сбежавшей жрицы…

Да еще сына ювелира, изготовившего копию Кольца. Потомки золотых дел мастера Атрея получили от него Тайну. Они разыскивали бывшую жрицу по всему свету, но следы ее затерялись…

Со временем потомки ювелира потеряли связь друг с другом и превратились в конкурирующие меж собой группы, разыскивающих Кольцо Богов. Каких только имен оно не носило! Одни называли его Кольцом Бессмертия, другие – Кольцом Исполнения Желаний, третьи – Кольцом атлантов… Возможно, что и Перстень Соломона – тоже оно, так как изнутри на ободке видна полустертая вязь неизвестных знаков. Многое забывалось, еще больше домысливалось, но поиски не прекращались ни на день. Потомки Атрея жили в разных странах, говорили на разных языках и внешне выглядели как люди разных рас и национальностей. Но их по-прежнему объединяла одна, но пламенная страсть… Кольцо Богов.

Временами этим людям удавалось напасть на след потомков Хризеис, захватить и допросить с пристрастием, но Кольцо ускользало снова и снова. Иногда казалось, что остался всего один шаг, что неуловимое Кольцо вот-вот окажется в их руках. Но хитроумные атланты умели ловко запутывать следы и бороться с врагами. Время от времени в руки Ищущих попадали копии Кольца. Это и разочаровывало, и вселяло в надежду…

Неудачи не останавливали потомков Атрея. Враги потомков Хризеис не собирались сдаваться. Они были готовы любой ценой овладеть сокровищем, дающим власть, богатство, силу и неограниченные возможности.

После этого сна мне стало понятно многое. Клара была старшей сестрой, и ее Дар превосходил способности младших сестер Зенэйс и Хлои многократно… А вот Лола и Артур Дар не унаследовали совсем. Но никто из многочисленных потомков не смог даже приблизиться к тому, что мог сам Посейдон.

Удивительно, но гены Посейдона неведомым путем оказались и у меня, уж не знаю с какой стороны. А может и с обеих, потому мой Дар был гораздо сильнее, чем у Клары. Припоминаю слова мамы, что среди ее предков были и представители польской шляхты. Может быть, оттуда? Кто знает, может, кто-то еще в мире владеет Даром гораздо сильнее моего. Но попробуй отыщи его! Вот последние атланты и схватили то, что само шло в руки. Меня…

Я снова вижу тот же сон, но с новыми деталями. У Посейдона есть и летающая лодка, и зеркало, показывающее мир, и крылья, и летающие сандалии… А еще дудочка, с помощью которой железо и металл можно резать, как масло… Да чего только у него нет!

Я вижу во сне, как потомки ювелира Атрея путешествуют и оседают в Египте, Греции, Риме, Иудее, Османской империи… Они по-разному выглядят и говорят на разных языках… Это конкурирующие между собой кланы…

Я просыпаюсь… Ночь прошла спокойно. Утром я отодвигаю от двери тумбочку. Все хорошо… Что это вчера на меня нашло. Я сама себя запугала…

Что мне делать дальше? От атлантов вестей нет. И я вдруг вспоминаю: когда-то я умела исполнять желания. Нужно было просто очень, очень захотеть. Но тогда я этого не поняла. Как я могла забыть о том, что целых четыре года волновало меня ежечасно, да что там, ежеминутно. Как я могла забыть!

Когда-то я была по-настоящему влюблена, и это был не Игорь, нет. Я считала Игоря своей первой любовью, а на самом деле это было не так. К Игорю я не испытывала и миллионной доли того, что чувствовала к Александру. Нет, это был не синеглазый красавец-атлант, спасший меня от педофила. Этот человек был моим соседом. Просто я была тогда ребенком.

Однажды к нашей соседке бабе Дусе приехал родственник. Вошел невысокий молодой человек, и я перестала дышать. У него были серые глаза и светло-русые волосы. С виду вроде бы обычный человек, но это только с виду! Он был не таким как все. Я вела себя как обычно, но моя душа не просто трепетала, она кричала: это Он, Он! За внешним спокойствием в нем клокочет вулкан. Я чувствовала, как в меня вливается мощная энергия, которая бурлила в нем, как фонтан. В этот вечер я повзрослела.

А потом он женился и переехал в другой район и перестал у нас появляться… Я тосковала… Вскоре мы собрались уезжать. Мы грузили вещи, а моя душа кричала: «Я никогда больше не увижу тебя! Приди, приди, пожалуйста!»

Я так страстно этого хотела, что почти не удивилась, когда он появился. Он оказался возле нашего дома случайно, по какому-то делу. Саша помог нам погрузить вещи и попрощался с нами. Я шла на поезд, не замечая дороги… Мне было двенадцать лет. Еще два года я думала о нем. А потом, проснувшись в одно прекрасное утро, поняла: я больше не люблю. Я свободна! Вначале это было непривычно, словно во мне образовалась пустота. Но она со временем заполнилась. И постепенно я забыла о моей первой, безответной любви…

Второй раз мое желание исполнилось не так уж давно. И я снова не обратила на это внимание. Когда я только устроилась на работу, то получила за первый, неполный месяц сущие гроши. Я несла свою убогую получку и думала, что если Сонька спросит, сколько я заработала за месяц, это будет позорище. Ну хоть бы на тысячу больше!

И тут я увидела на дороге небрежно скомканную бумажку. Вроде купюра. Тысяча. Я подняла ее, уверенная, что это денежка из банка приколов. Нет, настоящая... Надо же! Прямо как по заказу…

И только теперь я поняла, что желания исполнять можно. Если очень-очень захотеть… Я хочу, чтобы атланты победили всех своих врагов! И чтобы Артур остался жив…

 

Россия, Москва, 1995 год

Юрген

 

Он не спешил докладывать Асланбеку о знакомстве с греком. Не хватало еще, чтобы чеченцы пытали больного старика.

Он решил просто умолчать о Никиасе. Не от жадности, нет, скрягой Юрген не был. И не от страха лишиться доли или быть убитым: Юрген знал, что с ним Асланбек так бы не поступил. Лучше идти двумя разными путями, больше шансов найти место, где спрятан клад царей.

А в случае успеха все участники операции были бы вознаграждены по-царски. Доля старика была обозначена заранее: кольцо.

Старик поведал Юргену о многом. Кольцо было похищено у его семьи, когда он был еще ребенком и навещал дальнюю родственницу. Его родители были убиты при ограблении. Пропало только кольцо. Вырастила его та же родственница-знахарка. Ее считали ведьмой, и она многому научила Никиаса. Она открыла ему мир, к которому большинство относилось с презрением или насмешкой: мир черной магии. Старик мог с легкостью вызвать или прекратить дождь, вылечить многие болезни, предсказывать будущее. Владел гипнозом. И Юрген начал учиться.

Пока Асланбек и его люди рыскали по свету в поисках касты Избранных, охраняющих сокровища, один из охранников Виктора Каманина в выходные отправлялся на встречу с магом Абигором. Он ждал этих встреч с нетерпением всю неделю, и уже не мыслил своей жизни без них. С каждым разом он узнавал новые, запретные тайны мироздания. За свою душу Юрген не беспокоился: она давно выгорела дотла… К тому же он считал, что Знание не может быть Злом.

Когда старику стало хуже, Юрген привлек бывшую жену ухаживать за ним. Вскоре та предложила перевезти старика к ней под видом родственника. Юрген навещал старца и чувствовал, как постепенно он становится совсем другим человеком, как в него вливается мощь необыкновенная. До этого он был уверен, что прекратил развитие и постепенно деградирует. Теперь же ему казалось, что он духовно растет не по дням, а по часам. Он ловил каждое слово этого мудрого, много повидавшего, но сохранившего ясный ум старца. Когда черному магу полегчало, он сказал, что для Юргена пришла пора посвящения. Он познакомит его с остальными своими учениками. И один из его учеников на вертолете доставит их в нужное место. Юрген согласился. Нужно было ждать, чтобы выходные пришлись на полнолуние. Попрощавшись с бывшей супругой, Юрген отправился на место посвящения.

 

Россия, Екатеринбург, 2004 год

Тина

 

Вот и снова лето. Уже почти год, как я вернулась домой. За это время ничего не произошло. Зоя не связывается со мной. Неужели это затишье перед бурей?

Я нашла новую работу: устроилась рекламным агентом в местную газету. Первое время с непривычки болели ноги. Зато на свежем воздухе! Денег мало, но я в них и не нуждаюсь. К работе я привыкла относиться добросовестно, и у меня уже достаточно клиентов. Свободный график и много свободного времени. Работа нужна мне просто для отмазки. Теперь никого из знакомых не удивляют мои новые наряды и украшения: в рекламе же работаю. А на работе думают, что у меня богатый любовник.

Атланты словно забыли обо мне. Охраны я не вижу уже с осени. С одной стороны, это значит, что все атланты выполняют важные задания, и лишних людей у них нет, с другой – что лично мне ничто пока не угрожает.

Перед моим днем рождения разразилась страшная гроза. Молнии били непрерывно, озаряя все зеленоватым светом. Гром грохотал так, что казалось, молнии бьют по нашему дому. Дождь превратился в сплошной водопад. Я всегда любила грозу и никогда не боялась. Просто стояла у окна и жадностью впитывала бушующую вокруг меня энергию стихии, которая всегда давала мне удивительную бодрость и прилив сил. В эту ночь я страстно желала одного: чтобы Артур уцелел. Чтобы он вернулся… И тогда я подойду к нему сама.

Утром в день своего рождения я просыпаюсь с прекрасным настроением. Душа просит праздника. Вечером я хочу устроить днюху для друзей. Мне уже двадцать четыре, я теперь уже большая девочка, вернее, тетенька, да что там, почти что старая дева!

Мой путь лежит в третью библиотеку. Я навещаю сестер Мирошниковых и приглашаю их к себе на день рождения. Девчонки удивлены, но соглашаются. Они работают до семи, так что раньше половины восьмого, а то и восьми, явиться не могут. Меня это вполне устраивает: надо ведь еще и подготовиться.

У Соньки сегодня выходной, она специально ради такого случая поменялась с напарницей. Нужно ведь побывать в парикмахерской, сделать маникюр… Приглашены также Боря и Славик. Эти непременно придут.

Иду дальше. На глаза мне попадается измятый, заросший щетиной субъект с подбитым глазом, пьющим прямо из горла. Тип смотрит на меня и тихо бормочет, оторвавшись от бутылки. Что-то в его фигуре кажется мне знакомым. Игорь! Я не злорадствую, нет. Но и жалости тоже нет. Просто мне нет до него дела…

Офис адвокатов недалеко от третьей библиотеки, и я навещаю Лариску. Она уже поправилась и говорит, что отделалась легким испугом. Сумку жалко и украшения… И ведь не найдут никого… Ларка звонит мужу и оповещает, что сегодня у нее девичник с одноклассницами.

– Хороший у тебя муж. Другой бы начал вякать…

– Чужие мужья всегда хорошие, – философски замечает Белова. – Будь уверена, он на все сто использует момент…

Потом мы пьем чай и болтаем.

– Всегда удивлялась, как ты можешь дружить с Котовой! Ладно бы она была простая, а то ведь ну совсем простейшая!

Я усмехаюсь.

– Что-то не припоминаю, чтобы ты кинулась защищать меня, когда я дралась с Зуйковой…

Теперь смеется Ларка.

– Не, я так героически не могу. Так, пакостить исподтишка – другое дело. Помнишь, когда вы с Сонькой болели гриппом, кто-то бритвой изрезал Маринке новое кожаное пальто? Угадай с трех раз, чья работа! Специально так подгадала, чтоб на вас с Котовой не подумали.

Я хорошо помню этот случай. Еще бы! Столько визгу было… Нам потом девчонки рассказали. Это было уже после нашего знаменитого боя. Маринкина мамаша брызгала слюной на всю школу. Скандал был страшный. Удивляюсь, как директора не сняли. Тогда все решили, что это кто-то из мальчишек-хулиганов. Дебилу тогда крупно повезло, у него оказалось железное алиби: сломанная нога. Швабра даже домой к нам приходила, чтобы убедиться, что мы с Котовой лежим с высокой температурой, хворые и немощные. Виновный так и не был найден.

– А не приписываешь ли ты себе, Лара, чужие подвиги?

Лариска смеется еще громче.

– У меня и помощники были, на стреме стояли. Я им поклялась, что даже если попадусь, никому про них не скажу. В жизни не догадаешься кто!

А мне и не нужно гадать. У меня в голове мгновенно возникает картинка: две озирающиеся по сторонам рыжие веснушчатые мордочки и Лариска Белова, отличница, активистка, спортсменка, красавица и любимица учителей, девушка из приличной семьи, ожесточенно орудующая бритвой. Лариске безумно жаль это пальто, оно просто роскошное, она чуть не плачет, но ненависть к Маринке пересиливает.

– Я твоих тайных помощников тоже пригласила… Вот тебе и тихони!

– Ты прямо детектор лжи… Как моя свекруша!

Лариска машет рукой, и мы смеемся от всей души.

Потом мы с ней едем в кафе, набираем салатов, выпечки, выбираем роскошный торт. Раньше бы самой пришлось колупаться, но теперь у меня денег достаточно. Убеждаюсь, что все свежее и хорошего качества. Потом в магазине берем несколько видов колбас, копченого мяса, сыров, черную и красную икру. А еще вина, водки, соков, конфет. Загружаем машину полностью. Гулять так гулять!

– Не боишься ко мне в гости идти?

– Не, – отвечает Лариска со смехом. – Снаряд два раза в одно место не падает!

– Тем более, значит, должны оттянуться вдвойне!

Потом мы с Лариской режем колбасу, делаем бутерброды.

– А ведь Борька явно к тебе неравнодушен. Я думаю, он в тебя влюблен. Просто понимает, что недостоин…

– Ну ты и выдумщица, Белова! У вас, адвокатов, это профессиональное: сами придумываете и сами же верите.

– Скажи еще, что и Славка к тебе равнодушен.

– Славка-то да… А я – нет…

Ларка удивленно смотрит на меня.

– Значит, есть кто-то еще?

Я киваю.

– Да, есть… Только я не знаю, где он сейчас…

– Ясно… Значит, мечты, девичьи влажные мечты… То ли будет, то ли нет. А Славка вот он, рядом, надежный, обеспеченный и влюбленный…

Закончив с бутербродами, отъезжаем в парикмахерскую. Лариска после укладки едет за подарком.

Все готово к приему гостей. Я не хочу, не хочу вспоминать, что день моего рождения, этот тот страшный день когда… Нет! Но я все равно вспоминаю… И ту машину, мчащуюся нам навстречу, и визг тормозов, и удар… И тоннель, по которому я лечу к свету… Мне так хорошо, блаженство охватывает меня… Я лечу! Лечу к свету! И вдруг меня разворачивает, я испытываю невыносимую муку… Тогда я думала: зачем, зачем они меня вернули?! Теперь знаю: чтобы спасти этот мир… А вдруг бы я погибла? Что тогда?

…И я вдруг вспоминаю случай, который произошел со мной давным-давно. Поздняя осень… Я учусь в пятом классе. Мы с Машкой дежурные и поэтому задержалась в школе. А живет Машка на другом конце улице, нам с ней не по пути. Еще и дождь пошел, но ждать его окончания можно было очень долго. Я пошла домой, тем более, что дожди лили уже неделю, и на мне были плащ с капюшоном и резиновые сапоги.

Так как я задержалась, то решила срезать путь и пойти напрямик. Это была огромная ошибка. Грязь повсюду непролазная, и в середине пустыря я поняла, что не могу вытащить ноги. Я застряла намертво. Все попытки освободиться приводили только к более глубокому погружению. Что делать? Помощи ждать неоткуда: в такую погоду все попрятались по домам.

Начинало темнеть… Я перестала дергаться и задумалась. Сначала я держала портфель, потом отбросила его в сторону. Я решила вытащить ногу из сапога и попытаться вытащить сам сапог. Вытащив ногу, я убедилась, что мои старания напрасны. Более того, я рисковала плюхнуться в грязь. Я попыталась засунуть ногу обратно в сапог, но края сапога сомкнулись, и ничего не получалось. Я застыла в нелепой позе, словно цапля, боясь потерять равновесие, кроме того, левая нога, стоящая в грязи начала потихоньку погружаться вглубь. Долго я так не продержусь. Меня совсем затянет в трясину. Может вылезти из второго сапога, отпрыгнуть подальше и попробовать уйти босиком. Но вдруг и ноги засосет, как сапоги? Тогда я простужусь от долгого стояния в холодной грязи. Я и так уже замерзла.

Ситуация была, кажется, хуже некуда. Вот идиотка! Только со мной могла произойти такая дурацкая история! Что же делать?! Хоть бы кто-нибудь помог! Я пробовала кричать, но убедилась, что это бесполезно.

Внезапно сквозь потоки дождя я заметила нескладную фигуру в длинном темном плаще с капюшоном. Вначале я обрадовалась, а потом испугалась еще больше: бродить по пустырю в такую погоду мог только маньяк. Ужас охватил меня. Моих криков не услышал бы никто…

Крупный мужчина в огромных резиновых сапогах подошел ко мне, внимательно оглядел ловушку, в которую я угодила. Подойдя поближе, он взял меня подмышки и вытащил из сапога. Затем по очереди вытащил мои сапоги, один – довольно легко, а для увязшего потребовались более значительные усилия. Поставил мою обувку на твердую почву. Потом незнакомец подержал меня, пока я всунула ноги в сапоги, и сказал:

– Беги домой, девочка. Больше в грязь не лезь…

Я схватила перемазанный грязью портфель, пискнула «спасибо» и со всех ног помчалась домой…

Недалеко от дома встретила обеспокоенную маму, которая решила уже идти за мной в школу. Конечно же, она собиралась идти обычной дорогой, а не через пустырь. Я сказала ей, что по дороге поскользнулась и упала в грязь...

Такие вот воспоминания навеяло мне в день моего двадцатичетырехлетия…

…Первым является Слава с роскошным дизайнерским букетом из алых и белых роз, веточек зелени, крупных листьев и неизвестных мне мелких розовых цветочков. Затем он жестом фокусника извлекает из кармана продолговатую коробочку из алого бархата, в которой уютно расположились великолепная пара: цепочка и браслет. Слава собственноручно надевает их на меня… И нежно целует возле ушка… И я в ответ целую его в щечку.

Потом бочком протискиваются сестры Мирошниковы с белыми лилиями и большим настенным зеркалом. Сонька заносит пакет с фруктами, затем бежит вверх, возвращается и вручает мне ярко-розовые розы в большой напольной фарфоровой вазе. Такая прелесть! Затем Котова делает еще несколько ходок, таская то здоровенную кастрюлю с гуляшом, то поднос запеченного картофеля, то огромное блюдо салата. Да еще и мясной пирог! Хозяюшка! Повезло мне с подружкой! Запасливая, как хомяк…

Лариска вплывает с нежно-розовыми орхидеями и большим пакетом-чемоданом с упаковками потрясающего шелкового постельного белья. И, наконец, прибывает Борис с букетом из бутонов роз разного цвета и суповым сервизом. Отлично, хотя я еще предыдущий подарок не переколотила… Посуды у меня теперь на три жизни.

Поздравлениям нет конца. Гости без устали перечисляют мои многочисленные достоинства так, что приходится напомнить, что я еще пока жива. Музыку делаем не очень громко, чтобы не мешать соседям. Славка говорит, что следующий мой день рождения мы будем встречать непременно в ресторане. Остальные не соглашаются и говорят, что дома уютнее, а квартира огромная, есть где потанцевать, к тому же первый этаж, ни у кого над головой не топаем.

Слава говорит, что на природе тоже было бы здорово, лето же, и мы соглашаемся. Славка предлагает на выходные отправиться на пикник. Нашей тесной компанией, без всяких зануд-прилипал. Организацию поездки берет на себя. Все соглашаются.

В разгар праздника я подхожу к окну и вижу стройную фигурку недалеко от фонаря. Артур! Мое желание исполнилось! Я бегу вниз по ступенькам, выбегаю во двор. Никого…

– Что там? – спрашивают гости.

– Показалось, – отвечаю я.

Но на самом деле я уверена, что Артур вернулся. Значит, он выполнил свое задание. Неужели все враги атлантов уничтожены?! И выжил ли еще кто-нибудь из атлантов в этой смертельной схватке?! Но я счастлива: Артур вернулся. Жив! Жив!

Борис берет гитару, и его тонкие длинные скользят по струнам души...

 

Полюбил я заоблачный лёт

Легкокрылых степных журавлей

Над безмолвием русских болот,

Над просторами русских полей.

Полюбил я заоблачный шум

Над землею тоскующих птиц;

Красоту неисполненных дум

И печаль человеческих лиц.

Полюбил я осеннюю мглу

И раздолье плывущих полей,

Этот крик по родному селу

Золотых, как мечта, журавлей.

Пусть осенние ночи темны,

Над полями – зеленая мгла.

Выплывает из злой тишины

Светлый звон золотого крыла.

Полюбил я заоблачный лёт,

Вечный зов журавлей над селом.

Скоро, скоро от синих болот

Поднимусь золотым журавлём.

 

Хорошо поет. Душевно. Но благодарные слушатели вспоминают другого певца…

– Жаль, Дени исчез, – тихо произносит Лариска.

– Вот бы его к нам… – мечтательно добавляет Сонька.

Я киваю, хотя знаю, что Дени, скорее всего, не вернется никогда.

Потом начинаются танцы. Меня приглашает сначала Слава, потом Борис.

Борис решает, что нагнал на нас грусти и весело запевает:

 

Жена напялила платок,

И мы поперлись на каток,

Там мы напялили коньки,

И вот стоим как дураки…

Бабулю тащит пионер,

За пионером – инженер,

За инженером – тракторист,

За трактористом – пианист.

Все это держится на мне,

А я – на собственной жене.

Жена сказала: «Я пойду»,

И растянулась вдруг на льду,

А я по всей своей длине

Вдруг растянулся на жене.

На мне – бабуля, пионер,

На пионере – инженер,

На инженере – тракторист,

На трактористе – пианист.

 

У Славы звонит телефон. Мой поклонник выходит в коридор.

– Вы со Славой – прекрасная пара, – говорит Борис.

Я прикидываюсь глухой и молча ем виноград.

Сонька фыркает и морщит нос.

– И получше женихи бывают!

– Это кто же?!

Котова слегка теряется, затем выпаливает:

– Ну… Олигархи, например!

Борис изумленно смотрит на Соньку:

– Сонечка, ты на солнце не перегрелась?

Но Сонька не сдается.

– А чем мы хуже других? Даже лучше!

– Все, Софочке больше не наливайте!

Это уже Ларка. И со вздохом добавляет:

– А ты, Тина, и правда, в оба смотри, а то достанется какой-нибудь недоразвитый, как чемодан без ручки!

Это она уже о своем, о девичьем…

Внезапно Ларка наливает полный фужер вина, жадно пьет и вдруг выпаливает:

– А хотите, я вам правду скажу, кем мне доводится генерал?

Сонька кричит:

– Ларке тоже больше не наливайте! А то все свои бабские секреты выдаст! А заодно и милицейские тайны!

Слава возвращается.

Борис начинает коронное, нажимая на «ч»:

 

Хочу мужа, хочу мужа, хочу мужа я,

Принца, герцога, барона или короля.

А без мужа злая стужа, стынет кровь моя…

Хочу мужа, хочу мужа, хочу мужа я!

Эх! Хочу мужа, хочу мужа, хочу мужа я!

 

Женская часть коллектива с энтузиазмом подпевает. Потом начинаются танцы.

Слава с Борисом явно соперничают за мое внимание. Неужели Лариска была права?!

Я подхожу к зеркалу. Фигура моя стала гораздо женственнее, Волосы, прежде напоминавшие паклю, лежат золотой волной. Лицо слегка округлилось. Щеки разрумянились. Кожа, покрытая легким золотистым загаром, безупречна как у кинозвезды. А голубые глаза сияют…

– Ты просто настоящая принцесса, – говорит Слава. – Хорошеешь прямо на глазах.

– Ты ошибаешься, – с улыбкой отвечаю я, поправляя локон. – Я не принцесса, я – королева…

Сестры Мирошниковы улыбаются. Редкое явление. Их милые мордахи порозовели от удовольствия. Я удивляюсь, как прежде могла их путать. Вот Алена, она более решительная, всегда отвечает первой и принимает решения. А Вера – романтичная, пугливая, застенчивая, вечно в тени своей боевой сестры.

Праздник закончился далеко за полночь. Лариска звонит мужу и нежно щебечет:

– Дорогой, ты не спишь? Нет, не надо, не приезжай. Баранов, я в норме! Скоро буду дома. Да, любовь моя! Целую! Чмоки-чмоки…

И поясняет:

– Просто так, на всякий случай. Мало ли что… Он у меня мужчинка интересный. Не хочется ставить в неловкое положение.

Да уж… А Борька как-то проболтался, что Ларкин муж за глаза называет ее не иначе, как «моя дура». Борька говорит, что его фамилия вполне соответствует его уму. А Ларка-то не пожелала стать Барановой и осталась на девичьей, хотя супруг немного обижался.

– Тина, дай кусок торта, просто обалденный, мой недомерок любит сладкое…

Ларка предлагает близнецам довезти их до дома. Те вскакивают с насиженных мест, но я предлагаю им посидеть еще. Ларку дома муж ждет, а они-то у мамки отпросились.

Ларка по очереди целует всех на прощанье.

– Ты сядешь за руль? – удивляюсь я, глядя на адвокатессу. – Лара, да ты же чуть ли не литр выпила. Давай я лучше такси вызову или у меня переночуй. Или уж пусть уж Серега тебя сам заберет.

– Не боись, – гордо отвечает адвокатесса. – Не в первый раз. Вожу отлично и в любом состоянии. А гайцов не боюсь, сама знаешь, кто у меня дядя.

И гордо удаляется.

Мы продолжаем пить чай. Через полчаса я вызываю сестричкам такси. Вручаю им большой пакет с пирогами, мамку угостят и сами завтра чай попьют в библиотеке. Да еще кое-какие подарочки, привезенные из теплых стран. Девчонки в восторге! Мы прощаемся, перемазав друг друга помадой. Счастливые… Мамка их дома ждет… Эх…

Сонька моет посуду, но я настойчиво уговариваю ее бросить все и идти спать, несмотря на ее заверения, что спать ей вовсе не хочется. Сонька пожимает плечами и удаляется, прихватив конфет и остатки торта для младших. Оглядываю праздничный беспорядок: ладно, завтра сама все приберу и перемою.

Борис по-хозяйски сидит в кресле и не думает уходить. Слава растерянно смотрит на меня, но я, как ни в чем не бывало, благодарю его за чудесный подарок, нежно целую в щечку на прощание и провожаю до двери. Разве что не чешу под горлышком или за ушком, как Мурзяшу.

– Вызвать такси?

– Нет, сейчас на дорогах машин мало. Доеду.

– Тебе что с собой дать? Салат? Пирог? Торт?

От пирогов на вынос он отказывается наотрез.

– Спасибо, и так на три дня вперед наелся…

Я щебечу, как птичка.

– До встречи! Спасибо за подарок. Было так весело! И вызови такси!

Провожаю до двери и нежно целую в щечку. Затем возвращаюсь к Борису.

– Вот твои пироги, спасибо за приятный вечер.

Борис не шевелится.

– А теперь присаживайся и колись, куда ты так стремительно умчалась посреди вечера…

Я смотрю на Бориса.

– Извини, но я не могу этого сказать. Это моя личная жизнь. И она не имеет к тебе никакого отношения.

Борис смотрит недоверчиво. Что ж, добьем. Вдохнув побольше воздуха, я говорю:

– Я влюбилась. И мне показалось, что он стоял под моими окнами. Но я ошиблась…

И жестко добавляю:

– Ты имеешь что-то против?

Боря присвистывает.

– И кто этот счастливчик?

– Я не знаю. Правда, не знаю. Увидела на улице и все.

Борис, подозрительно глядя на меня, берет пакет с пирогами и молча удаляется.

Открываю окно настежь. Летняя ночь прекрасна. И звезды на небе сегодня крупнее и ярче, чем обычно. Только вот машина Славы стоит на месте. Я посылаю отвергнутому поклоннику воздушный поцелуй. Машина трогается с места. Я беру телефон и звоню Славе.

– Ладно, не дури. Ты пьян. Еще врежешься. Можешь переночевать в соседней комнате. Только не наглеть! Если что, у меня через стенку милиция.

– Спасибо за доброту, – суховато отвечает Слава. – Я уж как-нибудь так доеду.

Дело хозяйское. А мы с раздувшимся по бокам от непрерывных угощений Мурзякой-Капризякой заваливаемся спать… Кажется, из овечки я начинаю потихоньку превращаться в стерву…

Во сне я снова вижу того человека. Маньяка, с которым я столкнулась в детстве. Не тот, который хотел меня похитить. Причем это был именно маньяк, а не педофил.

Мне было тогда лет шесть-семь. Мы с мамой шли с рынка. Она несла нагруженную сумку, а я шла рядом. Рынок был в остановке от нашего дома. По дороге я увидела торговца с моими любимыми леденцами. Они были длинными, как указки, целиком перевитые разноцветными ленточками. Я попросила у мамы деньги. Она исполнила мою просьбу и, не задерживаясь, пошла дальше, так как нужно было еще готовить обед.

Я подошла к продавцу и глаза разбежались от изобилия. Красные, желтые и зеленые леденцы, серпантин разноцветных ленточек… Наконец, я вспомнила слова мамы, что желтые – без красителей, и выбрала самый длинный леденец, обвитый красной ленточкой. Расплатившись, я не спеша пошла домой, время от времени облизывая сладкую палочку, похожую на желтое стекло. На полпути к дому стоял заброшенный дом. Рамы уже добрые люди вынули, и это придавало строению немного жутковатый вид. Внезапно я увидела странного вида мужчину, высокого, костлявого, длиннорукого, длиннолицего, одетого в какое-то поношенное исподнее. Он настойчиво манил меня к себе пальцем, стоя за домом так, чтобы его не было видно с улицы. Я узнала его мгновенно. Эту длинную нескладную фигуру, непропорционально длинные руки, маленькую по сравнению с телом голову. Но главное – это взгляд… Жаждущий крови, сгорающий от нетерпения взгляд маньяка.

С самого раннего детстве меня мучили кошмары. Каждую ночь я видела один и тот же сон. Я иду по ночному городу, явно какая-то окраина. Чувствуется, что где-то поблизости река. Я чувствую себя взрослой девушкой: на мне серое, длинное до пят, полотняное платье, и до земли далеко. Темно, лишь бледный свет луны позволяет различать очертания бесконечно длинного здания, похожего на склад. Мне страшно… Но когда я понимаю, что не одна, мне становится еще страшнее. Я ускоряю шаг… Я иду вдоль здания, но ему не видно конца. И вдруг – тупик. Я понимаю, что обречена. Я прижимаюсь спиной к стене и вижу силуэт стоящего передо мной мужчины. Ужас парализует меня… Высшие силы щадили меня: на этом месте я всегда просыпалась. Проснувшись с сильно колотящимся сердцем, я через несколько мгновений облегченно вздыхала: это всего лишь сон. Но стоило мне успокоиться и вновь заснуть, как сон повторялся. Дошло до того, что я с ужасом ждала наступления ночи. Но родителям не говорила ничего. И вот эта встреча наяву…

Но был солнечный летний день, по улице ходили люди, а я была достаточно далеко от этого существа, чтобы оно могло меня схватить.

Поэтому я спокойно прошла мимо, даже не ускорив шаг. После этого случая сны прекратились…

И вот теперь маньяк приснился мне снова. Только я уже не та… Мне совсем не страшно. И поэтому сон кончается по-другому.

Я иду по ночной улице. Внимательно все разглядываю. Теперь мне все ясно, что это за бесконечное здание. Это доки, потому и запах реки. Серое полотняное платье… Старая добрая Англия. Джек-Потрошитель. Знакомые шаги. Он идет за мной, но я совсем не боюсь. Я дохожу до знакомого тупика, но не поворачиваюсь к маньяку лицом. Нет, я спокойно стою спиной к убийце, демонстрируя, что ничуть не боюсь. Тишина. Я продолжаю стоять… Жду. Но мое ожидание напрасно. Поворачиваюсь. Никого нет… Он ушел… Такой вот сон.

Что поделать, в моей жизни было много мистики. Я не искала ее, она просто окружала меня от рождения. Еще один наш с мамой поход на рынок едва не кончился для меня трагически. Но тогда мне было года три-четыре. Мы возвращались домой с покупками, когда рядом с нами оказалась какая-то неприятная женщина. Увидев меня, она начала восторгаться моей красотой, уж какая я хорошенькая, беленькая, голубоглазая. Она не унималась, повторяла одно и то же снова и снова. Даже я, несмышленый ребенок, почувствовала фальшь в ее речах.

Когда мы вошли в дом, я неожиданно начала задыхаться. Страшное чувство удушья, когда я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Бросив сумку, мама метнулась в комнату, выхватила из шкафа черную шаль и, накрыв меня с головой, потащила на улицу. Воздух со страшной болью ворвался в легкие, и я закашлялась, хватая воздух ртом… Когда меня отпустило, я не могла поверить, что снова могу дышать. «Сглаз, дурной глаз у ведьмы, это я сразу поняла», – потом пояснила мама… Я засыпаю снова…

 

Россия, Москва, 1994 год

Юрген

 

Он и Никиас, или как его называли, наставник Аластор, нашли друг друга. Новый знакомый Юргена был стар и серьезно болен. Он имел достаточно учеников, но среди них не было ни одного, достойного со временем сменить наставника. В Юргене грек увидел того, кого искал так долго.

Наставник Аластор знал, что не доживет до Вторжения. Его огромные знания должны были перейти к тому, кто сумеет ими воспользоваться. И Юрген услышал в ответ удивительную историю. Кольцо дает огромную, немыслимую власть над миром. Найти его можно, как и сокровища, которые тщательно охраняет каста Избранных. Но для этого нужны средства. Большие. Таких не было ни у самого наставника Аластора, ни у его учеников. Обращаться к нуворишам грек не хотел: он не доверял вчерашним бандитам, ставшим бизнесменами.

Юрген сказал, что такой человек есть. У него есть средства, и есть многочисленные бойцы. И договориться можно. Юрген встретился с Асланбеком и сообщил ему, что напал на след. После этого людям Асланбека удалось выйти на нужного человека и допросить его с пристрастием, а затем они начали искать выход на Хранителей.

 

Россия, Екатеринбург, 2004 год

Тина

 

Меня будит звонок. Слава… Страшное известие: Ларка не вписалась в поворот и теперь в коме. Я узнаю, в какой она больнице. Белова в реанимации, и к ней никого не пускают. Я сажусь на облезлый дерматиновый диванчик возле палаты, надеваю Кольцо и настраиваюсь на Лариску. Сквозь стену я вижу кровать, капельницу, какие-то приборы, гипс и темно-серое облако, окутавшее неподвижное тело бывшей одноклассницы. Я глубоко вдыхаю и начинаю процесс. Область солнечного сплетения начинает быстро разогреваться. Незримый луч направляется на Лару и входит в нужную точку. Постепенно он становится все мощнее, и достигает толщины руки. Серая мгла, окружающая Лариску, постепенно светлеет и уменьшается. Еще бы чуть-чуть! Но силы мои на исходе… Луч истончается и гаснет.

Голова у меня сильно кружится и дурнота подступает к горлу. Я пытаюсь подняться и не могу. В глазах темнеет…

Я прихожу в себя от резкого запаха аммиака. Обнаруживаю себя лежащей на том же диване. Голова болит, перед глазами все плывет. Возле меня хлопочет молодая медсестра.

Мимо проходят двое в белых халатах.

– Разбившаяся пришла в себя…

Я пытаюсь подняться.

– Лежите, лежите, – удерживает меня девушка. Затем она убегает.

Я перестаралась и отдала слишком много энергии. Но ведь она повсюду! Я представляю себе, что мое тело жадно всасывает энергию из окружающего воздуха, и белая струя вливается в меня, словно молоко…

Когда я чувствую, что стало гораздо легче, я присаживаюсь. Достаю из сумочки зеркало. Оттуда на меня смотрит белая маска с черными тенями вокруг глаз, наподобие панды. Даже губы посинели. Я снова начинаю жадно втягивать энергию из окружающего меня пространства. Через полчаса вновь смотрюсь в зеркало. На щеках появился прежний румянец, губы порозовели…

К Ларке сегодня все равно не пустят. Нужно возвращаться домой.

Медсестра, проходя мимо, спрашивает:

– Как самочувствие?

– Все в порядке, – отвечаю я, приглаживая растрепавшиеся волосы.

– Какое у вас красивое кольцо, – восхищается девушка. – Прямо сияет.

– Да, польская бижутерия. Умеют там делать…

– Какая прелесть! Прямо лучше, чем настоящее!

Подумать только, я могла лишиться Кольца, пока валялась без сознания в коридоре! Надо же так засветиться! Я снимаю свое сокровище и прячу в сумку. Завтра я проведу следующий сеанс, но уже без фанатизма.

Несколько дней спустя мы уже болтаем с Лариской. У нее рука в гипсе, на голове – повязка. Но глаза горят.

– Эти медики такие паникеры! Родителей, мужа перепугали! Я буду жаловаться! Ни в чем не разбираются, коновалы! Я уже отлично себя чувствую. Все зарастает, как на собаке!

– У меня было то же самое. Такие уж они перестраховщики. Но на следующий мой день рождения ты за руль точно не сядешь!

– Договорились, заметано, – соглашается Белова и улыбается.

– А вот и смена караула, – говорю я, когда в палате появляются две маленькие, тощие фигурки с пакетом и букетом сиренево-розовых хризантем. – Привет, девчонки!

 

Россия, Москва, 2004 год

Асланбек

 

И вот, наконец, удача! На объявление в Интернете отозвалась девица. Она поинтересовалась размером вознаграждения и сообщила, что видела именно такое кольцо. Очень подробно его описала. Кольцо немного отличалось от того, что было у Асланбека, – камешки расположены не симметрично, а вразброс. Люди Асланбека немедленно отправились в столицу Урала.

Девка работала медсестрой в одной из больниц Екатеринбурга. Встреча происходила в кафе неподалеку от дома медсестры. Она сообщила, что видела это кольцо на одной из подружек сильно пострадавшей в аварии адвокатши Ларисы Беловой. Та ее навещала ежедневно. Как зовут подружку, медсестра Анжела не знала, но описала ее внешность подробно: среднего роста шатенка с голубыми глазами. Получив вознаграждение, Анжела направилась домой, размышляя, на что потратит деньги. И не обманули! В приятных раздумьях о новом платье и босоножках, которых она видела на днях в обувном, Анжела вошла в подъезд. Следом шмыгнул какой-то мужик. Внезапно девушка почувствовала острую боль под лопаткой, ноги подкосились, и Анжела Сомова молча рухнула на цементный пол подъезда, заливая его кровью...

Лариса Белова сидела в офисе и разговаривала по телефону, когда туда вошел симпатичный смуглый брюнет с огромной коробкой конфет. Он подождал, пока женщина кончит говорить.

– Здравствуйте! Вы – Лариса Белова?

Она кивнула, приветливо улыбаясь.

– Да, я, здравствуйте.

– Вот, подружка просила вам передать. Такая шатенка с голубыми глазами…

– А, Тина… Спасибо!

Смуглый брюнет удалился. В соцсетях племянник Асланбека отыскал Ларису Белову и внимательно просмотрел ее фотографии. Их была целая куча, и все с комментариями. Молодец, баба, дотошная, все по полочкам разложено! Сразу видно, адвокатиха. Вот она, шатенка с голубыми глазами. «Мы на пикнике», «День рожденья Тинки», «Мы на днюхе», «Я, Тина и Соня», «Я, Тина, Соня, Слава», «Я, Тина, Слава, Боря, Соня, Алена, Вера», «Мы с Воронцовой». Осталось узнать только адрес Тины Воронцовой.

Внимание Руслана Вахаева неожиданно привлекает еще одна фотография. Улыбающийся смуглый парень с шампурами в окружении девок, среди которых есть и знакомые уже лица. «Дени и мы». Хм… Это уже интересно. На фотографии ни кто иной, как собственной персоной Эдуард Каманин, сын олигарха Виктора Каманина. Руслан не раз встречал его в ночных клубах. Известная личность… Тот самый Эдуард, у которого работает Юрген. Асланбек будет доволен!

 

Россия, Екатеринбург, 2004 год

Тина

 

Выйдя из палаты, звоню Борису. Он не берет трубку… Ясно, сегодня же выходной… Позвонить в дежурную часть? И что я скажу? Что я – верховная жрица Атлантиды, и враги хотят похитить меня, чтобы узнать, где сокровища атлантов, а главное, Кольцо Богов, ведь я должна спасти мир от сил Зла? Бежать из города? Куда, в Нижнеморск? Уйти ночевать к Соньке? Или к Борису, он все равно в отключке, а его запасной ключ вот он, у меня в связке? Может, рвануть к Славке? Он тоже оставил мне ключи… Нет, это не выход. Что же делать дальше? Или мне уже просто мерещится угроза?

Я вытаскиваю из-за пазухи Кольцо. Надеть его или спрятать понадежнее? Куда бы я его не спрятала, его найдут. А Кольцо усилит мои возможности… Какие возможности? Я мало что умею… Зависнуть ненадолго в воздухе… Провести ночь под водой… Прочесть обрывки мыслей… Нет, все же нельзя, чтобы Кольцо попало в их руки… Что делать? Я справилась со стихиями, но справляться с людьми пока не умею…

А еще я вспоминаю моего прекрасного синеглазого принца, который тоже сейчас выполняет какое-то задание… Уцелеет ли он? Нет, я не могу быть слабой… Моя жизнь больше не принадлежит мне… Я уже не просто человек, отвечающий сам за себя, за мной стоит мое гордое и смелое племя, хотя большинство я даже не знаю в лицо. Именно поэтому я испытываю страшную боль потерь, и знаю, что они были не последними…

Я решаю пройти по городу и проверить, все ли в порядке. Брожу по улицам. Захожу в магазины. Сижу в парке. Захожу в кафе.

Мне кажется, что какой-то подозрительный тип тащится за мной. Я меняю маршрут, но и он поворачивает в ту же сторону.

Где, где мой телохранитель?! Что делать? Связи с Зоей у нас нет, это был бы прямой выход на меня. Надо думать…

В людных местах он не нападет. Я быстро иду по центру города. Мужик тащится за мной, не отставая. Неожиданно мне бросается в глаза надпись «Библиотека № 3». Именно здесь работают близнецы Алена и Вера Мирошниковы.

Я вхожу в душное помещение. Вижу морковную голову одной из близняшек – Мирошниковы-не-знаю-которой. Она отрывает взгляд от толстенной книги. Вторая сестричка сидит в читальном зале и перебирает картотеку. Кроме сестер, в библиотеке никого нет. Объясняю бывшим одноклассницам, что за мной тащится какой-то тип.

– Нужно вызвать милицию, – говорит одна.

– Я сейчас позвоню, – вторит ей другая.

– Пока не нужно. Я не уверена… Может, просто показалось. У вас есть запасной выход?

Близняшки синхронно мотают ярко-оранжевыми головами.

– А окно открыть нельзя?

Обе вновь отрицательно качают головами. На окнах решетки от воров. Хотя не верится, чтобы кому-то в наше время пришло в голову забраться в библиотеку. Разве что спьяну.

Сестры переглядываются.

– Мы можем спрятать тебя в хранилище, – говорит одна. На лицах у них отражается сомнение и внутренняя борьба. Вероятно, они боятся, что я суну за пазуху какой-нибудь пыльный томик.

– Да, самое подходящее место, – говорит вторая.

Они проводят меня в святая святых – хранилище ценных книг. Стеллажи с рядами книг наводят на меня ужас. А главное, уже через минуту я начинаю непрерывно чихать. Запах книжной пыли невыносим.

– Давай переведем ее в раздевалку, – говорит одна из сестер.

– Давай, – эхом откликается другая.

Крохотная раздевалка меня вполне устраивает: здесь нет книг, а значит, можно дышать…

– А может, дать ей нашу одежду и она уйдет неузнанной?

– Конечно, нужно помочь…

Я смотрю на их одежду. Она мне, конечно, безнадежно мала. Я смотрю две жалкие, поношенные, полинявшие курточки розового и сиреневого цветов. Я и сама совсем недавно ходила в таком же убожестве. «Наидешевейшая дребедень», – сказала бы моя бывшая соседка Роза Моисеевна. На минуту от возмущения я даже забываю о грозящей мне опасности. Ну почему так не ценят хороших людей! Сама-то я одета в дорогущую кожаную куртку черного цвета и добротные ботиночки. А мои перчатки – настоящее произведение искусства! Не ходить же королеве атлантов, а по совместительству еще и верховной жрице, в китайском ширпотребе…

– Что ж вы, девчонки, в библиотеке-то работаете?

– Нам нравится…

– Должен же кто-то нести культуру в массы…

Я вздыхаю… Принимаю решение. Мое пребывание здесь опасно для девчонок. Я должна уйти. Не хватало еще, чтобы и они попали под раздачу…

– Ладно, – говорю я близнецам. – Спасибо за все. Мне нужно идти. Может, мне просто померещилось.

– Нет, – говорит первая Алена-Вера, – это слишком опасно.

– Нет, – повторяет ее копия. – Лучше оставайся здесь. Мы потом тебя до дома проводим.

Я отказываюсь. Позвонить в милицию? Сказать, что какой-то мужик таскается за мной по пятам, и я вынуждена была зайти в библиотеку?

И что потом? Ладно, мои проблемы, мне их и решать. А может и правда, Ларку стукнули по голове из-за ее работы? Врагов-то у адвокатов немало. Или это был просто торчок обдолбанный? Может, вызвать такси? Но тогда я не пойму, следил ли за мной тот мужик.

Внезапно вспоминаю: на пикнике говорили, что Дебил работает недалеко от библиотеки. Я уточняю у девчонок, где это. Перед уходом я решаю сделать что-нибудь приятное девчонкам. Подарить что-нибудь…

– Когда у вас день рождения?

– В марте, – говорит первая.

– Шестого, – уточняет вторая…

«Рыбки вы золотые». Долго еще ждать… Нужно запомнить… Если доживу, конечно…

Дохожу до мастерской «Колесо». Спрашиваю у парня в промасленной спецовке, где найти Валеру Петрова. Он в яме, ремонтирует машину.

– Привет! – говорю я.

Дебил смотрит на меня удивленно.

– Привет. Чо надо?

– Да вот, проходила мимо, решила проведать одноклассника. Не проводишь до дому?

Дебил таращится на меня, затем вылезает из ямы, выходит. В окно вижу, как он что-то говорит парню в спецовке, кивая в мою сторону. Тот ржет и кивает. Через открытую форточку до меня долетают обрывки фраз: «Жить без меня не может». «Влюблена, как кошка», «Такая страстная», «Надоела уже…», «А зря ты так, ничо телка»… Ай да Дебил! Как цену себе набивает, чучело! Ладно, ради дела потерплю, с виду он здоровый жеребец, может, отпугнет того мужика.

Дебил отсутствует недолго. Он уже успел переодеться и вымыть руки.

– Прогуляемся? – говорю я с загадочной улыбкой.

До моего дома несколько кварталов.

По дороге вспоминаем учителей и одноклассников. Володька теперь гуру в какой-то секте, Леха по-пьяни загремел в казенный дом, Ритка вышла замуж, а Олеська уже родила третьего и все от разных мужиков. Я стреляю глазками по сторонам и время от времени оборачиваюсь: того мужика вроде не видно.

Мы подходим к моему дому, приближаемся к двери. Теперь нужно отвязаться от Дебила, я же не хочу, чтобы меня оприходовали прямо на пороге.

– Спасибо, Валер, ты настоящий друг. Рада была тебя видеть, столько нового узнала! Извини, не могу позвать к себе на чай. Понимаешь… Это самое… У меня проблемы…

Одноклассник таращится на меня.

Делаю самый разнесчастный вид.

– Ну… Это… Анализы подозрительные… Сам понимаешь…

Бывший одноклассник смотрит на меня с сомнением, уж не издеваюсь ли я над ним? Я тяжело вздыхаю и скромненько опускаю глазки. До Дебила, наконец, доходит. Петров по-приятельски хлопает меня по плечу.

– Не боись… – говорит мой провожатый с сочувствием. – Ничо, подруга, дело житейское. Я сам уж два раза лечился… Больнючие укольчики… От Игорька, что ль, подцепила?

Я пожимаю плечами.

– Не знаю, Валер… – Смущенно хихикаю… – Ну… Как бы… Всех мужиков не упомнишь…

Достаю кошелек, протягиваю Дебилу первую попавшуюся купюру.

– Выпей за мое здоровье, очень нужно…

Тусклые глаза Дебила загораются: халявная выпивка!

Сказав «спасибки», он мгновенно забывает о моем существовании, разворачивается и спешит за любимой беленькой.

Облегченно вздыхаю. Уф, отделалась! Но кто знает, не ожидает ли меня этот мужик дома? Открываю дверь и медленно вхожу. Обследую квартиру. Никого… Подтаскиваю к входной двери тумбочку. На всякий случай…

Ночь прошла спокойно. Никто не стучал, не звонил, не ломился… Значит, померещилось…

 

Россия, Москва, 2004 год

Вениамин

 

Его человек сообщил, что напал на след.

 

Россия, Екатеринбург, 2004 год

Тина

 

Жарко… Я в легком сарафанчике жарю рыбу. Сегодня, когда я ходила в магазин, мне снова показалось, что за мной таскается какой-то мужик. Но я взяла себя в руки. Иначе просто сойду с ума.

Заваливается Борис с коробкой моих любимых пирожных-безе. Интересуюсь, как его новая пассия? Борька небрежно машет рукой.

– А, я с ней уже расплевался…

– Что так? Опять стерва попалась?!

Борька немного смущен.

– Не… Наоборот… Она была большая, толстая и добрая, как корова…

Мы смеемся…

– Я вообще-то по делу… Меня интересует твоя бывшая одноклассница Марина Зуйкова…

Хм. Это уже интересно. Мы с Сонькой сами рассказали Борьке о том, что учились с Маринкой, когда притащили ему поминальные пироги.

Борька принюхивается. Он, как всегда голоден.

– О, рыбочка! – радостно восклицает он.

Доев рыбу, мы пьем чай. После чая Борис обращается ко мне.

– Мне нужно кое-что уточнить. Два происшествия, одно весной, второе осенью с интервалом в полгода произошло в тихом переулке недалеко от университета, оба с участием большой черной машины.

Я навостряю уши.

– Вначале в переулке была сбита насмерть неизвестная девушка лет двадцати. Она получила повреждения, несовместимые с жизнью. Документов у нее при себе не было, фотографии в газетах ничего не дали. Никто не явился за телом, и через какое-то время погибшая была захоронена как неопознанный труп. Хотя девушка была красивая, ухоженная, вещи у нее были фирменные, явно дорогие. Не наркоманка, не бомжиха. Очевидно, она была иногородней… Но и среди пропавших без вести ее тоже нет.

…Передо мной возникает лицо бледное лицо Лолы, ее меркнущий взгляд. Все кончено… Я не зову на помощь, не звоню в милицию. Потрясенная, я машинально подбираю сумку, поворачиваюсь и вместо занятий, хромая, иду домой… Моя белая блузка черна от грязи, колготки порваны, с локтей и коленок содрана кожа. А оставленная на дороге Лола была похоронена, как бродяга. Вернее, как неизвестный солдат… Неизвестного миру сражения… Так было нужно…

Боря продолжает:

– Однако свидетельница, пенсионерка Петухова, видевшая наезд из окна своей квартиры, уверяет, что сбитых девушек было двое. Причем, ей показалось, что девушка, идущая сзади, пыталась толкнуть переднюю прямо под автомобиль. Пока Петухова ходила звонить в милицию, одна из девушек исчезла. Та, которая шла первой. Очевидно, пришла в себя и сбежала с места происшествия. В больницу никто не обратился, значит, пострадала эта девушка не сильно. Но важный свидетель исчез.

На предъявленных фотографиях разных автомобилей гражданка Петухова уверенно опознала в большом черном автомобиле с тонированными стеклами джип «Хаммер Комбат». Точно такой же точно был у ее соседа, предпринимателя Алиева. Все автомобили этой марки были проверены, свежие повреждения на них отсутствовали.

Именно на таком «Хаммере» ездила и Марина Зуйкова. Машина была подарена ей родителями к совершеннолетию. Разумеется, никому и в голову бы не пришло осматривать машину дочери мэра на предмет повреждения. Но после смерти Зуйковой стало известно, что в день наезда она сдавала машину в ремонт. Бывший одноклассник Зуйковой, и ваш с Сонькой, Валерий Петров, на первом допросе, будучи в нетрезвом состоянии, подтвердил, что на капоте была большая вмятина, которую он выровнял и закрасил. Правда, протрезвев, Петров тут же от своих показаний отказался и заявил, что они были получены под давлением и что по данному делу ему ничего не известно.

Но спустя полгода после наезда автомобиль Зуйковой взрывается на том же самом месте вместе со своей хозяйкой... И опять в то же самое время, когда наша неизвестная девушка идет на занятия! Экспертиза не находит следов взрывного устройства. Смерть Зуйковой признана результатом несчастного случая. Но отец Зуйковой заподозрил, что его дочь могли убить из мести. Враги у него, конечно же, есть. Он настаивает на продолжении расследования. Кому выгодна смерть Зуйковой? В первую очередь ее жениху, который при разрыве с ней мог бы поставить на карьере жирный крест: Зуйковы испортили бы ему репутацию на всю оставшуюся жизнь. Смерть Зуйковой выгодна и той, которую дочь мэра уже пыталась уничтожить. А уж если бы молодые люди объединились… Вот ты – химик. Скажи мне, можно ведь, например, добавить что-то в бензобак, от чего наступит взрыв. После этого, конечно, никаких следов вещества обнаружить будет невозможно.

– Ну, такое возможно. Такие катализаторы, конечно, существуют. Но это лучше не ко мне, а к какому-нибудь кандидату или доктору наук.

– Какие выводы можно сделать из всей этой истории?

– Что Зуйкова развлекалась, наезжая на прохожих. Я почему-то не очень удивляюсь...

– Марина Зуйкова как минимум дважды засветилась в месте, расположенном далеко от ее места жительств и работы. Не удивлюсь, если она бывала там и чаще. Ты же в то время там училась, и наверняка ходила в университет именно этим, самым коротким путем.

Я киваю. Я уже понимаю, к чему Боря ведет…

– Марина Зуйкова имела жениха, подающего большие надежды чиновника мэрии Вячеслава Рокотова. Однако господину Рокотову на самом деле нравится совсем другая девушка. Та, которая каждое утро ходит на учебу этой короткой дорогой через тихий переулок. Зуйкова, конечно, догадывается, почему молодой человек колеблется и тянет со свадьбой.

И девушке вполне может прийти в голову мысль навсегда избавиться от потенциальной соперницы. А в своей безнаказанности дочь мэра была уверена. Кстати, теперь этого молодого человека часто видят в нашем дворе с большим букетом роз…

Итак, Зуйкова терпеливо подкарауливает свою жертву. Видит идущую на занятия девушку, разгоняет автомобиль и пытается осуществить свой преступный замысел. Но в последний момент на дороге неожиданно появляется еще одна девушка. Вполне возможно, что она пытается вытолкнуть первую из-под колес несущегося на нее джипа…

Машина сбивает девушек и скрывается. Первая девушка приходит в себя и покидает место преступления. Почему свидетельница сбегает?! Вероятно, она понимает, что ее помощь уже не требуется… Возможно, еще и потому, что она узнает автомобиль и догадывается, кто за рулем. Кстати, Тина, ты ведь примерно в то время сильно хромала? Ты еще сказала, что споткнулась и упала по дороге на учебу. Так сильно ободрала коленки, что тебе даже пришлось сделать прививку от столбняка.

– Все верно, было такое…

Я облизываю пересохшие губы…

– Тина, скажи правду. Ведь Зуйкова пыталась тебя убить?

Я снова киваю.

– Да… Так все и было… Но я не знала, что это была Марина, не знала, что ей подарили джип… Я водителя не видела, стекла тонированные были… Я переходила дорогу, увидела, как срывается с места машина и несется прямо на меня. Второй девушки я не видела… Просто почувствовала толчок в спину. Это уже потом… Когда я поднялась, то увидела ее… Она умирала… Ей уже невозможно было помочь… Я пошла домой. Все…

Я выдыхаю… Борис внимательно смотрит на меня…

– И я ничего не добавляла в бензобак…

– Ладно, забудь обо всем этом, Тина. Это был несчастный случай…

В любом случае бояться мне нечего. Хотя я и убила Марину, но следов остаться не могло… Никто мне ничего не предъявит. Проехали…

Но от волнения, вызванного воспоминанием о гибели Лолы, я роняю ложку. Наклоняюсь, и цепочка с Кольцом вываливается у меня из-за пазухи. Борис смотрит изумленно… Все, влипла… По самое не могу…

Борис протягивает руку и берет Кольцо Богов. Внимательно рассматривает.

– То самое кольцо…

– Нет, – отвечаю я севшим голосов. – Другое. То – просто плохая копия моего.

– Откуда оно у тебя?

– Фамильная ценность…

– Это все из-за него?

Я киваю.

– Явно очень дорогое. Не знал, что ты у нас аристократка. Родители вроде были простые люди… Впрочем, ты же у нас Воронцова. Графиня, значит…

Я вижу, что Борис не очень-то верит мне.

– Совковая власть и принцессу опролетарит…

– И вот из-за этого столько убийств, пытки свидетельницы… И это, наверно, только часть твоего приданого?

Я снова киваю…

– Только оно не здесь…

– Эти люди хотят найти остальное?

– Да…

– И ты знаешь, где?

– Во всяком случае, не в России…

– Они ни перед чем не остановятся.

– Я знаю… Кажется, сегодня какой-то мужик тащился за мной до самого дома…

– Здесь оставаться слишком опасно. Тебя нужно спрятать понадежнее. Пока преступники не будут найдены. Кто они, ты не догадываешься?

Я качаю головой. Да, мои враги должны быть уничтожены как можно скорее. Атланты как раз этим и занимаются.

– Ладно, спрячем тебя на время… Откладывать нельзя. Есть надежное место. Пока мы их не сластаем… Они сильно на твое добро заточились…

Боря прав. Чем сидеть тут и рисковать, лучше пересидеть в тихом уголке…

Борька звонит другу.

– Лень, тут дело такое… Твоя помощь нужна… Срочно…

Потом оборачивается ко мне.

– Человек надежный, зуб даю. Настоящий мужик. Ты его видела. Так что, Тина, будешь теперь под охраной. Прямо, как царская особь. Повезло тебе, Леня в отпуске сейчас… Недельку-две перекантуешься… А там видно будет…

Я быстро кидаю вещички в спортивную сумку, и мы едем на дачу этого Леонида, Бориного коллеги, недавно разведенного и занимающегося перекопкой огорода. Начальству отпускник, на всякий случай, сказал, что поедет в другой регион проведать родню, чтобы не вздумали выдернуть на работу. А сам решил вот пожить в уединении и подумать о смысле жизни и о будущем. Выбора у меня, в общем-то, и нет. Буду жить на чужой даче… Как бомжиха… Я вздыхаю.

Борис тормозит у забора. Прибыли. Вот и дача Леонида. Убеждаюсь: дача большая, очень даже приличная. Прямо настоящий загородный дом, а не какая-нибудь халупа с дощатым сортиром на участке и тремя кустами, как я ожидала. Борис передает меня с рук на руки и вводит хозяина дачи в курс дела.

Леонид, друг и коллега Бориса, крупный мужик лет тридцати пяти, немного знаком мне и производит впечатление серьезного и надежного человека. Он не раз приходил к Борису «на бутылек», а на День милиции мы рядом сидели в ресторане, правда, тогда еще с ним была жена Ляля, симпатичная блондинка, к сожалению, не понимающая, где молвить слово, а где промолчать.

Леонид внимательно рассматривает Кольцо и обещает обо мне позаботиться. Оружие у него есть, какое-то охотничье ружье, так что хоть какая-то защита будет. Впрочем, я уверена, что есть, помимо ружья, и какой-нибудь неучтенный ствол. Именно Леонид вел дело об убийствах, связанных с кольцом, которое превратилось в висяк. Но меня огорчает, что уже двое посторонних знают о моем сокровище: вот и Лене пришлось его продемонстрировать... Если информация о Кольце Богов будет распространяться такими темпами, скоро в курсе будет все население планеты.

 

Россия, Екатеринбург, 2004 год

Асланбек

 

Руслан узнал адрес Тины Воронцовой. Но ему не повезло. Он видел, как девушка с дорожной сумкой садилась в роскошный внедорожник с молодым мужиком. Пока Руслан добежал до своей машины, иномарка уже скрылась из вида: водитель был тот еще лихач.

На другой день Руслан снова увидел во дворе знакомый внедорожник. Но девушка не возвращалась. Руслан навел справки. Хозяином машины был не кто иной, как следак убойного отдела. Куда же он дел девку? Руслан вызвал подкрепление. Решено было с максимальной осторожностью проследить за автомобилем следака.

 

Россия, Екатеринбург, 2004 год

Тина

 

Немного успокаивает меня физический труд, правда я быстро устаю. От черенка лопаты у меня уже образовались мозоли на ладонях. А еще мы пилим и колем дрова. Я вызываюсь сложить поленницу. Правда, немножко мошенничаю. Когда Леонид уходит в дом, я взглядом подтаскиваю каждое поленце и укладываю его среди других. Вечером готовлю плов. Леня ест и нахваливает. Ничего, вроде жить можно… Боря сказал, что это ненадолго, но что-то не очень верится...

Борис изредка навещает нас с Леней. Пока ничего подозрительного не замечено: в мою квартиру никто не пытался проникнуть: метки целы.

Сегодня выходной, и мы с Леней решили устроить шашлыки, тем более что ожидаем в гости Борю. Леонид режет мясо и лук, а я вспоминаю пикник с одноклассниками... Возле нас крутится, рассчитывая получить комиссионные, здоровенный рыжий котяра по кличке Бисмарк, для своих просто Бися, Бисик, Бис, Бисюха. Леонид бросает ему обрезки, которые немедленно съедаются, но кот явно рассчитывает нам что-то более солидное.

Бися жалобно смотрит на меня зелеными глазами-бусинами, и в голове моей звучит, как заезженная пластинка: «Дай, ну дай мясца». «Ладно, сейчас, подожди», – мысленно отвечаю я коту.

Выбрав подходящий момент, когда Леня на секунду отворачивается, я подцепляю взглядом аппетитный кусочек мясца, и он стремительно летит прямо в загребущие лапы хвостатого попрошайки. Бися мгновенно скрывается с добычей под столом. Леня растерянно смотрит на мясо, потом бросает взгляд на землю. Просек, значит, недостачу… После этого хитрый кошак ластится ко мне, как родной. Я глажу Бисюху, а сама думаю, как там мой Мурзяша, его пришлось снова всучить Петровне...

На другой день нахожу на крыльце подарочек – аж четверо мышей. Молодец Бися! Заботливый пацан, с голоду не помрем… Потихоньку выбрасываю дохлых грызунов, чтобы не обидеть нового друга: ведь он так хотел сделать мне приятное.

Леонид целыми днями хлопочет: то ремонтирует машину в гараже, то чинит забор, то поливает грядки. Я занимаюсь прополкой и стряпней. Каждую свободную минуту, когда Леня меня не видит, я тренируюсь. Я разминаюсь, словно делая зарядку, и спрыгиваю с сарая, стараясь зависнуть в воздухе. В первый раз просто отбиваю себе пятки. Отдышавшись, пробую снова. Во второй получается лучше… А в десятый я уже зависаю в нескольких сантиметрах над землей…

Я достаю Кольцо и надеваю на палец. И зависаю на полпути к земле. Затем пытаюсь вернуться назад и медленно, с огромным трудом поднимаюсь вверх… Приземляюсь на крышу… Уф… Пот льет градом… Как же я устала…

Прыгаю вниз, рискуя переломать ноги… Медленно и плавно опускаюсь на клумбу. Привожу ее в порядок. Получилось… Делаю еще с десяток пробных полетов… С каждым разом получается все лучше…

Пора готовить ужин. Снимаю Кольцо с пальца и возвращаю на шею. Я сильно проголодалась. Тренировки отнимают много сил. Нужно попить чаю. Делаю бутерброды на два лица. Телевизора у Лени нет. Зато приемник тарахтит без умолку… Нет, чтобы приятную музыку включить, держи карман шире, хозяин любит всякую болтовню…

Неожиданно я прислушиваюсь. «…Писатель Анри Вико, настоящее имя Эдуард Каманин, сын российского олигарха, найден мертвым на собственном острове. Предположительная причина смерти – передозировка наркотиков»… Надо же, такой молодой и красивый… И так похож на Дени… Жаль… Такой печальный конец…

Вечером подходит Леонид.

– Иди в дом. Какие-то подозрительные типы крутятся…

Я киваю и, выдернув из пенька топор, послушно двигаюсь к дому. Не хватало еще, чтобы враги атлантов пошли на штурм. Но если это случится, я готова к бою, пусть он даже окажется последним в моей жизни. Царица атлантов должна быть достойна своих героических подданных.

Леня звонит Борису и сообщает о подозрительных субъектах, которых он видел у дома. Поздно…

Выстрелы. Звон стекол. Леонид стреляет в ответ. Падает. Я наклоняюсь к нему: ярко-голубые глаза Лени широко раскрыты, в них застыл немой вопрос. Кровавое пятно расползается по футболке. Какие-то мужики лезут в окна. Я пытаюсь схватить выпавший из Лениной руки пистолет, но его мгновенно выбивают. Слишком поздно… Меня бьют по голове. Темнота…

…Я лежу на земле. Кто-то больно толкает меня ногой в бок и произносит несколько слов на гортанном языке. Мой мозг, хотя и оглушенный, сквозь туман все же улавливает: «Она не сдохла?».

Второй отвечает, и я понимаю ответ: «Не должна… Иначе Асланбек нам глотки перережет». Я в плену… Меня хлопают по щекам, и я открываю глаза. «Жива!»

Смуглые усатые мужики быстро обыскивает меня, снимают цепочку с Кольцом, вяжут по рукам и ногам, как кавказскую пленницу. Затыкают рот какой-то мерзкой тряпкой и куда-то волокут. Пытаюсь брыкаться и получаю еще одну оплеуху. Меня засовывают в багажник и захлопывают крышку.

Теснота, пылища, духота. Запах бензина. Я задохнусь! Веревки врезаются в тело. Пытаюсь выплюнуть тряпку. Меня везут в неизвестном направлении. Пробую освободиться. Куда там! Веревки еще сильнее впиваются в тело.

Тогда я вспоминаю, что я наделена Даром и пытаюсь использовать свои возможности. Мысленно представляю себе узлы на руках и начинаю медленно их развязывать. Долго ничего не получается. Затем чувствую, как веревка медленно скользит. Проходит минут пятнадцать или больше, и мои руки, наконец, свободны. Вытаскиваю мерзкую тряпку. Разминаю затекшие руки. А что было бы, если бы я и дальше была связана?! Затем освобождаю ноги. Пытаюсь открыть багажник, но он заперт. Голова раскалывается, нога сильно болит, бежать я точно не смогу. Надеюсь, Борис уже на месте, и объявят план-перехват. Городского шума нет, значит, мы едем по проселочной дороге.

Так же мысленно стараюсь открыть замок багажника. Никак. Еще полчаса мучений. Все, получилось! Осталось поднять крышку багажника, подняться, зависнув в воздухе, а затем плавно опуститься на дорогу. И все!

В этот момент машина тормозит. Выстрелы…

Молодцы гайцы, быстро среагировали. Только бы в багажник не попали…

Багажник открывается. Я зажмуриваюсь от яркого света, затем чуть приоткрываю глаза. Надо мной склонились гаишники.

Они хватают меня, вытаскивают из багажника. Затем прижимают к лицу мокрую тряпку с мерзким трупным запахом. Хлороформ… Не гайцы… Темнота…

Прихожу в себя в машине. Меня куда-то везут… Делают укол, и я снова проваливаюсь во тьму.

Затем я уже в самолете. Снова укол… Мои веки становятся тяжелыми-тяжелыми, и глаза закрываются…

 

© Валентина Ушакова, текст, 2016

© Книжный ларёк, публикация, 2016

—————

Назад