![](https://e4948a91a5.cbaul-cdnwnd.com/7bfd8b1a82b3218e857c96dd73751150/200207584-304ab304ae/баннер КЛ_большой.jpg?ph=e4948a91a5)
Марч Илькаев. Единорог (18+) (закрытый доступ)
21.02.2017 19:5810.06.2016 19:22
ЕДИНОРОГ
Дорогие друзья, любые совпадения,
которые вы можете найти, – случайны,
все персонажи вымышлены.
Глава 1
По окончании школы Шмагов я пришел в Потрошильню.
В то время там не было начальства, то бишь Акела (Хозяин Стаи) писал научный Опус и был в творческом отпуске. Кентавр, один из главных героев Последнего Времени, в то время лечился от туберкулеза. Посему отделением руководил Каа, безусловно, кристальной честности человек. Но данная глава посвящена наиболее любопытному персонажу, которого за глаза звали Единорог, поскольку, по слухам, он обладал неимоверного размера Предметом Гордости.
Это был Самец около 6 футов росту, с широченными плечами, голубыми пронзительными глазами, обладающий, по мнению абсолютного большинства женщин, гипнотическим взором, я так понимаю – это был «взгляд Торквемады». То есть женщины под его напором буквально впадали в ступор. Впрочем, с Галактоаналитической точки зрения, это был типичнейший нарцисс, то есть главное несчастье этого субъекта было в том, что он не знал, что такое Любовь…
Непрерывное спаривание было основным паттерном его поведения (опять я пускаюсь в терминологию когнитивно-поведенческой психологии). Единорог рыскал в поисках самок непрерывно, словно пытаясь убежать от чего-то ужасающего, преследующего. Впрочем, может быть, наоборот он стремился найти свою любовь. В интеллектуальном плане он сам признавался, что «паразитическое самообразование» – это его крест, то бишь наблюдать его читающим послания Предков было настоящим развлечением, он мучительно пытался сосредоточиться, сконцентрироваться при чтении, но было похоже, что это ему крайне сложно.
Дальтонизм, которым он страдал, возможно, был его ахиллесовой пятой. Меня, в то время застенчивого юнца, всегда впечатляло то, что он, приходя на Поверку, подходил к ксилофону и небрежно музицировал (теперь я понимаю, что он тешил свой нарциссизм), но на Самок это производило, как теперь я понимаю, неизгладимое впечатление. В то же время во всей этой гламурности было что-то не настоящее, поскольку он – выходец из провинциального городка, женился на преуспевающей Самке, владелице казино, и было похоже, что вся окружающая его бардовско-артистическая тусовка была попыткой избавиться от затхлости быта и достичь самоидентичности супротив успешности жены.
Единорог, Каа и большинство их погодок-однокашников исповедовало хиппи, то бишь они полагали, что секс – это как стакан воды. И, конечно, ницшеанский тезис о том, что «то, что нас не убивает – делает нас сильнее» превратился для них в постулат, я имею в виду легкие, а для некоторых из них и тяжелые наркотики. Несколько позже я познакомился с его старшим братом, женившимся на столичной Самке и работавшим темником. Конечно, брат страдал комплексом провинциала, но, похоже, его алкоголизм был компенсирован его деятельной женой. Однако наш герой (все по Адлеру), страдал в существенно большей степени. Его героем был Марлон Брандо, последний, как известно, полагал, что в этой жизни надо все попробовать, в том числе и бисексуальность.
Единорог одним из первых начал брезгливо возвращать пакеты с презентами, которые приносили в Потрошильню в благодарность за избавление от грехов, давая неверебальный сигнал, что лучше межгалактической валютой.
Это было время, когда правили Темные Рыцари. Я помню эти разнузданные попойки, продолжавшиеся до утра, когда дискотека в Потрошильне не давала спать жителям окрестностей. Все мы жили одним днем, я помню, как на свидания ходил с нунчаками.
Однако это было время свободы, мы были счастливы, что освободились от Империи, надеялись на что-то лучшее, но оно все как-то не приходило.
Однако вернемся к нашему герою, Единорог жил потрошением и даже по прошествии 20-ти лет, когда он уже прижился в первопрестольной, возвращаясь в родную Потрошильню, он сентиментально плакал, а когда ему – Академику, предлагали поехать в ресторан, отметить приезд, он отказывался, говоря, что «в родной Потрошильне ему лучше».
Немного о Каа – это был тоже в общем-то нарцисс, но в его психоструктуре превалировала мазохистически-компульсивная составляющая. У нас принято относиться к термину мазохизм с долей иронии, но другого точного перевода на русский язык просто нет. «Самопораженческий» – не совсем точно передает значение «self-defeating».
Поясню, его родитель был Рыцарем Тьмы в одной из провинций, а он полностью плюнул на карьеру и получал полное наслаждение от удовлетворения садистических импульсов, потроша жертвы. Конечно, он, как и все, жаловался на нехватку межгалактической валюты, но отжиманием похоронных у Уходящих в мир Иной не занимался. По-видимому, он женился по расчету, поскольку на моих глазах разворачивался его роман с самкой-потрошительницей.
Вообще существует постулат, гласящий, что настоящий Потрошила должен жениться 3 раза, причем, как правило, 3-й женой становилась потрошительница или ее помощница. Каа был типичным флегматиком, с легким сангвиничным налетом, с ним было легко и приятно пить зелье Истины, он никогда не опускался до морализаторства, навязывания собственного мнения, хотя его происхождение легко выдавало пренебрежение, которое он испытывал ко мне – мальчику из параорбитального пространства.
Помню, как мы – Юнги, тащили его ксилофон, когда он переезжал из одного лежбища в другое с 9-го уровня одного замка на пятый другого. Труд – объединяет)))), но только не с аристократами крови.
Каа как-то в порыве откровенности рассказывал, как ездил на какую-то неофитную Всегалактическую стройку, так вот – это было сборище со всего бескрайнего Галактического объединения – пимписы привозили таблетки, мутанты из глубин – бодрящую зелень и так далее, в общем движуха был еще та.
Но я отвлекся от Галактоанализа, компульсия его проявлялась в той тщательности, с которой он накрывал на стол, в той щепетильности, с которой он относился к приготовлению блюд. Но с другой стороны, было сущим наслаждением потрошить вместе с ним. Прецизионность движений, ни одной лишней локомоции! Это был театр, в котором он священодействовал.
Но я отвлекся, Школа молодого бойца началась, как сейчас помню, в августе, в распоряжении Единорога был 4-й блок, то бишь 30 жертв. У нас с ним на двоих была целая Почивальня (размером 2,5 на 4 метра), которую мы звали «Дальней», поскольку она находилась в самом дальнем краю Потрошильни. Позже Почивальню мы нарекли «Оргинаторской», поскольку тонны изливавшей в ней животворящей жидкости не давали повода назвать ее как-то по-другому. Надо сказать, что вид из окон долгими вечерами, когда я писал истории жертвоприношений, за пол-Потрошильни, был фантастическим. «Огни Большого Города» – единственная, но наиболее точная метафора, позволяющая передать чувство острого одиночества, которое я переживал, пока писал бесконечные истории. Единорог изредка прибегал, изрекал: «Пиши, пиши» и убегал дальше потрошить. Я был исполнительным мальчишкой, для меня он был неким полубогом, из Валгаллы, знающим некую Тайну, и я надеялся верной службой заслужить его благоволение, но увы, мои надежды были развеяны годами бесполезной писанины…
Одно воспоминание скрашивает те бесцельно убитые Наводящими Грусть годы. Помню как-то вечор, Единорог после пары бокалов остался с очередной пассией, я ушел спать, и часа в три ночи раздается звонок, везут Жертву, попавшую под бластерный обстрел. Обычно в таких случаях Первичные Жрецы ставят в известность ближайшую Потрошильню – Главного Потрошителя, и тот организовывает прием жертвы, то есть в Помойку (где начинается священнодействие) спускаются дежурный Дыхатель, Потрошитель, Потрошительницы и их свита.
Я бегу из ближней «Оргинаторской» в «Дальнюю», врываюсь – думая, что Единорог спаривается, однако, он, лежа как Шелдон в знаменитом сериале «Теория Большого Взрыва», спокойно открывает глаза и молвит, типа иди мол в Алтарную, пусть, мол, Потрошительницы разворачивают инструментарий, то бишь моются (обрабатывают манипуляторы, надевают потрошильные доспехи и т.д.). Я врываюсь в Алтарную в истерике, неида со стоическим хладнокровием заявляет мне, типа «Мы всегда готовы».
Работницам Алтарной доставляло удовольствие охолаживать молодых Бойцов. Я успокаиваюсь, и в этот момент на сидячей повозке прямо на Алтарь завозят жертву, последний, в стельку убитый Наводящими Грусть, распевает что-то вроде «Я грущу по Дальним Мирам». Шок усиливается, перекладываю жертву на Алтарь – никого, открывают дыхательный контур жертвы – точно в проекции двигателя – бластерное ранение.
Мне пришлось работать над Первичным Жрецом и я знал, что поражение бластером двигателя приводит к Жертвоприношению в течение мгновения.
Смотрю, жертва постепенно затихает.
В этот момент является Единорог, моментально, не одевая доспехи и шлем, опускает руки в тазик с Супернаводящей грустью, вытаскивает оттуда штуцер и – О! Ужас – дыхательный контур распахнут и дырка в моторе заткнута указательным щупальцем Единорога.
Тогда я понял, что идеи экспертов Межгалактической ассоциации о возможной трансмутации при непосредственном контакте – бред.
Я опешил. Единорог, спокойно изрек: «Ну, ты чего? Давай работать». С этим проблем не было. Видимо в такие моменты Потрошителями движет Высший Разум.
Когда мы зашивали дыхательный контур, появились Дыхатели, но до конца священнодействия так и не смогли поставить свои штуцера, вся амброзия вытекла из организма и сосуды опустели.
Единорог, закатетеризировал нижние контуры, артерию и ускакал.
Спустя какое-то время ищу значит Единорога, того нигде нет, тут слышу какой то шорох в аппаратной – ну конечно, Самец на подоконнике, что называется, общается с Потрошительницей, которая успела к концу Священнодействия. Так сказать, Доминант наказывал Сабмиссива))).
Поразительно то, что мы не заразились от этой жертвы Внегалактическим мусором. А он – через сутки был переведен из Дыхательной и сбежал в тот же день в поисках Наводящей Грусть!
Да, Единорог изредка давал мне ассистировать, но жестко следил за тем, чтобы я ничего лишнего не сделал, а тем более не понял в таинствах потрошения.
Я чувствовал себя юнгой на корабле, заброшенном в дальние моря, которого корсары при любой оплошности могли просто утопить, впрочем, я был не далек от истины.
Школа юного бойца была проверкой на выживание, как любили у нас поговаривать: «Год школы идет за 3 года на дальних рубежах Вселенной». К чести Единорога, он пытался несмотря на свою жадность сохранить лицо, другие Потрошители во время священнодействий просто орали на Юнг, в том числе и на Вашего покорного слугу, не стесняясь в выражениях, не смущаясь потрошительниц и неид, которых после Священнодействия приводили в «Оргинаторскую», поили Наводящей грусть или чем Бог послал, выгоняли нас интернов и занимались тем, что… Впрочем об этом чуть позже.
Для более точной картины должен заметить, что Акела был из касты Прародителей и наиболее сильное впечатление на меня – человека, у которого оба деда погибли на межгалактической войне, произвели слова Акелы о том, что его отца учили Мутанты. Наиболее впечатляющим был благоговейный трепет, с которым это было произнесено. Он поговаривал, что у нас Мутантская школа потрошения: «Щупальцами – ткани механизмов трогать нельзя, только инструментами».
Как-то, когда я уже был на втором уровне Познания, Акела сказал со всегдашним своим специфическим юмором, чувствуя то, что я недоволен своей потрошильной активностью, что мол, «Его учили, что для того чтобы стать Потрошителем, нужно много и много смотреть, как другие порошат».
Почему я об этом пишу, потому что потрошильная активность напрямую зависела от Хозяина стаи. И когда мне говорят, что Галактоаналитики – это некая секта, мне смешно, поскольку те обряды инициации, те круги ада, которые необходимо пройти, для того чтобы стать Потрошителем, не идут ни в какое сравнение с обрядами инициации Галактоаналитиков.
Так, первое Потрошение, которое выполняет Юнга, или человек мечтающий стать Потрошителем – это трансдукция выделительной ампула. Для не сведущих должен сказать, что Каа и Единорог как-то хвастались, что на спор создали очередь в Потрошильне, собрали 6 жертв с ампулитом и на параллельных Алтарях на скорость потрошили, время ампулэктомии составило в среднем 5 минут.
Если я не ошибаюсь, выиграл Каа. То есть для серьезного Потрошителя ампулит – то священнодействие, с которого начинается потрошильная карьера, мои учителя свои первые ампулиты, по их словам, сделали на 3-м курсе мединститута.
Однако, для меня, как впрочем и для других «Жрецов идеи» – это была хрустальная мечта. Должен пояснить, что Потрошители делятся на две категории: реальные – те, которые получают межгалактическую валюту в потрошильне, и Жрецы идеи – получающие валюту в Храме Идеи и преподающие там.
Я помню, как долго я намекал Единорогу о необходимости инициации, но все было тщетно. Не искушенность в «нечеловеческих» отношениях была моей слабостью. Почему «нечеловеческих», потому что большинство из потрошителей называли друг друга, в шутку разумеется, Животными.
Понимая, что мои храмовые шефы никак мне не помогут в освоении секретов потрошения, я пустился во все тяжкие. Надо сказать, что Единорог, с молчаливого одобрения Акелы практиковал, как метод, трибалическую инициацию. В те времена для меня трансгендерные коммуникации были неким таинством, однако, мои иллюзии были быстро развеяны.
Как-то у нас лежала самка его друга – известного в те времена хозяина храма чревоугодия. Эта самка со странным именем Саломея умела произвести впечатление, высокая блондинка с превосходной фигурой, одевающаяся с провинциальным шиком, была самкой из других Миров.
Я без задних мыслей спросил Единорога: «Ты спаривался с Саломеей?» Единорог изменившимся голосом все отрицал, по его ответу было понятно, что были все трансгендерные виды коммуникации.
К сожалению, я не обладаю брутальностью Единорога, но чтение мыслей – это иллюзия, однако эмпатия – непременный атрибут хорошего галактоаналитика и считывать чувства довольно легко. Моя прародительница не была из низшего сословия, но тщательно скрывала в период Имперской экспансии свое происхождение, и любила говаривать, что когда лжешь – нельзя смотреть людям в глаза.
Мои коллеги, если можно их так назвать, нагло зырили в глаза и вдохновенно врали)))). В те времена семья хозяина храма чревоугодия ездила на иногалактической повозке представительского класса, и было смешно наблюдать, как они граблями прочесывали лужок перед Храмом жертвоприношений, на котором они потеряли ключи от своей повозки. Да, у богатых тоже бывают проблемы.
Впервые Единорога я увидел в год крушения Империи, почему я его и запомнил. В большой «оргинаторской», в углу за стенкой из шкафов, сидела самка (голубоглазая блондинка), явно отличающая по внешним тактико-техническим характеристикам от большинства потрошильных леди.
Конечно, некоторые мои знакомые брезгливо отзываются о внутригалактических особях, как о «низкопрофильных», но в общем-то, действительно, когда приезжаешь в соседнюю галактику, видишь радикальное отличие от интерфейса гражданок империи.
Так вот, эта самка, как выяснилась, была юнгой-прорицательницей, и по всему было видно, что в отношении Парнокопытного она была настроена весьма серьезно. Окончив Дельфийский институт, она стала Прорицательницей, что было весьма символично, похоже, что среднегалактические корни в ней победили. А поскольку женой Единорога в те времена была бизнес-вумен, высокая интересная дама, изредка появляющаяся в потрошильне, было видно, что успех жены подорвал их семейные отношения.
У Единорога была в те времена интересная техника трансдукции, он мог, например, посреди застолья забыть обо всех присутствующих, внезапно перегнуться через стол и впиться небритыми щупальцами в самку. Последняя буквально застывала с широко открытой оптикой и приходила в себя только через несколько минут. Конечно, эта техника больше похожа на древнее НЛП-якорение, впрочем ни о каких серьезных душевных проблемах у нарциссов речи не идет.
Еще одну примочку, которую он использовал, можно применять только очень сильным мужчинам.
Он просто подымал самку на щупальцах и как древние герои, отрывая их от гравитации, приводил в ступор. Правда по слухам эта его примочка обломалась один раз, когда он попытался поднять на руки Супер-самку и, разумеется, не рассчитал свои силы, стержень силы отказал.
Это было какое-то бесконечное соревнование в трансгендерных коммуникациях, в Галактике творилось БОГ знает что, и в потрошильне тоже. Единорог в те времена любил говорить, что он лишь слабый подражатель Кентавра, что последний Бог в трансдукции и потрошении. Правда, когда последний после туберкулеза вышел на работу, Единорог об этом уже забыл.
И еще о трансдукции, как-то мы в очередной раз Наводили Грусть с неидами, уж не помню с какими и тут явился его друг Дыхатель, они абсолютно расслаблено тут же слились в симбиозе. Надо было видеть дисплеи самок))))). Они были буквально зомбированы, конечно, два высоких плечистых, красивых Потрошителя и вдруг симбиоз! Разумеется, оргия в духе лучших элевсинских мистерий удалась! Опять же Наводящей Грусть много не потребовалось.
Надо сказать, что Реальные весьма щепетильно относились к отношениям храмовых со своим стадом, я имею ввиду неид. По-видимому они запрещали заниматься трансдукцией с нами, храмовыми. Ведь у нас были свои опочивальни, да и количество юных Суламифь, которые приходили к нам на мистерии и инициации, зашкаливало.
Но вернемся к нашему главному герою, Единорогу. Картина будет не полной, если не описать наших боевых подруг – неид. Как мне кажется, главный паттерн, который движет неидами – комплекс неполноценности, то есть каждая из них приходит в круг Потрошителей, мечтая стать Потрошительницей, или хотя бы выйти замуж за Потрошителя. Наиболее яркой представительницей этого племени была Изида. Когда я ее впервые увидел, это врезалось в мою память, она стояла у входа в четвертый блок. Как она стояла! Боком, эта была стойка настоящей модели, высокая грудь подчеркнутая красной кофточкой, длинные ноги, осанка царицы. Говорят, породу женщины можно вычислить, как и кобылу, по щиколоткам, щиколотки ее были достойны руки Клодта. Длинные черные волосы, струившиеся по плечам, выгодно подчеркивали смуглую кожу. Иногда мне кажется, что по-настоящему красивыми бывают только брюнетки. Овальное лицо с тонкими чертами было похоже на тех цыганок, которые сводили с ума древних князей.
Впрочем, ее душевные качества дочери негоцианта могут быть написаны более грубыми мазками. Она все четко просчитывала, тяжелое детство, сопряженное с многочисленными переездами, наложило свой отпечаток. Когда мы проводим галактоаналитическое интервью, одним из важнейших моментов, характеризующих возможность развития искривлений внутреннего мира, является наличие в анамнезе переездов. В случае Изиды это вылилось в гипоталамопатию и даже с гиппокампопатическими радикалами. Она просто обожала криминальных друзей Кентавра. Он рассказывал, что как-то ее в подпитии отвозили домой два бандитствующих дружка, где-то за городом она попросила остановиться, трансдуцировала на заднем сиденье сначала одного, затем приказала второму перебраться и так же технично сделала второго. Бандерлоги были в шоке.
Позже ее социопатические черты проявились в том, что она любила лупить по дисплеям своих многочисленных ухажеров, не стесняясь присутствующих, доставалось даже грубоватому на вид Кентавру. Как говаривал Лева Толстый, под маской цинизма у мужчин прячется мягкое сердце, у женщин под маской благопристойности прячется грубое животное, это было про нее. Изида была легка на подъем и была настоящей боевой подругой потрошителей, ни одна попойка не обходилась без нее. Я иногда с ужасом думал: «Неужели она Дигрот?» Мое воспитание заставляло меня относиться к потрошителям, несущим свой тяжелый крест, как к мученикам, но они – Самцы. Но когда я видел глаза юных неид в Алтаре, когда кровь лилась рекой, когда выделения миазмами сыпались в разные стороны и стоял тяжелый тошнотворный запах…
Я понимал, что внутренний мир этих ангелов ломался.
Свою особенность, индивидуальность Единорог подчеркивал своей любовью к крови, ему ничего не стоило слизать чужую кровь, а когда он переселился к вышеупомянутой прорицательнице, державшей низших, он сам любил забивать детенышей Низших, набирал в кружку еще пенящуюся свежую кровь и выпивал.
Да, о следе. Но что я все о блудницах? Кроме Изиды, когда я пришел в потрошильню, там появились две звезды. Одна брюнетка, другая блондинка, все как в бульварных романах. Брюнетка, назовем ее Ассоль, была воплощением сдержанной красоты Востока, скромность сочеталась в ней с грацией горной лани. Тюльпаны, покрытые росой на рассвете, меркли перед ее чувственностью. Конечно, нужно было вглядеться. Но ради таких женщин Чингисхан двигал свои полчища, сметая все на своем пути, она была воплощением номадической цивилизации. От нее пахло изысканными ароматами роскошных гаремов, разговаривая с ней, я глядел в ее черные глаза и видел бесконечное звездное небо, Альтаир резал мне душу своим алмазом. Прекрасные черные волосы оттеняли белизну ее прозрачной кожи. Рядом с ней наступало умиротворение. Глядя в глаза некоторым женщинам, можно увидеть лишь отражение своего желания, но это было не о ней. Архетипы дальних странствий, удивительных путешествий, сказочных стран будоражили мне душу. То, что я испытывал к ней, нельзя было назвать любовью, страстью. Это был симбиоз в галактоаналитическом понимании, какой-то регресс в то счастливое детство, когда ты твердо знаешь, что мама всегда придет на помощь, что отец самый большой и сильный из мужчин. Злые языки поговаривали, когда она исчезла в безбрежных потоках времени, что она родила от Единорога, но вышла замуж за другого.
Ее подругой была Лань, она была, как я уже говорил, блондинкой, типичной галактической красавицей. Ее прозрачные почти блеклые глаза напоминали таиландские сапфиры. Спокойная поступь цариц, так кажется, писал поэт. Как-то судьба меня забросила в монастырь, основанный Князем Света, так вот, когда стоишь в полдень между колокольнями Дивного монастыря и раздается перезвон, возникает, что называется, непередаваемое ощущение благодати, душа вибрирует, открывается верхняя чакра, если хотите, и круги сансары прекращают свой бесконечный полет. Это я о Лани. Ее присутствие сродни тому чувству, когда взбираешься на высочайшую колокольню и перед тобой разливается Загалактье, возникает необыкновенное чувство полета. Только подобные аллегории способны передать – кто такая Лань.
На каком-то моменте Кентавр вышел после тубика, и началось освоение новых технологий – зомбирования, методики потрошения дистанционно, в соседних галактиках это называли Второй Великой Галактической Революцией. На этом фоне состояние Нашего героя – Единорога, ухудшилось, он перестал разговаривать с самками, мания величия прогрессировала.
Так, однажды мы сидели на очередном застолье, тут к нему явилась интеллигентного вида очень юная Дива, похожая на Мишель Пфайффер, и выкрала из оргинаторской. Мне она представлялась загадочным и странным существом, поскольку ходила в очень модных очках, джинсы подчеркивали ее аппетитную попку, светлые волосы гармонировали с зелеными глазами. До этого она довольно долго обитала по какому-то поводу в потрошильне с какой-то мифической проблемой и конечно безнадежно втюрилась в Единорога.
Через каких-то пару минут позвонили из Помойки, я побрел по длинному коридору, из почивальни вырывается Дива… Что было в ее глазах? Это был mix – смущение, страх, боль, ужас, отчаяние, оргазм, счастье? Нам, Самцам, не дано понять самок, да и смысла нет. Она рассчитывала на Взаимность, а жизнь оказалась гораздо проще.
Буквально через пару дней Единорог оказался в лапах Князей Тьмы. Как выяснилось, Дива оказалась ранней пташкой для его экспериментов с трансдукцией.
Просидел Единорог в застенках где-то полгода. Кентавр предлагал ему перевод в тюремный госпиталь, но он отказался. После отсидки он подошел ко мне и попросил срочно написать опус. Видимо, занятия храмовой работой Князи Тьмы рассматривали как смягчающее обстоятельство. Разумеется, без Лося подобные решения не принимаются. А Лось, посмеявшись, заметил в том духе: «Ты без повозки? Вот поставят твою повозку во дворе Храма, чтоб все видели и Я. Тогда напишешь, ты понял?»
К тому времени тяжелые бессонные ночи, когда я писал программу создания Храмов, гранты и прочую муру, привели к тому, что меня считали писателем, впрочем, не все, Каа, например, считал меня компьютером, имея ввиду, что я просто переставлял блоки. Конечно, меня это обидело, и он среди прочего причина того, что я взялся за перо.
Единорог, однако, взялся за меня серьезно, включил свой обсессивный радикал, регулярно приходил ко мне в кабинет и пытался меня зомбировать, но все было тщетно. Я был непоколебим. Собственно, моим начальником был Лось, последний был для меня большим авторитетом, чем Единорог. Надо сказать, что к тому времени у всех жителей зверинца было достаточно публикаций для защиты Опусов, поскольку Балу заставлял меня включать в те письмена о дистанционных методах потрошения всех подряд. Единорог давил и на него, но тоже бесполезно. В один из дней Единорог посадил меня в повозку, на мой вопрос: «Куда мы едем?», он отмолчался, мы приезжаем в Царство князей Тьмы, заходим в какой-то кабинет, там Самец лет 30-ти начинает меня опрашивать: «Где располагается мой офис?». Достает схему потрошильни и уточняет, какова слышимость в моем кабинете и слышно ли что-нибудь из соседней Большой оргинаторской. Мне становится как-то дико весело, до меня начинает доходить, что тут происходит. Я говорю: «Конечно, днем из оргинаторской на фоне дня не все слышно, но по ночам, за счет эха от Храмов напротив – слышимость идеальная». Следак усмехнулся: «А что вы делали тогда-то и тогда-то?»
В общем, я наступил на горло своей совести, взглянул на потупившего свой взор Единорога и дал ложные свидетельские показания. С тех пор я много думал, стоило ли спасать Единорога, но до сих пор не могу дать ответа. Понятно, что Единорог отдал лежбище, для того чтобы отвертеться от Князей тьмы. Но, тем не менее, подлец я или нет?
Где-то к СолнцеВороту, когда стояли 30-градусные морозы, Единорог пригнал во двор поторшильни шикарную повозку, по своей подлой душонке загнал ее в глубокий сугроб и через пару дней, когда питательные элементы сдохли, отдал мне ключи. Не то чтобы бы я хотел повозку. Нет! В Дальних Мирах я наездился до такой степени, что поклялся сесть в повозку, только если у меня будет личный шофер. Увы, у судьбы были свои планы.
Пришлось мне вставать на тот путь, который меня сделал галактоаналитиком. Теперь я пишу Опус за пару часов. В то время, когда моя совесть была достаточно нетренированна, это заняло пару недель. Балу уже отдал мне образец, с которого я списал канву, добавил новых технологий, несколько перепитий (к концу писательской эпопеи у меня накопилось более 100 завязок) и Оп-ля! Единорог выходит на защиту Опуса. В те времена, не то что лексикон, коммандКом не понятен потрошителям. А я к тому времени хорошо был знаком с Опусной кухней. Я четко понимал, что этим далеко не молодым самцам (членам Опусного совета) нужен просто видеоряд, а приходят они на Встречу по разным причинам, кто-то просто покушать, кто-то обсудить дела своих детей, поскольку как в незабвенном фильме «Багровые реки» эти люди занимались евгеникой, скрещивали свое потомство, пытаясь взрастить идеальную расу Храмовников.
Рядовые потрошители, не зная этой подоплеки, всегда трясутся перед Встречей, и собственно моя работа сводилась к коучингу. Так я постепенно становился галактоаналитиком. А поскольку Единорог был довольно известной личностью, после его опуса к моему дивану образовалась очередь. Должен пояснить, что только через несколько лет я узнал, что среди потрошителей, полностью погруженных в анимистически-мифическое мировоззрение, бытовала легенда, что только трансдуцировав на моем диване с самкой, можно пробить Опус.
Но вернемся к Единорогу, надо ли говорить о том, что его защита прошла блестяще. Помыкавшись какое-то время и поняв, что он выжал из провинциального стойбища все что можно, а может быть по той причине, что трансдукция с Дивой приводит к тому, что таким как он вообще живется неуютно в местах боевой славы, он ускакал в Центр Галактики. Это был последний раз, когда мы виделись…
Глава 2. СТАЯ
Немного о Лосе. Почему Лось? – спросите вы меня дорогие читатели. Друг Лося, безвременно ушедший его соратник профессор (Морж) рассказывал, как в годы их юности они приезжали к Лосю посреди ночи и вытаскивали его из постели типа на экстренное Жертвоприношение и, разумеется, всю ночь зажигали.
Должен сказать, что самка Лося – известная писательница в СубГалактическом пространстве, была дочкой какого-то СубГалактического бонзы, то есть была той еще мажоркой. И когда они под утро возвращались, то находили в постели самки известнейшего менестреля Доминанта БольшеМеталльного ))). Видимо за это его и прозвали Лосем. Но это все сплетни.
Лось был супернарциссом. Одно время он руководил Храмом и воспринимал весь окружающий мир, как и все политиканы, как свою вотчину, все были ему должны. Беспринципность – главный девиз Лося. Стоит только Животному в нашей Галактике войти во власть, как тут же он считает, что ухватил Сингулярность за пятку и вознесся в безбрежные высоты и парит там как… видимо, он полагает, как Бозон Хиггса, но как говорилось в одном знаменитом фильме, птичка не должна отрываться от коллектива.
Лось был другом тогдашнего Магистра Субгалактики, и номадические замашки были его главной чертой. Так, однажды он рассказал притчу: «Стоим мы с Гроссмейстером и обсуждаем самок» (Чем еще занимаются Магистры и гроссмейстеры)))). Тут подгребает Магистр и вклинивается в разговор. «А у тебя кто – самка?». Я отвечаю: «Никто!». «Как это никто? Теперь таких самок днем с огнем не сыскать, все с Трансценденциями. Да такие, как твоя жена – дорого стоят. Оборзели наши самки, ну да ладно, если совсем совесть потеряют, откроем межгалактические переходы, на Мегагалактической орбите стоят 500 миллионов самок, пусть и неВозвышенных и с узкими забралами, зато готовых на все!» – сказал Магистр.
Мне не хотелось бы, чтобы у читателя сложилось впечатление, что я занимаюсь очернением своих коллег, ни в коей мере, но по законам жанра мне приходится выпячивать «отрицательные» черты своих персонажей. На самом деле мы – Галактоаналитики, не делим этот мир на белое и черное. Наоборот, мы полагаем, что темная сторона Животного делает его живым, настоящим, украшает. Все эти прилизанные чистоплюи вызывают у меня скуку своей слюнявой серьезностью. Как я уже отмечал, Лось почитывал Манускрипты, Книги Прародителей и, разумеется, Древние руны.
То есть, если окружение Единорога составляли оппортунисты-Менестрели, то подпитку Лося осуществляла СубГалактическая хищная знать.
Вообще Жреца делает окружение, и я искренне благодарен ему за то, что он меня – человека без роду и племени, принял в свою команду. Конечно, меня сильно коробило то, что во время храмовых застолий, когда мы выезжали по его Вечниковым делам, он, представляя того или иного Храмовника, расписывал их как детей СубГалактических борзописцев, певунов и прочей богемы, то есть людей имеющих историю. Но когда дело доходило до меня, он запинался, и было видно, как его процессор зависает. Лось не находил добрых слов для меня! Но с другой стороны, мой покойный Прародитель по Наводящей Грусть всегда хвастался тем, что он двоюродный брат тогдашнего гроссмейстера Оргазяма. Но по холодной голове отец об этом быстро забывал и ни разу не унизился до просьбы к своему брату. Отец считал себя наследником Дервишей, Субгалактического епископата, и любил хвастаться тем, что в силу того, что его дед пешком сходил в Места Поклонения, он имеет право грешить по полной. То есть, по отцовской линии, да и по материнской, все мои предки были убежденными Дервишами.
Отец рассказывал, как они с Древними записями происхождения и ухода (за несколько столетий), валютой Древних в виде статуэток, и с прочей утварью, прятались от Имперских на чердаке у Оргазяма.
Когда он вернулся из Иностранного легиона Имперских, все это наследство предков бесследно пропало. Однако моя бабка любила говаривать, что ее учили тому, что Субгалактические – темный народ. А то, что носили Дервиши – это Знание, пришло для просвещения, и Знание должно служить плебсу, а не наоборот.
Что касаемо Лося, это был по-настоящему органичный Самец. Морж рассказывал, что как-то они с Лосем и тогдашним руководителем Храма (Арслан) поехали в Загалактичье к тамошнему руководителю ложи, храмовнику Быку на защиту очередного Опуса, и, разумеется, перебрали Наводящей Грусть. Бык был гостеприимным хозяином и подогнал Лосю здоровенную неиду. Наутро, когда они садились в ракетоплан, он заметил, что Арслан с Лосем хихикают над ним. «Я испытал зло, – говорит, – приезжаю домой к самке, она распаковывает мой саквояж, а там огромный розовый держатель самочных достоинств))))
Впрочем, и Морж был тот еще кобель, он с гордостью рассказывал о романе с прима-Ногозадирательницей Северных лицедейских территорий. У него был довольно любопытный приемчик обольщения, если ему попадалась какая-нибудь аборигенка, он говорил ей буквально следующее: «Моя бабушка говаривала мне, что у аборигенок (ЗаГалактичных, Северянок и пр.) Место Вожделения поперек, это правда?» По его словам результативность индуцированного эксгибиционизма достигала 100%.
Интересный персонаж был Цапля – выправка офицера, всегда подтянутый, он был правой рукой Лося. Помню как-то, когда мы были еще юнгами, мы с ребятами готовились к семинару, а среди нас был бывший Неидос этой Потрошильни, позже ставший Ремонтером Щупалец, и притащил бутылку жидкости Основателя Потрошильни. Чтобы не показаться в глазах друг друга слюнтяями, мы выпили этот «эликсир», как его называли бандерлоги, и нас понесло. Мы бегали по всей Потрошильне, прятались от Цапли, тот с параноидальным упорством преследовал нас, в результате мы, шесть взрослых отслуживших в Иностранном Легионе самцов, забились в Доме отдохновений элитной почивальни и, с трудом сдерживая ржание, слушали, как он бегал по коридору, разыскивая нас.
Мы с Цаплей много ездили по городам и весям СубГалактики, объехав все что можно. Надо сказать, что он проповедовал идеалы уездной Первородной храмовщины и, действительно, как-то у меня под надзором находился родственник Акелы, обследуясь перед финишным рывком на ПМЖ в Места Зарождения. Этот дед 67 лет около четверти века страдал Дыхательным Ацидозом. Лежал он у меня около двух недель, когда на надзор явился Цапля, надо сказать, что звери обычно ходят на обходы без Ушеслуха, пытаясь дистанцироваться от анахоретов. Так вот, Цапля (по специализации Ремонтер Щупалец) непринужденно снял с шеи Ушеслух, послушав Чрево Деда, чуть отстранившись глянул странно на Акелу и заявил, что у Деда странгуляция илеуса. Это был первый раз, когда я увидел, как Акела промахнулся. В тот же день мы дали транспортный светящийся порошок – точно Илеус. На Алтаре выяснилось, что у Деда карциноид цекум, произвели эктомию. Смешным было то, что Дыхательный ацидоз, которым страдал Дед, благополучно прошел! Надо сказать, что иногда Цапля приходил тряхнуть стариной, сделать потрошение, чуть позже Акела его отблагодарил, поставив ему на операцию какую-то дряхлую самку, Цапля после долгого выхаживания этой прародительницы забросил потрошение.
Помню как-то мы с Цаплей оказались в один из надзорных объездов во Флоренции – месте Повышенного радиоактивного излучения, жили мы в люкс-номере, а наутро после одной из вечеринок, сопровождавшейся готовкой местного блюда под названием «труба», мы проснулись с Плохим настроем. Цапля искоса взглянул на меня, достал из серванта наводящей Грусти и сказал, что 100 грамм с утра – это полезно. До этого я всегда полагал, что утренний прием Наводящей Грусть – это путь в страну Зеленых долгожителей, но когда чтимый тобой Храмовник предлагает с утра… Так я вступил на путь, приведший меня в Страну Зеленых Долгожителей. Много лет спустя за дружбу с зелеными Цапля начал преследовать меня. Неисповедимы пути Сингулярности.
Еще одним любопытным экземпляром был Хорек, его отец был благородной внешности Храмовник-коллектор, был действительно уважаемый Самец. Однако, вечно суетящийся Хорек с торчащими усами, высоким фальцетом, несуразной физиономией, кроме чувства жалости не вызывал больше ничего. Единственным его достоинством была игра в шагающие фигуры. Все остальное заполняла Непомерная Амбиция или Нарциссизм. Его основным структурным галактоаналитическим признаком, как и у любого коллектора, была анальная фиксация. Как-то он принес на утреннюю конференцию в лотке серебристого цвета предмет, по форме напоминающий банан. Оказалось, что его Жертва рассказал следующую легенду, мол, с этим Зуммером Места Вожделения они занимались с самкой Трансгендерной коммуникацией, а потом заснули. Во сне Зуммер от неосторожного движения включился и забрался в выхлопной коллектор этого Самца. У Хорька была целая коллекция этих Зуммеров, он с гордостью демонстрировал ее неофитам. Позже он стал Храмовником, главой ложи, добиваясь этой незначительной должности с неимоверным рвением, очерняя Крашенного Черного Изюбря – своего шефа. Однако, после прихода на должность, его пыл несколько поутих, он наконец понял, что даже если из окон твоего кабинета виден Главный Храм Магистра, это не значит, что ты там живешь))))
Другом Цапли был Мастодонт, это был седовласый добрый дедушка благообразной наружности, с подпрыгивающей походкой, работавший в другой Потрошильне. Мастодонт был непременным атрибутом-спикером всех опусных тусовок. Поясню, что благословение – первый круг ада на пути к защите опуса.
Мастодонт был патриархом Потрошильни, а всё почему? Он рассказывал, что когда еще в 60-е защитил Главный опус, его учитель – Академик в качестве напутствия пожелал ему, когда Мастодонт станет Храмовником, главой ложи, первым делом начать убивать самого молодого шустрого самца подхрама. Нравы у животных всегда были принципиальными и прямыми, как и должна быть дорога к Храму.
Так начиналась история Зверинца, все ради сохранения Власти! Все эти слова о любви к Знанию – чистый фарс. Я проникся чувством уважения к этому безвредному Патриарху и, когда он заседал на Благословениях, старался в качестве секретаря подсадить к нему в президиум какую-нибудь безответственную старлетку-юнгу в мини-годе. Патриарх с блаженством гладил их по нижним щупальцам, мурлыкая как мартовский Шерстяной. Позже особым шиком для меня стало написание опусов самкам, поскольку Патриарх кроме всего прочего, назначался официальным прекословщиком и, когда соискательницы приезжали с «пакетом документов» к нему на подпись, он доставал принесенную ими Наводящую Грусть, предлагал вкусить, разумеется самки кочевряжились, а Патриарх (в 70 лет) аки горный козел скакал за ними по почивальне))). Именно Патриарх научил меня жить не напрягаясь, поскольку к финишу Песков Времени приходит последним пешеход, а не спринтер. Злые звериные языки за его спиной поговаривали, мол, Патриарх никогда не был особенно выдающимся потрошителем. Однако для выходца из степного аула он прожил интересную жизнь, побывал в шкуре зампрокуратора Храма, много ездил по бывшей Империи и не гадил без надобности, за это я его и уважал.
Его сокамерником был Бронтозавр, это была выдающаяся личность, всецело преданная идеалам Потрошения, его девизом было: «Когда начинаются деньги – кончается потрошение». Первый раз я увидел Бронтозавра еще будучи юнгой в начале распада Империи, он вел симпозиум в дальней Потрошильне, на нас, на юнг, произвело сильное впечатление то, что когда он сел в президиум, достал из кармана доспехов красную пачку Дурмана ЗаОкеанья, на нас повеяло ароматом дальних странствий. Много позже, когда он был женат на Храмовщице, я был у него в гостях, на 8-м уровне элитного замка, в окна било яркое весеннее солнце, он с тоской рассказывал, что, будучи на работе в Ойкумене, как-то он собрал по частям вождя местного племени, попавшего в акцидент. Этот вождь подарил ему сушеного Зеленого долгоживущего, статуэтки из драгоценного дерева и клыков саблезубого. А жена Бронтозавра, заявив, что вся эта Ойкуменская символика вызывает у нее конфессиональную брезгливость, чуть ли не розеолы, выкинула все на помойку. Я не поленился и посмотрел, сколько стоит Сушеный, в те времена это было межгалактической валюты на 5 тыщ. Да уж, подумалось мне, найти бы эту помойку))). Храмовые самки – это что-то.
Вообще, для полной характеристики этого вымершего вида, я должен привести описание еще одного любопытного экземпляра. Это был… назовем его Тираннозавр, поскольку занимался он костями. Артистическая дворянская внешность сочеталась в нем с резкостью на Алтаре, он запросто мог бросить в нерадивого помощника инструментом, например кувалдой. В те времена мы нарвались на клад – Фонд Закрытое Общество. И выбили грант на создание сайта Храма. В те времена многие делали на этом хорошие тугрики. Например, жена Бронтозавра сделала на этом фонде настоящее состояние, вот что значит знание Загалактического диалекта. Так вот, получателями гранта были Арслан, Балу и мы. Ясен перец, что ни Арслан, ни Балу палец о палец не ударили. Нам с Тираннозавром пришлось отрабатывать валюту. В силу того, что мощный компьютер с процессором тогда был только у него, он пригласил меня в гости. Его лежбище представляло вычурное зрелище, дверь в комнату его самки, храмовщицы в эльфийском храме, был заперта на хитроумное заклинанье, по лежбищу носился добродушный Младший по Разуму, посреди зала, в котором и обитал Тираннозавр, стоял огромный друг чревоугодцев. Тираннозавр с грустью заметил, что его выгнали на пенсию, его ученик занял его место, и что теперь он – заслуженный-перезаслуженный, должен для выживания собирать посуду для Наводящей Грусть… Мы посидели за его компом, пытаясь разобраться во фреймах. Увы, это было нам не подвластно, помучившись пару часов, Тираннозавр достал из морозильника поднос, уставленный перевернутыми 50-граммовыми рюмками, увидев мою опешившую физиономию, он пояснил, что охлаждать Нагоняющую Грусть много мороки, проще рюмки. После налил себе и мне по сто грамм, и на этом писанина закончилась. Тем не менее, куш мы сорвали, ограбив фонд и ничего не сделав.
Сказать, что вымершее племя динозавров было ангелами, было бы покривить душой, конечно у них было много недостатков, однако в моей памяти они сохранились как светлые самцы.
Следующим за динозаврами было поколение Лося, это были люди родившиеся накануне Великой войны, и конечно в зверинец прорвались только те, чьи отцы смогли вернуться живыми. Они не блистали элегантностью манер, зато прославились качеством своих рубашек. Для полноты описания этого поколения нам нужен Враг Лося, это был Седой Козел, нумизмат, входящий в Десятку наиболее известных в бывшей Империи. Последний прославился тем, что мой курс, с которого я ушел в Иностранный Легион, полностью завалил его экзамен, так из 146 человек с первого раза сдали трое! Из моей группы только за одну неделю по его вине свели счеты с жизнью два парня и самка одного из них. Конечно, когда пришла пора сдавать экзамен, мы решили подстраховаться, толпой легионеров мы подошли к нему и спросили: чего тебе надобно Старче. Седой Козел захотел пять Младших по Разуму (на потрошильные эксперименты). И это был Ад. В 30-градусный мороз Младших по Разуму поймать в Зоне практически невозможно, бедные Друзья буквально телепатически чувствовали наши намерения. Во всяком случае, отдали мы ему трех Младших, занесли какой-то холодильник на храмовое лежбище. И Седой Козел поставил нам те оценки, какие мы хотели. По слухам, Рогатый не пропускал ни одной юнговской мини-годи, и глядя на его похотливую физиономию я поклялся, что лучше в молодости Трансгендерную коммуникацию освою до тошноты, чем доживу до подобного посмешища. Много позже я завалился к нему на храмовое лежбище и был потрясен тем, что все стены его помещения были увешаны портретами лауреатов Премий! Это предел нарциссической идентификации. В своей Повивальне, заваленной книгами, он выудил откуда-то фолиант, как выяснилось – это была энциклопедия знаменитостей Субгалактики, и с грустью заметил, что кроме себя любимого нашел там и упоминание обо мне. Беда…
Увидев выходящего из дверей расположенной напротив юнговской харчевни директора-пуштуна, он монотонно начал рассказывать его историю. Как этот, тогда еще оборванец, сидел у дверей харчевни, питаясь подачками, потом начал мыть посуду и т. д. В его голосе была еле сдерживаемая ненависть, когда к концу тирады выяснилось, что дочка директора-пушту учится в храме, и он купил дочке квартиру. Перечисление достижений пушту заняло было целую страницу, но я опущу подробности. А ведь Седой Козел – потомственный Князь, дворянин. Зависть – типичный признак нарциссизма, неудовлетворённого Стыда, тщательно скрываемого. Даже то, что он ездит на повозке 6-й модели, является что называется acting out (Отыгрывание), то бишь защитный механизм психики нарциссов.
Так вот, Лось как-то развлекался тем, что поймал Седого Козла на взятке, последний отсидел года два под следствием, однако, смог откупиться и продолжал свою карьеру, гордо нося седую шевелюру Мефистофеля.
Таким было послевоенное поколение, голодное детство наложило на них свой отпечаток. Чувство ненасытности, страх остаться без еды, зависть – основной движущий механизм их душевных процессов. Бедные люди. Когда пару лет назад я случайно вышел на трибуну на проходившем ученом совете Храма, это был Шок! В зале сидели те же самцы, что и тридцать лет назад, когда я только поступил в Храм. Видимо, они знают секрет Вечной молодости))).
Следующее поколение после Лося было поколение Акелы. Эти люди были более спокойны, что ли. Но и для них игра на «Курае», а попросту говоря трансгендерная коммуникация через впускной коллектор с молоденькой юнгой было основным поводом для разговоров. И чем моложе была самка, тем большей гордостью они переполнялись.
Помню, как заочно познакомился с одним из них. Как-то будучи в Наводящей Грусть меня потянуло на дромоманию, не успел я проехать пару метров, откуда-то выскочил черный наземный крейсер, я благополучно въезжаю ему под форкоп, разношу себе в дребезги радиатор, у того царапина на задней двери. Вылазит из крейсера юнец. Я обещал все выплатить, но без Князей Тьмы, моей ошибкой было упоминание того, что я Потрошитель. Мальчишка уточнил, знаю ли я Питона, аламбикового Потрошителя-храмовника. Да, Да! – завопил я. Мальчик со странной фамилией Безвалютный тут же вызывал Князей Тьмы. Меня это страшно разозлило, я пошел что называется в отрицалово, повозка не моя. Меня свозили на освидетельствование, потом в лежбище Князей Тьмы, куда приехал и папаша юнца. Помню, как он бегал по залу и кричал, мол он академик Параакадемии ПараЗнания. Тут на меня напал хохот, я давай ржать, мол, знаю я что такое ПараАкадемия и сколько стоит звание академика. Похоже, я довел этого Вечника Субгалактики до кондрашки, поскольку Князи Тьмы просто разбежались, видя нашу перепалку. На следующей день, не успел прийти на работу, меня вызывает на ковер Лось. Мол, ты чего грубишь моим пацанам. Я обрисовал ситуацию, мол, хотел по-пацански решить вопрос, дак мажорик заартачился. Лось поржал, но велел выплатить компенсацию, я спокойно заметил, что у меня, молодого храмовника, таких денег нет, хотят, пусть вытребывают по суду. Лось молча достал бумажник, отчитал в валюте требуемую сумму и приказал немедля отдать. Так я познакомился заочно с Питоном. Как и у всякого Прародительского мальчика, основным камнем преткновения в его душе был Эдипов комплекс. И главное, о чем он любил поболтать с «пацанами» – это «кураистки». Много лет спустя выяснилось, что семья Безвалютных владела просто-напросто чиновничьей гоп-компанией, разбазаривающей бюджет.
Но вернемся к Единорогу, когда Жертвоприношения были в разгаре, когда сангвис лилась рекой из двигателей Жертв, когда ошметки плоти сыпались в разные стороны и стоял тяжелый тошнотворный запах мекония… Я понимал, что психика неофитных Неид ломалась. Как правило, в этот момент как черт из табакерки появлялся Единорог, первым его вопросом было: «Трансгендер, дуремары, дискотека?». Одним из этих ангелов была Кира, шатенка с голубыми глазами, оливкового цвета кожей, хрупкая на вид, настоящая Фея из древних сказаний. Самцы-свидетели рассказывали, что он довел ее до многократного Полета в небеса просто целуя в омфалу в течение часа, она билась под его руками как хладнокровная о лед, и только когда она в изнеможении полностью релаксировалась, он достал свой могучий Предмет Гордости.
Короткими августовскими ночами, когда я пил с этими потрошительницами и неидами их СуперНаводящую Грусть, были наверное одними из лучших дней в моей жизни. Вообще мне трудно понять некоторых из моих коллег, например того же Единорога, который как-то, приехав из Новой Империи, весь вечер хвастался Трансгендерной коммуникацией с их аборигенками, цапфской породы. Неужели в ЗаОкеанье больше ничего интересного нет? Господи! Мое воображение с детства позволяло мне бродить по узким улочкам Мельпомены, взбираться на крутые склоны Пикчу-Маку, огибать мыс Злобной надежды. После того, как в реальности я побродил по Вестготским полям, взобрался по улочке Друга Народа, что в Бьющем в Высь Фонтане, покатался на самоходной повозке по овеянным ароматами орхидей песчаным улочкам в Странном городе, иллюзии и фантазии рухнули. Конечно, реальность была феерична, но не более моего фантазийного мира. И в некотором смысле, я жалею о своих путешествиях. Да, я был на шоу Аллогендеров, но кроме обостренного анатомического интереса это у меня не вызвало ничего, видимо, длительное общение с Выхлопными коллекторами наложило на меня свой отпечаток)))). У Единорога же не было никакого внутреннего мира, только ужасающая пустота.
Забегая вперед, скажу, что впервые я попал на мистерию, организованную Кентавром, через несколько лет. Место были конгениальным, рядом с мостом, через Белый поток в заливе стоял понтон, на котором была Омывальня. Была зима, в дымке Зона на горе казалась нереальной, движущиеся через мост повозки казались инопланетными кораблями. Попарившись, мы ныряли в прорубь, Животный как всегда изрезал об острые кромки льда свой пузень. Чуть позже, напарившись, Кентавр вызвал жриц трансгендера, тогда эта услуга только появилась. Когда самки по какому-то поводу заартачились, Кентавр выдал следующую вербальную интервенцию: «Если Самка не дает, мы надеваем ей на голову ведро, сжимаем ручку вокруг ушей и в прорубь, ведро работает как поплавок. Подо льдом видны только огромные синющие орбиты, мы идем вслед за ними пару метров. Но всплывают они только в районе Нижнеречной ГЭС». Это был Мастер слова, феноменальный рассказчик. Ладно, были в Грусти, но до сих пор эти мифические глаза, а напомню – это было начало Новой Эры, иногда мне видятся. Жуть.
Глава 3. ПАДЕНИЕ
Для того чтобы двигаться дальше, дорогой читатель, мне придется ввести несколько галактоаналитических терминов, поскольку наша задача по галактоанализу потрошильной секты невозможна без этимологических корней. Вообще Верховный Отец старался максимально упрощать язык анализа. Да и вообще они с Младшим Братом полагали, что работу Животной психики невозможно описать без использования метафор, поскольку поведение Животного формируется на той стадии, когда он еще не говорит (довербальная стадия). Как можно описать то, что чувствует свежепроизведенный, если он не разговаривает?
В созвездии аналитиков существует малоизвестный гений по имени Гордый, он был родом из Магаурии и прославился тем, что в отличие от остальных аналитиков пошел против Отца в одном из наиболее важных компонентов: Отец запрещал прикасаться щупальцами к жертвам. Гордый коммуницировал через лябии. Он был с Отцом и младшим в той знаменитой поездке в ЗаОкеанье, которая сделала Секту мировым Очарованьем.
Но я отвлекся. Именно Гордый предположил, что существуют Два важнейших паттерна, позволяющих свежепроизведенному познавать мир – проекция и интроекция. Если мы то, что происходит с нами внутри, воспринимаем как происходящее снаружи – это проекция, она характерна для параноиков. Интроекция – когда то, что происходит снаружи, воспринимается как существующее внутри психеи. Как раз интроекция является наиболее загадочным способом постижения мира, поскольку когда маленького обижают, возникает процесс, называемый идентификацией с агрессором, то есть неофит принимает жизненную установку, которая заключается в том, что лучше я нападу первым, чем обидят меня. Так рождаются садисты, а Отец говаривал, что в потрошители идут садисты или импульсивные люди.
Итак, для полноты картины нам нужен Свин, он тогда был юнгой. Это был Единорог в миниатюре, в размерах, в повадках. Да и вообще он был брюнет. Впрочем, его широкие плечи, ладная фигура, мужественное лицо вызывали интерес у определенной категории самок, довольно значительной и даже превалирующей. Да и рост был у него только чуть меньше, чем у его Учителя. В то же время кошачья грация Единорога не оставляла Свину никаких шансов в сравнении с Парнокопытным. Для знатоков Заокеанской классификации мутаций отмечу, что нарциссизм Единорога сочетался с histrionic (театральными, истерическими) чертами. Нарциссизм же Свина был в большей степени конвенционален с обсессиями и компульсиями. Но об этом чуть позже. А пока приношу свои извинения, Дорогой читатель, за склонность к терминологическим наворотам.
Как-то Свин рассказывал, его потрясла первая встреча со мной, он предложил взбодриться за знакомство, и его потрясло то, что для Наведения Грусти на двоих я взял 1,5 литра.
И, если Единорог сублимировал свои комплексы в потрошении, а только потом в Траснгендере, Свин же целиком посвятил себя любовным утехам. Он хвастался, что еще на четвертом курсе Десятник, а тогда это был Седой Козел, нашел его записную книжку, в которой были координаты 467 самок. Его больная психика сформировалась под влиянием производителя – подхрамовника Естества, обожавшего теорию Струн, и производительницы-прорицательницы. Он унаследовал некоторые когнитивные способности своего производителя. А Производительница была еще та вертихвостка, до сих пор среди прорицателей ходят легенды о тех вакханалиях, которые она устраивала на курсах повышения квалификации Прорицателей в храме во времена расцвета Империи.
Свин рассказывал, как на первом курсе его производительница по какому-то поводу впендюрила ему галоперидол. Должен пояснить, что на мой неискушенный взгляд этот препарат аналогичен электрошоку, или лоботомии – по своему эффекту, то бишь легко превращает Самца в овощ. Надо ли говорить, что подхрамовная профессия (в сущности, обычная дрессура), сопровождаемая общением с исчадиями Ада, а многие неофиты таковыми и являются, нередко приводит к жуткому эмоциональному выгоранию.
Свин вообще ни о чем, кроме самок, не мог говорить, и конечно техники обольщения у него сводились к занудным просьбам тупо дать, сочетаясь с неискренними обещаниями никому об этом не рассказывать. Если самка говорила, что у нее есть друг, контраргументом Свина было: «Он же прислужник, а я – потрошитель, как можно нас сравнивать». Да и вообще, как говаривал Единорог, трансгендер с потрошителем – жертвоприношение.
Одним из мест, в котором юнги проводят свое время – была «Помойка». (Почему помойка – потому, что потрошители делятся на две категории – те кто дежурят в помойке, и те кто дежурят у Алтаря и, соответственно, потрошат жертв. Конечно, те кто потрошат, являются белой костью.)
Как-то по дежурству, появляется в Помойке самка, надо сказать, что распознать мутацию, которая привела животное в потрошильню, довольно сложно, а молодые самки с овариями молодой гомодрилы, как правило, страдают тянучастями в нижней части блока питания, которые могут быть вызваны совершенно различными поломками, но в отличие от недугов коллекторов, коммуникаторов – самцовых, самковых и прочих «пара», от ампулита животное может аннигилировать очень быстро. Так вот, Наш герой быстро прочухал ее блудливый взор, забил, что называется стрелку. Она была довольно любопытной фигурой, поскольку училась фониации (позже она даже пела вместе с Цветочным победителем). И, пожалуйста, она и ее подружка по храму искусств (ксилофонистка) вечером в оргинаторской. Звучала «Lady in Red». Когда веселье было в самом разгаре, я позорно сбежал. Вообще Свин считал меня трансгендерным маньяком, но для меня – убитого мыслями Отца, самка всегда оставалась трансцендентальным существом, посланным в этот мир как призма, через которую мы можем постичь экзистенциальную сущность онтогенеза. Но столь премудрые вещи были непостижимы для моих друзей. Да и вообще я всегда предпочитал говорить правду, поскольку их извращенное мышление во всем видело не только подтекст, но и третье дно. И как та змея они кусали себя за хвост.
Так вот, наутро после той оргии выползаю я из дальней оргинаторской в коридор, а там на кушетке рядом с постом неиды на кушетке спит Свин. Я был до крайности поражен его измождённому, потерянному виду. Он пояснил, что после моего ухода они сдвинули кушетки, полюбили самок, потом поменялись. После этого Единорог взял его Предмет Гордости в руку и стал вводить в Место Вожделения одной из самок. Так я узнал, как трансгендеры мутируют в Аллогендеры, как происходит инициация.
Позвольте уважаемый читатель оставить на Ваше усмотрение то, кто в данной ситуации проецировал, а кто интроецировал. Хотя, если рассматривать наших героев с точки зрения ЭГО-ксихологии БЭрика БЭриксона, дак по его мнению, самец в подростковом возрасте перестает воспринимать мир через призму производительных (в данной ситуации патологических) фигур, и начинает идентифицироваться со сверстниками, однако если животное не имеет друзей, то в результате путает понятия дружбы и аллогендера или, как говаривал Отец, становится перверсным.
В потрошильне ходила легенда, как кто-то из персонала без стука вошел в оргинаторскую одной из анахоретных и застукал со спущенными доспехами Единорога и одного из известных в Субгалактике анахоретов, сына борзописца. Впрочем, Единорог это не отрицал, лишь чуть брезгливо отмечал, что его визави во время орального Аллогендера кусается.
Позже я был свидетелем, как во время мистерии с симпатичным голубоглазым блондином-юнгой, последний вдруг встал и сел на колени Свина. Содом и Гоморра…
Не хотелось бы, чтобы я выглядел неким ретроградом, отрицающим животные слабости, но на мой взгляд, распространенность аллогендера сильно преувеличена. Иногда мне было стыдно возвращаться в свое лежбище после потрошильных симпозиумов, поскольку физиономия моя была такой, как будто по ней прошлись наждачной бумагой, с распухшими ланитами и лябиями. А ведь это всего лишь по Наводящей Грусть со мной в лябии впускного коллектора по доброй прародительской традиции состыковались вечно небритые Единорог, Акела и другие члены, как называл ее Единорог – волчьей стаи. Вообще, странная это была привычка у этих животных, видимо ее они переняли у Последнего Императора. Да и вообще как мне кажется, что например Фониатор Темзинский никакой ни аллогендер, просто у них – богемных любителей дуремара, это такая отмазка от Князей Тьмы. Если у них находят дуремар, они тут же начинают верещать на всю Вселенную, что дуремар им подбросили, а на самом деле их преследуют за их аллогендерные пристрастия)))). Единственное что я не пойму, почему они не могут нюхать дуремар с самками. А, ну да! Самки не любят бегающих в трусах по зеленому полю с шаром.
Как-то в Алтаре ассистировал неофит, здоровенный бугай, сын одного из главарей Потрошильной Зоны. Единорог подошел к нему сзади, стянул доспехи и под всеобщий гогот прижался выхлопной трубой к его коллектору. Такие шутки были в духе Единорога, если кто-нибудь из коллег ему возражал, он его просто засасывал, что называется в лябии, вызывая смущение и попытки избежать при последующих случайных встречах Единорога.
Еще один совершенно любопытный экземпляр – Мамонт. Это был коренной Зонец, до такой степени коренной, что рассказывал, как ходил в один уличный общественный туалет с Ногоподнимателем и первым откровенным аллогендером Субгалактики.
Мамонт не менялся на протяжении всего времени, что я его знал. Благородная седина украшала его голову, когда я только пришел в потрошильню. Это был фанат потрошения, блестящий ювелир. Внешне он производил приятное впечатление, до тех пор пока не попадаешь с ним на манипуляцию, первый час все было замечательно, он шутил, священнодействуя какую-нибудь особенно жирную жертву: «Чья-то любовь». Но через час становился совершено невыносим, начинал орать, топать ногами. Самковые достоинства он называл «басами», видимо сказывалось общение с джазменами, он был довольно образованным человеком, все-таки потомственный потрошитель. Видимо обсессивность привела его к разводу. Он долго мыкался по углам. Жилищный вопрос погубит эту галактику. Только лет через 6 после моего прихода он принял меня. Наводить Грусть с ним стало настоящим событием, он умел создать атмосферу. Но все-таки какая-то тайна, комплекс давили изнутри, поскольку крайне мало животных отзывались о нем положительно. Но он и не работал на публику. Какая-то искусственность, нарочитость была в нем. Видимо тень Большого Отца довлела над ним, последний был свидетель и участник Великой Битвы.
Всю жизнь, соперничая с отцами, мы не проживаем собственную жизнь. Сколько было у него жен – судить сложно, но то что он был достаточно порядочным животным, несомненно))). Нередко он брал после храмовых священнодействий жертв на режертвоприношение. Так, однажды один из храмовников (Балу) не успел уйти с алтаря, только уехал в храм, Мамонт вызывает меня на крючки. Когда разобрали поверхность, проникли, в питательной системе оказалось миллилитров 100 сангиса, он с серьезным видом говорил сам с собой : «Какое тяжелое сангвиирование, я спас Балу от Князей Тьмы!». Это был еще тот подставлялово, по-другому не скажешь. Впрочем, если бы не было волков, овцы взбеленились бы. Подставить коллегу – было его любимым развлечением. Подозреваю, что не без молчаливого одобрения руководства. Да, да! Потрошители нередко рискуют жизнями жертв для удовлетворения своих амбиций, если какой-либо чересчур ретивый молодой потрошитель начинает быстро расти, ему дают какую-нибудь сложную жертву, а после кто-нибудь из «опытных» старших товарищей берет повторно на алтарь и жертва уходит на повторный круг Сансары. Дальше разбор полетов вплоть до преследования Князями Тьмы. Как говорится – чем более опытный потрошитель – тем больше его кладбище. Но Мамонт – это мамонт, без него стая была не стаей, в плане трансгендерных перверсий он был очень традиционен, любил, как говорится, фигуристых самок. Как он разливал елей! И брезговал жрицами трансгендера.
Картина будет не полной, если не вспомнить о Медведе, на внешность это был языческий былинный богатырь. Камю как-то сказал, что настоящая ксихология – это осознание своих телесных возможностей. В нем этого не было, беспричинные вспышки гнева, импульсивность. По слухам он пару раз был под Князями тьмы за то, что подрался с соседями. Впрочем, я сам был свидетелем и жертвой его агрессивности. Как сочеталось добродушие великана с его неукротимыми заскоками? Он был великолепным потрошителем, если остальные выделывались, играли на публику, он был целеустремлен, движения его были точны. Как его толстые пальцы пролазили в тончайшие промежутки двигателя, мне неведомо. Ничего искусственного, он был целен, настоящ. Да, он недолюбливал аборигенов Субгалактики, ну и что? Каждый имеет право на собственную национальную идентичность. Поражала его любовь к простым животным, соли земли. Как-то мы с ним Навели Грусть и пошли по лежбищам, благо было по пути. Но он повел меня совсем не в ту сторону. Заходим мы, значит, в потрошильное стойбище, а там… Человек 50 животных и посреди этого «фуршетный» столик, то есть стол был обычный, но весь забит, на нем стояло столько бутылок Наводящей Грусти, у каждого менеджера крейсера – своя! Я старый социопат и люблю поговорить с простым животным о видах на урожай, о политике. Но Медведь был свой среди них. Потом они взялись за армрестлинг, я поставил на него, но он, увы, проиграл. Медведь был Лука Брази шефа, за него он мог бы убить.
Вернемся к Волчьей стае, этюд будет неполным, если не упомянуть еще об одном Животном, это был Серапис. Его аристократические манеры заставляли трепетать сердца самок, то как он читал ниппонские вирши, цитировал Трансцендетов, резко контрастировало с более чем обыденной внутренней консюмированной обстановкой стаи. Черные волосы, благородный профиль, вальяжные повадки, конечно, сравнивать с кем-то самок, что называется, моветон. Но Пирс Броснан, в сравнении с Сераписом, просто отдыхает. Все-таки аристократом надо родиться, его отец был потрошителем, может не таким известным как отец Мамонта, но я был с ним знаком – это был вежливый предупредительный самец, от которого веяло спокойной силой.
Как-то Свин привел совершенно отмороженную неофитку Глию, позже эмигрировавшую заграницу, последняя была совершенно развратна. Конечно, верить Свину – себя не уважать, но он рассказывал, что она делала ему оральную стимуляцию в читальном зале храмовой библиотеки. Туалет в храме был в подвале, а перед ним – большой холл, он рассказывал, что мимо ходили неофиты, а он укрыв ее корму полами ее же шубы, стоя трансгендировал ее в общем предбаннике. Да, порожденные Зельем, фантазии Свина поистине грандиозны. Тем, не менее, Глия довольно долго приходила на дежурства к Серапису, но было видно, что крепость устояла.
Однажды, когда утром я сидел в ближней оргинаторской, совершенно одурев после очередного бессонного дежурства (а я практически жил в потрошильне), эта с позволения сказать дама запрыгнула ко мне на колени. Надо сказать, что с фактурой у нее было все превосходно, тонкая талия, очень приличные формы вторичных признаков, симпатичная близорукость и, разумеется, блондинистость и голубоглазость. Тут по закону жанра, входит Акела и тут же выбегает. Буквально через минуту по внутреннему коммуникатору раздается звонок, он вызывает меня к себе. Как он меня теребил… Святая Сингулярность! За что? Ладно, что после дежурства я просто был невменяем.
В отношении мздоимства Серапис, Мамонт и Медведь были похожи – брать они не умели.
Глава 4. УЧИТЕЛЬ
И вот настало время освятить то животное, светлой памяти которого собственно говоря и хотел бы я посвятить свой скромный труд. Это был настоящий Животный потрошитель, целитель по сангвису и по призванию. Когда он появлялся в любой компании, она сразу оживлялась. Это был худой невысокий самец, с порывистыми движениями. Иногда, со спины меня путали с ним, чем я был несказанно горд. Темный дисплей, изрытый ранениями и боевыми шрамами, украшал огромный вумероназальный орган, но его обаяние превышало все мылимые границы. Как он виртуозно вербализировал! Его перлы достойны были цитирования, чем, впрочем, все его окружение и занималось. Я никогда не верил, что он способен покинуть Ноосферу, иначе записал бы все его афоризмы.
Да, он любил окружать себя криминальными элементами, ну и что? Все жили довольно бедно, а валюта в те времена водилась только у них. Впрочем, бренный металл, несмотря на его, как говаривал Коала, жадность, никогда не был, по крайней мере на словах, мерилом ценностей. По своей любви к разгульным, разудалым, бесшабашным застольям, любви к жизни во всех ее проявлениях – ему не было равных. В этом он был похож на моего отца. Он также любил самок. Хотя как-то, сидя в оргинаторской в воскресенье, фоном мы смотрели, вместе с Гостем-бандерлогом, какую-то очередную пошлую передачу по материализатору. Тут бандерлог, довольно интеллигентной наружности, зло заметил, увидев Золотой Голос Галактики: «Аллогендер!». Но тут же усмехнулся, обернулся к Кентавру и сказал: «Но ведь лучше Аллогендеров никто орально не стимулирует?» Кентавр зарделся аки юная самка)))).
Должен сказать, что наше знакомство оставляло желать лучшего, и это еще мягко сказано. Так случилось, тогда я был подпоручиком, к нему пришел очередной, как он их называл – бандерлог, и среди бела дня этот кент в духе лучших традиций Безвременья прямо посреди коридора приказал мне сгонять за Наводящей Грусть. Я был обижен до глубины души и спросил у Кентавра: «Мне сходить?». Тот отвел глаза и что-то невнятно пробормотал, я взял валюту и сгонял, с ними тогда я Наводить Грусть не стал.
По-видимому, Кентавр полагал, что Единорог его в чем-то обманул и никак не хотел верить ни одному молодому потрошителю, тем более учить нас чему-бы то ни было. Но это было единственное пятно на наших отношениях. Позже мы сдружились. С ним было приятно пить Наводящую Грусть, то есть когда вся гоп-компания покидала его любимый «пароход» (корабль был навечно пришвартован к космической пристани и использовался как омывальня) и мы нередко оставались одни, он сбрасывал личину рубахи-парня и становился самим собой – уставшим от жизни, совершенно спокойным животным. В отличие от всех остальных он сумел сохранить в своей душе в первозданной чистоте того внутреннего ребенка, который и был по-настоящему хорошим существом. Умение чувствовать полноту жизни, ее полнокровие, было его даром. Он не склонялся ни перед кем и на равных мог разговаривать с любым – и миллионером, и бандерлогом. Конечно, он завидовал богатым, поскольку, несмотря на то, что его самка на наших попойках являлась в золоте с головы до ног, как Бродячая душа не умел брать валюту. Доходило до того, что он сетями ловил хладнокровных и, поймав, за валюту сдавал ее на завод. Самка его была еще та мегера. Хотя в его разводе есть и моя вина.
Как-то в потрошильню угодила сестренка Саломеи по имени Софья. Так вот, не в пример Саломее, Софья была дурнушкой, толстой, с усиками над верхней лябией. Кентавр в шутку называл ее «мой Василий Иванович». В то время она только вернулась из-за границы Галактики, где у нее был роман то ли с отщепенцами, то ли сторонниками Галактического союза, с которыми она периодически трещала по коммуникатору. Было забавно слушать этот галактический и одновременно неместный диалект. Мы с ней сдружились, благо я был лечащим потрошилой, тем более в те времена самки на повозке из других Миров были раритетом.
И вот настал день выписки, она приволокла, как сейчас помню, Амброзию и прочие как говаривал Кентавр – дикости (деликатесы). Мы немного выпили, и в какой-то момент я начал делать ей массаж кормы. Не подумайте ничего пошлого! Она не вызывала у меня абсолютно никаких эротических мыслей, исключительно меркантильные. Надо заметить, что она бесстыдно наполовину оголила свои белые полушария вполне симпатичной 23-летней кормы. В этот момент как всегда без стука в люксовую опочивальню ворвался Кентавр. Надо было видеть его вытянувшийся дисплей, эти полужопия произвели на него неизгладимое впечатление, что моментально было считано и распознано Софьей.
Развернулся… Романом это было назвать нельзя – битва! Мегера неоднократно устраивала в отделении настоящие побоища, но Софья, покоренная бандитской романтикой Кентавра, тупо родила ему наследника и победила! Отец Кентавра мечтал о продолжателе потрошильной династии и тут же вцепился во внука, забыв о внучках. Впрочем, по словам Кентавра, дочки-девочки были теми еще, как он называл их, крысами. Ну да, избалованные, крутолыжницы, тусовщицы. Я неоднократно пытался его убедить в том, что в наше время дети поздно взрослеют (инфантилизм прогрессирует, ретардация пубертанта), что они еще вспомнят его добрым словом, но все было тщетно.
Как говаривал Лось, туберкулез сделал свое дело, если до него Кентавр был по слухам настоящим трансгендерным маньяком, то после него его запал изрядно иссяк.
Кентавр не стеснялся пустить по сосудам Герыча, припудрить впускной коллектор ЗаОкеанским белым порошком. Он рассказывал, свой первый опыт применения сырца: «Меня подняло с дивана и приклеило к потолку! И так продолжалось 6 часов».
С другой стороны, с аналитической точки зрения – Кентавр был гений, как мы пишем в опусах, «в доступной литературе» я нашел только двух ЗаОкеанцев, умевших работать с криминальными, то бишь социопатическими элементами. А в этом ему не было равных. Впервые с этой братвой я столкнулся уже в сентябре, прихожу в Алтарь, а на столе лежит самец весь в наколках. Он зло пробурчал типа того, что «Пошел вон салабон». Я просто обалдел. Действительно, я всегда выглядел моложе своих лет. Тут в Алтарную заходит самец, заслышав конец диалога, он мне весело и по-доброму подмигнул. Наклонился к «братану» и хладнокровно спросил: «Волка знаешь? Шляпу знаешь?». Тот быстро погружался в наркоз. Как позже я узнал, это был друг Кентавра, Раздыхатель от Сингулярности. Он еще раз подмигнул и сказал: «Священнодействуй!». Да, были люди в наше время, не то что нынешнее племя. Богатыри – не вы! Парой фраз вогнать бандерлога в транс – это круто даже по масонским меркам.
Конечно, цинизм не пришел к Единорогу сразу, я помню как Акела как-то с усмешкой философски по какому-то поводу молвил, мол, первый раз всегда больно, а потом приятно. И вообще, он говаривал, что самки думают своим Родильным коллектором. Но с другой стороны, его сестра настоятельница, настоящая галактическая мудрая женщина, глядя на мои терзания, как-то заметила, что, мол, Прародители очень чистоплотны и куда попало свой Предмет гордости не суют. Да и сам он как-то в порыве откровенности сказал, что главное в самке – тюнинг. Да и вообще, самка – это тыл, то бишь экзистенция – война, а без надежного тыла не победить. Что я могу сказать, красавец, он был настоящим кукловодом, его развлекали его орлы, да и компромат на волков всегда имелся в наличии. Я подозревал, что он сам индуцировал в своих подчиненных все эти страсти-мордасти.
Акела как-то с тоской рассказывал о своем брате, эмигрировавшем в ЗаОкеанье, что у них уик-энд – святое дело, самцы уезжают за город и отрываются по полной, нюхают дуремар, жрицы устраивают приватные невербальные коммуникации и прочие удовольствия. Но то, что более образованного человека, начитанного, растущего я не встречал, это – несомненно. Конечно, он не был ангелом, но это ни сколько не умаляет его компетенции.
С другой стороны, меня однажды просто напугала его сентенция о том, что потрошители находятся между Сингулярностью и животными, и мы решаем, покинуть круги сансары или нет. Какой кошмар, это сломало мне мой процессор. Какое счастье, что я занимаюсь галактоанализом и избавлен от подобных очень опасных иллюзий, которые относятся к еще одному (наряду с проекцией, интроекцией) защитному механизму перцепции – Всемогущественному контролю. Последний впервые появляется в том возрасте, когда неофит не дифференцирует внутреннюю и внешнюю реальность, предполагается, что в каком-то возрасте неофит считает себя всемогущественным существом, ведь достаточно только подумать и кормильный аппарат как по мановению волшебной палочки появляется.
Вообще Сингулярность Прародителей довольно подробно описана Отцом в его знаменитом трактате «О теизм», да и в прочих своих творениях он провел подробнейший анализ проблем прародителей. Посему я не буду подробно освящать эту крайне колоритную фигуру, достаточно сказать, что Лось очень трепетно относился к Акеле. И вообще я считаю аборигенов круче прародителей, поскольку Первую Юдоль придумал выходец из Аркаима, что в ЗаМонтанье, по имени Заратустра. Как известно, из зороастризма возникли остальные опиумы для народа)))). Но самое главное, зороастризм впервые разделил Добро и Зло, две категории позволяющие различать человека и животное.
Глава 5. ДЕСЯТНИК
«Блюдо мести подаётся холодным»
Дон Корлеоне
Я опять ухожу от главной линии повествования.
Но вернемся немного назад. Когда я учился еще на экваторе, у нас была потрошильная практика как раз в Волчьей стае. А мы с другом были после Иностранного легиона и от токсикоза животворящей жидкости, вырабатываемой Сертоли, вообще плохо концентрировались. Так вот, наш храмовник Балу отправил нас на курацию жертв. А мы, увидев самку-потрошительницу, похожую на нереиду из преданий, по имени Вирсавия, забыли обо всем на свете. И вот, мы возвращаемся в пенаты, и храмовник с любопытством начинает нас распрягать: «Где вы были, да что?». Мы не растерялись и рассказали, что смотрели в алтарной блокаду круглой связки ферментного аппарата. Он велел нам остаться после занятий и повел нас в виварий. Так началась моя потрошильная карьера. После экспериментального жертвоприношения друзей меньших, посвящённой его опусу, Балу нас отдал на растерзание другому храмовнику – Коале.
Последний был по слухам выходец из южных прародителей, говорят, его прародитель возглавлял энергетический сектор одной из южных субгалактических цивилизаций и был дружен с тогдашним косноязычным гроссмейстером. Имперская дружба, как известно, не ржавеет. Это был настоящий имперский функционер, кипучий энергией, просто фонтан кинетики.
Почему ему завидовали? Жил он как настоящий служака в постоялом дворе с юнгами Храма, ну имел 14 доспехов. И что? Кентавр как-то по дуремару истыкал ему дверь лучевым мечом, почему? Коала был, как и все южане, по настоящему преданный семье животный, и потому абсолютно несчастный, сестра его страдала системными нарушениями реестра, а он до последнего дня ее выхаживал. По его воле мы принесли в жертву Знанию порядка 500 длиннохвостых обитателей подземелий. Свин по его указу просто выпотрошил храмовую библиотеку, с корнем вырывая статьи, посвященные его опусу из древних манускриптов. Его мастерству имперского общения можно было учиться бесконечно, это был высший класс менеджмента.
Из любой командировки он привозил Лосю доспехи в подарок, испытывая поистине сыновью любовь к нему. А Лось в одном из своих опусов обозвал его животным с рыбьими глазами, да и просто пустозвоном.
В середине эпохи перемен Коала, поняв, что карьерная лестница его упирается в тупик из местечковых детишек храмовников, сбежал в первопрестольную, «поработал» в Центральной Вечниковой, заработал очень хорошо. Да, он звал меня с собой, но я тогда был до предела переполнен иллюзиями.
Да, наверное, он был Аллогендером, Акела как-то с гнусной усмешкой рассказывал, как однажды, оставшись в его лежбище в Центре галактики, а четырехпочивальное лежбище находилось в трех кварталах от Обиталища Верховного Магистра, он, перебирая видеодокументы, наткнулся на один с вполне определенным Аллогендерным содержанием. Но именно Коала научил меня писать, не стесняясь компиляции…
Когда мне говорят, что я болтун, мне становится смешно. Как-то Коала с Балу вызвали меня в допросную и устроили буквально экзекуцию с пристрастием, в духе знаменитых четвертований Князей Тьмы, в эпоху смены Империй, утверждая, что я рассказал своей самке о том, что они потрошили Шерстяную очень богатых баблорубов в алтарной, что было категорически запрещено. И что именно моя самка их сдала! Во-первых, я был не в курсе той пресловутой шерстяной истории. А во-вторых, с чего бы мне рассказывать своей самке о жертвоприношениях?
Но этот высокотехнологичный беспощадный коучинг меня жестко научил тому, о чем можно вербализировать, а что является тайной за семью печатями. Эти ребята могли дать фору любому Князю тьмы. Это был один из главных уроков в моей непутевой в остальном жизни. Но так закалялась сталь.
Через год после прихода в Храм, Балу с Коала приказали мне ехать в первопрестольную, собирать материал для их Опусов. Месяц в центральной научной потрошильной библиотеке прошел не бесследно, я забавлялся тем, что пытался найти Начала научного знания, я брал какую-нибудь статью, исследовал ссылки, находил их истоки и так я дошел до 40-х годов прошлого века, затем обломался. Наконец я осознал, что все у всех переписывают. Компиляция была стилем в потрошильной науке. Но кто стоял у Начал Науки? Ответ на этот вопрос я нашел только через много лет, придя в галактоанализ….
Но о Балу… В каждом животном, как говорят прорицатели, есть внутренний инфант. Так вот, внутренним инфантом Балу был бульдог. До сих пор общаясь с ним, я чувствую себя Белым Клыком, которого душит бульдог из знаменитого романа Джека Лондона. Да он и сам как-то заметил: «Ты виноват лишь тем, что хочется мне кушать». Под располагающими манерами доброжелательного, чуть сутуловатого увальня был настоящий Монстр. Его обсессии не знали границ, для своей цели он не останавливался ни перед чем, он мог на дню многократно зайти ко мне в почивальню, пока я не выполнил его очередное поручение, не заканчивал очередную высосанную из пальца статью. Подобный трудоголизм, вообще, характерен для Упертых, под ним они прячут свои взращенные столетиями тараканы. Откуда в сыне маркитантки высокого уровня была подобная упертость? Конечно, он конкурировал с Единорогом, но если Парнокопытный сублимировал в потрошильную технику, Балу самореализовывался в Знание.
Бывало я неделями не выходил из потрошильни, выполняя его поручения по написанию очередной программы. Внешне он был очень привлекательным обаятельным самцом с перископами цвета стали. Мягкость манер заставляли самок таять в его щупальцах, он был крайне обходителен с юнгам, почтителен с Реальными, всегда находил доброе слово для неид и потрошительниц. В общем «душка». Но странным образом ревновал меня ко всем подряд самкам, это было поразительно! Обаятельный мажор, коренной Зонец, да просто состоятельный самец и ревновал меня – провинциала.
А вот на Поверках, которые юнги проходили два раза в год в Храме, по его прихоти, я был «черным» Инквизитором, а он – «белым». Как-то Вирсавия приехала ко мне с подругой – юнгой нашего храма – Офелией. Это был кайф, две юные роскошные, шикарные блондинки, в 12 часов дня, на своей повозке, что в те времена был крайней редкостью, повезли меня купаться. Они забили папиросину, потом еще одну. Потом мы долго загорали. Да, когда все в поте лица вкалывают, а ты в обществе юных благородных нимф загораешь в понедельник…
На следующий день был экзамен. Кислый, а Свин именовал Балу именно так, поскольку если что было не по его, он делал такую мину, что становилось невыносимо грустно.
Так вот, Балу развлекался тем, что сажал ко мне тех, кому нужно было поставить тройку, двоек мы в принципе не ставили. Вообще он под столом показывал мне столько присосок щупалец, какую оценку он хотел, чтобы получил тот или иной юнга. Тут садится ко мне Офелия, Балу показывает мне три присоски, теперь я делаю Кислую мину и нагло ставлю ей пятак. Позже, через несколько лет она заехала ко мне уже на крутой везделетной, всепогодной, иностранной повозке, предлагая стать директором ее личной потрошильни, видимо, ее папа торговал сангвией войны. К тому моменту она успела привести ко мне свою маму типа на консультацию, видимо это были смотрины. Конечно, как говорится в том анекдоте, джентльмены денег не берут. В общем, я как всегда презрел бренный металл, предпочитая нищенское существование бюргерской экзистенции в объятьях Офелии)))).
Балу к тому времени стал десятником Храма и регулярно засылал меня в храмовый архив, чтобы я собрал досье на юнг богатых родителей, со всеми вытекающими последствиями, имея в виду безжалостный шантаж спиногрызов баблорубов.
О, Сингулярность! До сих пор некоторые из бывших Юнг полагают, что я – зверь, поскольку мне по указке Балу приходилось их душить по-страшному! Храмовым приходится по настоящему ходить по лезвию бритвы, любой мой неосторожный шаг мог закончиться провалом моей карьеры. Что там шпионские карьеры, храмовая жизнь – это хождение по минному полю.
Можно ли назвать Балу плохим? Конечно, нет. Любое животное существует исключительно для себя, поскольку эволюционно обязано выжить, причем если ты существуешь хуже остальных, у тебя повозка меньше чем у остальных, лежбище удаленное, ты меньше вожделеешь самок, то ты – Растяпа, и остальные животные просто по рефлексу тебя начинают вначале покусывать. Пока не съедят.
Как-то у Балу случился промискуитет с юнгой, надо сказать, что его официальная самка была из Рыбьих, то есть достаточно холодна, бледная как…
Юную самку звали Агарь, это была интеллигентная, черного как смоль окрасу, видимо, в противовес официальной Самке. Впрочем, она была довольно мила, после окончания Храма перешла в потрошильню, специализирующуюся на жертвоприношениях с пораженными инопланетной жизнью, последняя проявлялась в виде разрастаний в различных отделах системы функционирования и нередко сопровождалась резким изменением длительности и качества кибернетической жизни Животного.
Так вот, Агарь периодически тайком прокрадывалась к Балу по вечерам, когда он исполнял обязанности Хранителя Тишины потрошильни. В такие моменты, он давал указания его не беспокоить, и в потрошильне воцарялась вакханалия. Как же, в Темное время он исполнял обязанности Главного по потрошильне, а если он уединялся в келье с Агарью, то вся полнота власти переходила ко мне!
Через какое-то время Агарь произвела на свет Сингулярности бастарда от Балу, и было видно, что с одной стороны он счастлив рождению продолжателя рода, поскольку от Рыбы у него была только самочка, а с другой – недоволен, поскольку наследство передавать бастардам не принято. Впрочем, амбивалентность вообще характерна для Упертых.
В многочисленных разъездах по Субгалактике, с проверкой функционирования финансовых инспекторов, Балу обычно брал с собой пару дородных самок, одна была росточком поменьше, по слухам была любовницей Старого козла, позже стала Академиком и сбежала со своей подругой – рослой и высокой Рахиль, в первопрестольную.
Каждый вечер в командировках Балу сбрасывал свое напыщенное обличье и становился рубахой-парнем, галантно ухаживающим за своими самками, хотя периодически бросал недобрые взгляды в мою сторону, когда я по его мнению становился чересчур усердным в поисках благоволения остальных благородных представительниц нашей компании. О! Ревность – двигатель Симулякра!
Балу был достаточно умен, но к сожалению ему не хватало выдержки для сокрытия своих негативных чувств по отношению ко мне. Помню как-то, читаю Древних, кажется Лосева или Бердяева, Балу заглядывает по своему обыкновению ко мне в почивальню, его обычно непроницаемый дисплей выдал глубину непонимания того, как бедный Растяпа может постигать Умонепостигаемое!
Где-то в середине Эпохи перемен у Балу появился ординарец, из юнг-мажоров, Нетопырь, высокий малый, довольно симпатичный, с голубыми орбитами дисплея. Последний был сыном тогдашнего Короля лицедеев Субгалактики. И, конечно, Балу испытывал к нему определенную привязанность, как впрочем и ко всем мажорикам.
Нетопырь регулярно появлялся, когда Балу был Хранителем Тишины, пытаясь освоить премудрости потрошения, Святая Простота!
Свин гонял Нетопыря, заставляя писать очередные опусы для Балу и для себя милого. Я же беспощадно использовал его трехпочивальное лежбище для скрещивания с самочками-юнгами, вваливаясь иногда за полночь. Так, помню, как привез к нему ПлодовоСадную, настолько впечатляющую Самку, что она позже стала лицом фирмы Балу. ПлодовоСадная была чистых кровей и после окончания Храма стала разглаживательницей Дисплеев старых самок.
Где-то к окончанию школы шмагов, Нетопырь понял, что секреты потрошения выведать у Балу и тем более Свина не получится и взялся за меня.
И вот как-то, когда Балу был занят с Агарью мелатониновыми утехами, поступает самочка лет семнадцати, разумеется, с голубыми орбитами и впечатляющим тюнингом.
Признаки ампулита (напоминаю, ампулит – обряд инициации потрошителя), были достаточные, а в силу молодости жертвы и тонкого защитного слоя питательной системы мы взяли на священнодействие без помощи Дыхателя, это значит, что жертва не погружалась в гипноз.
А один из главных этапов ампулэктомии – перевязка сосуда ампулы, но поскольку эта была инициаторная манипуляция, я шепчу (жертва не спит!): «Прошивай!».
Однако, Нетопырь в силу мажорских амбиций, аки заправский потрошитель, просто перевязал.
Захожу я на утро к жертве, смотрю – она повторно принесена в жертву, оказалось, по словам Лысого черепа, у нее слетела лигатура и сангвия хлынула целым потоком… Девочка чуть-чуть не пошла на повторный круг сансары.
До сих пор гадаю, что это – подставлялово Реальных или разгильдяйство Нетопыря?
Впрочем, когда по прошествии времени Балу стал Главой Храмовой потрошильни, а Нетопырь – академиком и его замом, все забылось, Пески Времени все засыпали…
Прихожу я намедни к Балу, он без вопросов подписал петицию о выдвижении меня на звание заслуженного потрошителя СубГалактики, и с серьезной миной произнес: «Более достойного Животного на это высокое звание я не знаю!»
Надо заметить, что я с петицией на его звание бегал, когда Балу было 33 круговорота Светила, а я к нему с прошением пришел в 47!
Пикантность ситуации в том, что когда проходил Большой совет Храмовых животных для моего утверждения в звании, выступил друг Балу – Архар, который много всего наговорил о Вашем покорном слуге.
Смешно то, что этот вроде бы Академик любит похваляться везде и всегда, но ведь только совершено окраинное животное может хвастаться тем, что сделало 15 000 жертвоприношений, ведь самореклама – это не только признак Пещерного бескультурья, но собственно подчеркивает низкую самооценку, комплексы, а ведь речь идет об одном из основных руководителей не только Храма, но и всей потрошильной структуры! Что ж, как известно Архар, в сущности, баран…
Вообще я не больно-то и рассчитывал на столь высокую оценку)))), но удар со стороны вроде бы дружественно настроенного Балу меня подкосил. Ведь когда Балу был в опале у Арслана, попытавшись спихнуть его с должности, я неоднократно привозил ему из Вестготии Calvados, Courvoisier. Я пытался как-то поддержать Балу, и в результате бластерный удар мне в спину…
Все строго в рамках животной морали!
Глава 6. ЗВЕРЬЕ – МОЁ
«Учителя, врача, попа – не обижай»
Кодекс вора в законе
Надеюсь, дорогой читатель, что мое сумбурное повествование не утомило Вас. Подсознательное понимало, что секреты потрошильни мои учителя не выдавали потому, что им самим они дались потом и сангвией.
Дедовщина, которую они практиковали, несмотря на свою псевдоинтеллигентность, был защитой комплекса неполноценности, которой над ними довлел. Ведь они сами подвергались в свое время унижениям. Как любил говаривать Лось: «Потрошить можно научить и Шерстяного». Они понимали, что их пьедестал был мифом, и только в своем кругу они могли надувать щеки.
Акела неприязненно как-то сказал о сильных мира сего: «Не мы приходим к ним, а они к нам». В основе любого высказывания лежит эмоция, и по ее характеру, силе всегда можно вычислить, что на самом деле говорит оратор. Конечно, все они завидовали успешным людям. Но социальный дрейф, как говорят прорицатели, в который мы попали, был сильнее нас. Много лет спустя, когда я прошел школу микропотрошения, Акела мне сказал: «В потрошении есть два секрета, и оба их ты знаешь». Я почувствовал себя польщенным. Но когда я процитировал его слова хозяину другой стаи Телепузику, в той потрошильне, в которую меня позже задвинули, последний прокомментировал: «А он не сказал, что это за секреты?».
Акела рассказывал, что у них в свое время был клуб хозяев потрошильни, на котором они обсуждали текущие проблемы, определяли стратегию, тактику, ценовую политику и прочее. Видимо, Телепузик не входил в этот суперэлитный клуб.
Как-то еще в школе прапорщиков, в середине Эпохи перемен, мы с Акелой попали на надзор в финансовую инспекцию (должен заметить – многие потрошилы и анахореты этим зарабатывают на жизнь). Так вот, я сидел лицом ко входу, а Акела спиной. А сидели мы как исследователи Бамперов самок, то есть обследовали Передние Достоинства. Надо сказать, что это был ноябрь или декабрь, а тогдашний их начальник купил им корпоративные путевки на Землю Афродиты, что было в те времена для нас, потрошителей, вообще непостижимо, мог ли я те времена вообще мечтать о синем блаженстве? Так вот, позже Акела поржал, сказав, что получил несказанное удовольствие, вычисляя по моей физиономии – красивая самка вошла в смотрильню или нет. Конечно, я тогда был молод, и когда юная дива раздевается сверху до пояса в ноябре, снимает держатель Самочного достоинства и на загорелом до черна эпидермисе остается белый-белый след от фиксатора…
Коала на обследованиях сидел за Выхлопного коллектора, явно наслаждаясь задним исследованием финансистов, впрочем, 2 раза он действительно выявил поломку механизмов копуляции. С нами был прорицатель, так у него все были здоровы))))), так я узнал, что представляют из себя отечественные прорицатели. Да, они привыкли иметь дело с грубой патологией, но превенция – то, на что должна быть заточена аскеза.
И вот школа молодого бойца! Пришли новые жертвы. В зверинец, описываемый нами, они вписались сразу. Это были Сурикат и Хомяк. Впервые с ними я познакомился после экватора, когда меня пригласили в дом бывшего главы аборигенского сообщества на день рождения. Собралось около 10 человек с самками, преимущественно юнг моложе меня на год. После пары тостов ребята вышли покурить в подъезд. Тут я испытал культурологический шок. Они сразу пустили по кругу косяк, потом следующий. В общем, когда мы вошли обратно в зал, жены их были в недоумении, поскольку самцовая половина хохотала как сумасшедшая полчаса, не меньше.
Так я познакомился с Сурикатом и Хомяком. Первый – голубоглазенький блондинчик с выпученными глазами, второй толстячок, чуть ниже ростом, брюнет с зелеными вечно мутными зенками. Сурикат был безотцовщиной. Жадность была его главным стимулом. Как говаривала Мелани Кляйн, одна из наиболее сумасшедших аналитиков, жадность формируется на этапе кормления грудью, то ли от недостатка молока, то ли от фрустрации в этот период, в котором она выделяла шизоидную и параноидальную позиции. Скорее всего, Сурикат был параноиком, то есть на этапе прорезания зубов, видимо, он сильно укусил материнскую грудь, за что и получил по башке (фрустрация), наступила фиксация, а в случае любой сложной жизненной ситуации мы уходим на ту стадию, где мать нас обижала. Его убеждённость в собственной правоте была непоколебимой. Должен заметить, что мы, аналитики, пользуемся терминами прорицателей, но паранойя, как и в данной ситуации, представляет характеристику личности, а не грубую шизофреническую патологию. Позже Сурикат стал ростовщиком.
Немного о Хомяке, его отец был подхрамовником, мать – после смерти отца упала, как он говорил, в стакан, то есть стала Наводить Грусть. Он отрицал свою вечную озабоченность блеском золота, но будучи деревенщиной, уже на втором курсе женился по расчету на богатой однокурснице из Зоны. Он выглядел как-то неопрятно, длинные до полов коричневые доспехи, какая-то дурацкая сумка, вечно небритая физиономия, мутные глаза. В сущности это было глубоко несчастное животное, он рассказывал, что по студенчеству иногда с женой они приходили в постоялый двор. Так вот, он оставлял на пару минут свою самку у общих друзей, сам диким сайгаком мчался в соседнюю комнату, чтобы излить потоки животворящей жидкости (ненависти) в сосуд соседки.
Думаю, самка его подозревала о победе в его характере Анимы. Для его психопатологической характеристики больше подходит классификация Маргарет Малер, она относилась к baby watcher, то есть свои умозаключения осуществляла на основании наблюдений за детьми. И полагала, что до 2-летнего возраста дети находятся в симбиозе, то бишь отдельно рассматривать маму и ребенка не стоит, это единое существо. На этапе симбиоза формируются пограничные расстройства. То есть оба наших героя были пограничными, или, по мнению Кентавра – беспредельщиками. К концу симбиотического периода ребенок должен отделиться от матери, увы, Грызуны не смогли этого сделать.
Сурикат, тот был более закрытым и беспощадным. Его фантазийный мир был крайне ограничен, помню, накурившись марихуаны, он любил смотреть детские мультики. Хомяк в большей степени был знатоком женщин, Сурикат – мужских пороков. Меня большего всего удивляла в них манипулятивность, вообще характерная для параноиков. Как-то они вдвоем подкатили ко мне и предложили скинуться на день рождения, то есть вместе справить. Надо сказать, что у них днюха в апреле, с разницей в неделю, а у меня в июле))). Что делать? Я дал им денег, но ни разу за ту попойку никто не вспомнил обо мне. Зато по грандиозности она превзошла все последующие.
Мы выехали на берег Зоны, пожарили шашлыков, крепко набрались Наводящей Грусть. Разумеется, явилась бригада жриц любви, в то время друг Кентавра этим занимался. Веселье возобновилось с новой силой. Тут является конные Князи тьмы, лучше бы они не появлялись… Жрицы буквально стащили Князей с лошадей, были посажены в седла, с задранными юбками, сверкая своей кормой начали гарцевать по набережной. Это был сюрреализм. Но разум, что называется, победил, и мы сбежали с поля битвы в сауну. Помню, голые жрицы танцевали на бильярдном столе, и в какой-то момент появляется Хомяк с разбитым носом, все было залито кровью. Выяснилось, что случайно заглянув в бассейн, он обнаружил Кентавра душащим жрицу (это было его излюбленное развлечение) и вступился за нее, джентльмен понимаешь))). Позже мамка жриц из подруг Кентавра перебралась в постель Хомяка, она даже со своего барского плеча как-то подарила ему одеколон. Хомяк был настоящий альфонс. Его главным способом соблазнения была оральная стимуляция жриц, но об этом чуть позже. Хотя… орально стимулировать выхлопной коллектор жрице, даже мамке – скорее всего это был мазохизм, сочетавшийся с Всемогуществом, верой в то, что не заболеешь.
Впрочем, оба эти грызуна были настоящие мерзавцы. Ничего святого. Только собственное удовольствие, они умудрялись получать кайф, даже если по ошибке отправляли на повторный круг сансары. Как говорил Хомяк – «Кайфанул». То есть, Уход жертвы был поводом устроить застолье, пили до посинения, но Наводящая Грусть уже не торкала, поэтому обязательно курили гончубас.
Когда Акела уходил в отпуск, начиналась настоящая вакханалия, с утра, до потрошильной конференции, взрывался первый косяк, после уходила, как они говорили, вторая ступень, после операции 3-я ступень космической ракеты нирваны. Разумеется, все это на фоне распития разнообразных напитков, благо было их в изобилии.
Как-то заглядываю в алтарную, перед началом жертвоприношения, а Кентавр с Хомяком сидят у стены на двух стульях с масками на лице. Я был поражен, Дыхательница быстро сорвала маски с их помятых с похмелья физиономий, сказав, мол, надышитесь закисью азота, потрошить не сможете. Оказалось, это – практиковавшийся ими метод лечения Наводящей Грусть утренней интоксикации. Сурикат и Хомяк быстро влились в соревнование по количеству самок, попавших в поле их зрения. Во времена жизни в постоялом дворе гулял афоризм: «Жизнь нужно прожить так, чтобы после тебя осталась огромная куча бутылок и каждый встречный воробей говорил тебе – Здравствуй, Папа!». Этим Грызуны и руководствовались. Но если у Суриката превалировала эякуляция pracox, особенно при оральной стимуляции, то Хомяк наоборот страдал эякуляцией tarda. Совершенно любопытно было наблюдать за их трансгендерными прихотями. Сурикат просто дрожал от возбуждения во время Коммуникации, чувствуя, как за ним из ноосферы наблюдает его параноидальная жена.
Сурикат был на подхвате у Единорога, последний к тому времени перебрался в частный замок к своей прорицательнице, Папа ее – директор повозкосервиса и друг Кентавра, к тому моменту умер от пристрастия к Наводящей Грусть. Посреди зала в его особняке стоял огромный дубовый стол. Дочка решила его выкинуть, но бригада работников не смогла его даже сдвинуть с места. Только разломав его, выяснилось, что толстые ножки стола были полыми и под завязку забиты золотом. Единорог окунулся в повозочный менеджмент, Сурикат помогал ему строить боксы, по хозяйству. Благо был не женат, его пассия, заслуженный мастер катания, была дочкой другого друга Кентавра. В те времена она приходила на дежурства с кастрюльками, подкормить своего благоверного, который ее смертельно боялся.
Как-то заподозрив его в измене, не без повода, она бегала с сюрикенами по потрошильне, это были прямо-таки шекспировские страсти. Теперь в случае такой семейной диспозиции, наши выхлопные потрошители таких самцов именуют страпонщиками, а самок – страпонщицами . Надо ли говорить, что Сурикат перенял повадки Единорога, это было смешно. Любой галактоаналитик скажет вам, что этот паттерн поведения называется идентификация. То есть у него, да и у Хомяка не было объектов в детстве, с которых можно было взять пример. Хомяк в свою очередь идентифицировался с Кентавром, эта мимикрия была особенно уродлива, гротескна. Впрочем, может быть во мне говорит ревность.
Помню одно из первых дистанционных потрошений. Самочку 15 лет, высокую блондинку, около 180 см росту, с большими бамперами, по имени Олеся, Единорог коммуницировал на вторые сутки после потрошения. Как он утверждал, исключительно из соображений ранней реабилитации, с целью профилактики илеуса. На 3-и сутки ей овладели Хорек с Хомяком, впрочем, она сама была не против. Родом из отщепенцев Галактического союза, как позже выяснилось, она страдала от сбоя в процессоре. Ее нездешняя красота потрясала. На 4-е сутки – повезло Свину. Дальше я сбился со счета. Кажется, это были одноглазые потрошители, в то время они играли первую скрипку, поскольку стойка была у них. Но Акела с этим быстро покончил. Первыми в Субгалактике, потрошители сами стали священнодействовать с использованием этих технологий. Кентавр отучился с Окне и понеслось… Опять цитирую Акела: «Для того чтобы заработать, нужно создать очередь».
И вот, Коала полил мое сердце ядом, сказав, что Акела, которому он написал Опус, на его Благословении высказался крайне отрицательно о нем, добавив: «Не доверяй и Кентавру – он завистник и когда-нибудь он тебя подставит». Он уехал в Столицу. Но его пророчества не оправдались. Меня всегда развлекали эти интриги Мадридского двора, воспитанного имперскими бонзами, один из которых дорос до гроссмейстера. А ведь имперские были фактически наследниками революционеров, разрушивших одну из самых мощных империй в мире. То есть архетипически унаследовали все методы слежки, конспирации, так называемой партийной работы.
Глава 7
«Многие знания – многие Боли»
В потрошильню пришли новые юнги – Черный ворон, Бультерьер и Бык. Любопытно было наблюдать, как с каждым годом бойцы становились все более беспринципными.
Ворон обладал роскошной черной шевелюрой, которую иногда резинкой схватывал в хвостик, мощные бицепсы не оставляли самкам никаких шансов на сопротивление. Крепости брались без боя. Тем более что он был тем еще мажором, законченным циником. Он шел по жизни как по асфальту, застеленному его отцом, навстречу солнцу и ветру (какой кошмар, кажется, я кого-то цитирую, опять штампы). Лишь однажды он залетел, приехали какие-то борзые пацаны, с царапиной, а он дежурил в помойке, наехали, он послал их лесом. Они попали в другую потрошильню: у одного оказался разрыв, если не ошибаюсь, ферментного комплекса, и папа – директор завода. Пришлось Ворону пару недель прятаться в процессорной потрошильне. В остальном это был очень умный, развитый, хваткий парень. С ним было о чем поговорить. Он быстро врубился в ситуацию, нашел общий язык с Единорогом, познал все секреты потрошения, защитил опус и был таков, ушел в бизнес. Что я могу сказать – красавец. Во время наших мистерий, он, не парясь по поводу субординации, первым уводил самок, что вызывало кучу негодования у старперов.
Старперы ждали от самок первого хода, оральной стимуляции, увы, времена поклонения пожившим агрегатам уходили.
Но самки точно чувствовали то, что когда аксакалы наберутся Наводящей Грусти, от них не будет толка.
Да и сам Акела рассказывал, как они с руководителем тюнинговой потрошильни (Копуллятором) как-то были в Месте Отдохновений, в сущности Омывальне, последнее прославилось в окрестностях Зоны тем, что там прогревали щупальца и отдельные агрегаты, совместно и по отдельности, устраивали мистерии со своими самками и местными.
Так вот, рассказывает Акела: «Когда мы напились, Копуллятор достал пачку валюты и, давая каждый раз купленной самке по 100 единиц, орал – лижи! Я хочу, чтобы из твоей подруги сок тек! Нет, слабо лижешь! На еще 100 и лижи сильнее».
По словам Акелы, это было незабываемое зрелище. По-видимому, с течением процесса износа простые услады уже не вдохновляют, нужны все более и более острые перцепции.
Кроме Ворона был и Бультерьер, последний был небольшого роста, но очень, очень живой. Он пришел на 2 года позже меня, но умудрился раньше меня сделать, еще на курсе молодого бойца, первое потрошение. Оченно он приглянулся робятам из волчьей Стаи. Но позже, поняв, где масло намазано, сдриснул (цитирую Кентавра) в выхлопное коллекторство.
Но это был тот еще самец, обсессии его не знали предела, он мог заколебать любую самку. Его любимым способом совращения было облизывание лябий при общении с производительницами. Этим он показывал знак уважения к неидам, но, как он уверял, «дышать в пилотку» не его профиль.
Как-то мы по опусным делам ехали по Зоне, а в те далекие времена жрицы любви толпились у транспортных развязок, так вот он останавливается у подобной толпы и предлагает мне выбрать Самку. Я опешил: «Как так-то?».
Он уверил меня в том, что все дельцы так и поступают по дороге с работы, останавливаются, проводят экскурс по своим нуждающимся в сбросе зонам, прецизионно исследуют эти места напряжений с применением жриц любви и уже в релаксе следуют домой.
Действительно, среди этих падших были по-настоящему достойные экземпляры, но в этот раз я опущу подробности.
Когда Бультерьер пообвыкся в Выхлопной потрошильне, он рассказал довольно устрашающую историю. К нему как-то обратился довольно молодой и симпатичный… Кто или что это было? Выхлопная система у существа была выведена на переднюю поверхность в виде фистулы. Обычно подобное случается, если происходит авария на пути транзита химуса, и Выхлопные потрошители или просто потрошители перекрывают илеус ниже места акцидента и выводят фистулу.
В этот раз все оказалось гораздо любопытней. Когда существу было около 16 зим, прямо на Центральной площади зоны его поймали бандерлоги и, что называется, отжарили «под хвостовик». Это событие оказалось настолько психотравмирующим, что он вообразил себя самкой, поехал в Центр Галактики, тамошние потрошители по его просьбе ликвидировали его Предмет Гордости и сделали его самкой. Но в силу того, что у самок Место Вожделения представлено в виде трубы, то ему трубу сформировали из илеуса, но что-то пошло не так и у существа оказалась фистула. Должен заметить, что находиться рядом с Киборгом, у которого фистула выходит спереди, в принципе невозможно, поскольку миазмы, выделяющиеся через нее, невыносимы для вумероназального органа.
У меня всегда были сомнения в Трансгендерных наклонностях Выхлопных потрошителей. И как-то ехали мы с Бультерьером по Зоне в очередной раз, и тут он вдруг останавливает повозку у стоящей у обочины Самки, мол куда тебе надобно?
Та садится в его повозку, Бультерьер мне подмигивает, мол, доставай Предмет Гордости! А что я? Разговорился с самкой, но в какой-то момент смотрю – из-под локона черных как смоль волос видны бакенбарды! Тьфу, подумалось мне, я велел Бульке тормозить повозку и вытолкал существо. Он удивился, мол, ты чего? Такая замечательная Самка!
И только через несколько лет мне, сопоставив все вышеизложенное, подумалось, а может Бультерьер не так прост в гендере, как хочет показать?
Немного о Быке – он был всегда обособлен, принадлежал к семье Cубгалактической элиты, это было видно по его осанке. По блату был устроен на работу, наперекор воле Акелы, за что видимо тот его и невзлюбил. Бык ни с кем особенно не сближался, он был многогранной личностью, коллекционировал монеты, вырезал что-то из дерева, обожал самку и наследников. За свою позицию был изгнан на вечное поселение в помойку и… стал превосходным диагностом. В любом Потрошителе есть три ипостаси: 1) Диагност, 2) Оператор, 3) Патолог. Крайне мало потрошителей сочетают в себе все три. Так, например, Серапис был непревзойденным патологом, то есть таинства патогенеза не представляли для него проблем. Все остальные представители фауны были в своем большинстве операторами. Лишь Мамонт и Каа и, наверное, Медведь были хорошими диагностами.
К тому времени в отделение пришла новая гвардия, в том числе наследник Канцлера Храма (Арслана) по имени Жираф, с которым тут же сблизился Хомяк. Они нашли общий язык после того, как Грызун подогнал ему пару самочек на совместных попойках. Все было элементарно, Хомяк, накурившись анаши, вылизывал Место Вожделения очередной жертве, доводя ее до состояния исступления, и подкладывал ее под Жирафа.
Так, как-то отправившись в Место Отдохновения, к тому времени это стало местом боевой славы реальных, с толпой прихлебателей Жирафа и по обычаям того времени надышавшись и утолив Грусть, я сидел и нежился в Фурако, тут чувствую звери рассосались.
Заглядывая в иллюминатор ближайшей Омывальни, смотрю – Жираф пристроился сзади к одной из дочерей Лота (Юдифь) и вдохновенно трансгендирует. А Юдифь приникла лябиями к Месту вожделения другой дыхательницы и азартно в экстазе вращает длинной лингвой. Покоряющая душу, а именно так звали Гаруду, раскинула нижние члены почище ногозадирательниц и полностью погрузилась в экстаз. Если дочь Лота, Юдифь, была небольшого размеру, голубоглазой блондинкой, то Покоряющая душу был темных мастей, высокая с роскошными буферами.
Это было странное зрелище достойное кисти Босха. Кроме меня к иллюминатору приникли остальные участники пиршества. Бедная Покоряющая Душу пыталась щупальцем задернуть занавеску, длины щупальца не хватало… Юдифь, чувствуя, что ее аллогендерша трепещется, усиливала лингвоманипуляции.
Забегая вперед, хотелось бы рассказать, как Стая отомстила мне. «Многие знания – многие Боли». Тогда я готовился к защите Главного Опуса, намереваясь стать академиком, а был какой-то очередной симпозиум, и на него приехали в том числе звезды первой величины.
Надо сказать, что защита Главного Опуса это – в основном «политическое решение», имеется в виду, что оппонентами должны быть видные Храмовники, известные во всей Галактике. Посоветовавшись с Балу, я выбрал двух Храмовников из соседней СубГалактики – Бактрии. Это были очень колоритные личности, один похожий на Пьера Ришара, второй – на Розенбаума. Так вот, я заказал самый большой, какой был, дворец в Месте Отдохновений, взял на подмогу Хомяка и привожу туда Храмовников. Даже мне, прошедшему к тому времени огонь воду и медные трубы, увиденное там представилось фантасмагорией, Бурлеском… В огромном зале с водопадом нас ждала вся армада зверинца, включая двух дыхательниц-потрошительниц, напоминавших дочерей Лота. Я с недоумением воззрился на Хомяка, он мне зашептал, мол, самочки для Храмовников, я было успокоился, посадил к каждому из Боссов девочек, облаченных к тому времени в импровизированные тоги из простыней, под которыми разумеется ничего не было, и предложил тост за здравие. Вначале все было в рамках приличий.
Святая простота! Минут через 20 я куда-то ушел по хозяйственным делам, а когда вернулся, картина была достояна кисти Модильяни. За одной из девочек, выпучив глаза от счастья (или от марихуаны?), размахивая Предметом Гордости как саблей, носился Сурикат. Другая из самочек – Юдифь, лежала на скамейке, раскинув ноги, абсолютно обнаженная. Хомяк, сидя на голом полу, самозабвенно вылизывал ей холм Венеры, Единорог пытался засунуть свой Предмет Гордости в ее орало, но безуспешно, не подходил по размерам.
В этот момент появился Розенбаум, он подошел к ней и молвил: «А мне говорила, что не сука». Было очевидно, что авторитет и приоритет Храмовников безнадежно пострадал от беспредела Реальных. Присутствовавший там Потрошильный Делец из одной с Храмовниками Зоны, заметил, что эти Господа обычно более 5 минут с самочками не вербализируют.
У меня почва, что называется, ушла из-под ног. Попытавшись как-то спасти положение, я вызывал две бригады жриц любви – бесполезно! Их тут же расхватали обитатели зверинца. Поняв, что защита Опуса в ближайшее время мне не светит, я тупо накачался наводящей Грусти.
Бог Мой! Сколько валюты было истрачено зря! На другой день Акела участливо заметил: «Ну ты что, не знаешь что ли, как подкладывать самочек под Храмовников?» Я застыл в недоумении. Он ухмыльнулся: «Работаешь лингвой, а когда Деметра горит огнем, вызываешь Храмовника». Только много лет спустя я понял, что все это было срежиссировано с одной целью – не допустить меня до пюпитра, не дать мне спеть лебединую песнь моего Опуса, ведь для Реальных – Зависть, зависть к Академикам был эзотерична.
С той поры Пьер Ришар и Розенбаум со мной не здороваются. Конечно, я защитился, но гораздо позже. Вы спросите, а что Единорог? А Единорог взлетел очень высоко, он защитил докторскую, стал звездой, как он говорил, Вселенского масштаба, ныне приезжает к нам уже в роли столичной знаменитости, местные чиновники всех уровней перед ним преклоняются. И только Ваш покорный слуга не считает нужным преклонять перед ним колени. Да – пепел Клааса бьет в мою грудь, да – блюдо мести подается холодным. Сингулярность ему судья, наверное, зря я спас его от козней Князей Тьмы, но, увы, история не знает сослагательного наклонения. Жалею ли я о том времени, боже упаси. Когда много лет спустя мне посчастливилось познакомиться с Магистром Веды, последний сказал буквально следующее, цитирую: «Для того чтобы стать галактоаналитиком, нужно обладать определенным жизненным, в том числе и трансгендерным, опытом». У меня открылись глаза, я понял, что если я и не стану Величайшим галактоаналитиком всех времен и народов, то только потому, что слишком поздно шагнул на эту стезю.
Глава 8
Мой друг на Фейсбуке – не врач мне.
Кодекс Животных
Вернемся к молодости Лося, детство его прошло в голодные военные и послевоенные годы, и жадность его была обусловлена голодом. Хотя как посмотреть: его Производитель вернулся с Войны и просто в силу того, что выжил, конечно, стал шейхом стойбища. Чтобы вы понимали, эта была расстрельная должность, для того чтобы выжить – приходилась стучать Князям тьмы, если ты не был замаран сангвией, ты просто на этой должности не выживал.
Безусловно, благосостояние многих служивших кроме всего прочего обуславливалось подводами трофеев, которые они привозили с собой, что позволило Лосю достойно отучиться в Храме, закончить Опусную контору и вести довольно разгульную жизнь, зажигать и зажигать. Во время одной из этих пирушек он и познакомился со своей самкой, которая и настропалила его на путь Истинный. Когда он закончил суперОпусную, защитил докторскую в столице и вернулся в родную Зону, нужно было подрасти.
И тут он получил первый урок независимости, ибо до этого значительная часть его карьерных успехов обеспечивалась Производителем Самки, Он был близок к тогдашнему магистру СубГалактики и сидел в белокаменных апартаментах на берегу. Его самка, к тому времени ставшая известной напевщицей ритмичных тонов, тоже не суетилась. И Лосю, для того чтобы стать шефом СубХрама, пришлось, что называется, «поработать самому». Я имею в виду, что он каждый день методично приходил к тогдашнему своему шефу, назовем его Аргамаком, и говорил буквально следующее: «Ты – степной, езжай в свою Хазарию!». Конечно, для пожилого человека подобные вербальные внушения были не переносимы, и старик ушел на пенсию. Разумеется, для подобных эскапад у Лося были веские основания, он очень рано стал имперским хранителем Храма, то есть фактически серым кардиналом.
Став шефом СубХрама, Лось продолжил свой карьерный рост и очень скоро, не без помощи Производителя своей Самки, стал Канцлером Храма. Здесь его любовь к власти обрела свою полную силу. Он бросил курить и, отыгрывая свою страсть, бегал по территории Храма, отлавливая нерадивых юнг с пахитосками, даже несколько человек исключил из числа юнг.
Лось был поборником деспотизма. Как-то выхожу я из корпуса на улицу Писателя, а надо сказать, что вдоль обители юнг, расположенной на этой улице, шел тротуар, всегда в тени канадского клена и как обычно замусоренный. Я был в шоке, тротуар мыли с мылом самочки из означенной обители. Оказалось, по ул. Писсателя проехался тогдашний Магистр Субгалактики, тут же позвонил Лосю, и тот с энтузиазмом принялся выполнять распоряжение.
Так мы во времена запора шагнули в ЗаОкеанье, видимо, иноземцы переняли опыт Лося и с тех пор моют улицы шампунем)))).
Опыт работы Канцлером сказался на всей оставшейся жизни Лося. С подчиненными, шефами Потрошильнь, он всегда вел себя по-байски, по-приятельски похлопывая их по плечу. Любил ставить их в неловкое положение. И вообще относился к Большому Совету Храмовых как к болоту, ясно понимая, что вежливость с этим контингентом не лучшее средство коммуникации, что раболепство у чиновников всех мастей в крови, что они сами нуждаются в Символическом Отце, стремятся к пассивной – гомосексуальной традиции, плохо пройдя Эдипов конфликт.
С другой стороны, Лось как-то рассказывал, как придя на очередное заседание Вечников, один из новоиспеченных Трепачей, бывший босс Зоны (а Лось к тому моменту, что называется, мотал 3-й срок) его подначил, подшутил над ним. И Лось мне рассказывает: «У Прародителей есть такая традиция, всегда подначивать, проверяя человека на прочность». «Я выждал пару дней, обдумал все, и когда бывший экс-глава Зоны расслабился, я от души над ним поглумился».
Этот эпизод с психоаналитической точки зрения говорит о том, что Лось интуитивно научился откладывать, сдерживать напряжение агрессивного компонента Либидо. А ведь психоанализ как раз-то этому и учит, умению сдерживать разрядку, вызванную фрустрацией. Только дети и невротики стремятся к немедленному выпуску пара, взрослые люди должны уметь откладывать свои решения.
Первой неофициальной самкой Лося, с которой с я познакомился, была наша старшая хозяйка субхрама, неида по образованию. Помню как-то захожу в лаборантскую, она в слезах, на меня самковые слезы всегда действовали довольно сильно, нагоняя тоску. Она работала с Бультерьером в одной потрошильне, как выяснилось (нет секретов в звероферме), была племянницей прикрепленного к их отделению храмовника (Хромого Волка). Оказалось, что Лось попытался ее совратить, а точнее предложил ей стать любовницей. Надо сказать что она была около 170 см росту, крашеная блондинка с голубыми глазами, довольно стройной фигурой, впрочем ее деревенщинность придавала ей некий уездный шарм, и видимо аборигенский акцент нравился Лосю.
Хромой Волк посоветовал разобраться в личной жизни самой и надо сказать, что вхождение в Круги, как позже выяснилось, стало доставлять ей удовольствие. Круг – это сообщество избранных, в котором Сильные мира сего, как правило, по пятницам вместе с любовницами собираются на закрытых вечерниках. Постепенно она расцветала, стала приобретать лоск и смотреть на нас – простых ассистентов, с презрением. Должен заметить, что презрение это всего лишь ненависть.
Как-то Лось удивленно констатировал: «Поговорил со Страусом, он говорит, что любовнице достаточно купить однокомнатную квартиру – и она будет по жизни счастлива!». Я отстраненно посмотрел на Лося… Мне, вкалывавшему днями и ночами, с трудом удалось выбить из Лося однокомнатную квартиру за 10 лет каторжной работы… Лось понял мой взгляд и радостно поскакал дальше. Что касается Страуса, то, по слухам, будучи Канцлером, Лось совратил его самку, и тот пустился во все тяжкие, стал завсубхрама субклеточных форм и менял самочек как перчатки. Как-то Страус, которому в то время было около 65 лет, похвастался, мол, к нему на поверку юнги приходят со своими простынями. В то же время он был принципиален, имея в виду, что как-то я подъехал к нему с Кентавром и попросил сделать его дочери поверку. Страус строго спросил: «Это твоя родственница?» Я ответил: «Нет». «На нет и суда нет» – ухмыльнулся он. «Но ведь Кентавр – мой учитель» – пытался я его уломать, но все было тщетно. И лишь через несколько лет я все понял, когда юнги-потрошители впускных коллекторов и дисплеев предложили мне сделать поверку на субклеточных, за пересдачу они давали 100 000 валюты.
А что связывало Лося со Страусом? Все было элементарно, как-то я попросил Лося устроить в Храм сына моего знакомого, по своему обыкновению Лось похохотал, сказал – пусть, мол, подают документы. «А что на счет денег?» – удивился я. «Деньги не бери, как поступят в Храм, тогда возьмешь». Глядя на мою удивленную физиономию, он пояснил: «Если после поступления не дадут, мы их достанем на 3-м курсе на макробиологии, через Страуса». Разумеется, никаких усилий по поступлению в Храм моих знакомых он прилагать не собирался. Это был обычный развод.
Я опять отвлекся, наличие Кругов с психоаналитической точки зрения свидетельствует еще об одном защитном механизме психике – диссоциации или если угодно о расщеплении. Эти люди разделяли свою жизнь на несколько сегментов, в одной жизни они были добропорядочными семьянинами, в другой – тоже добропорядочными любовниками!))))
© Марч Илькаев, текст, 2015
© Книжный ларёк, публикация, 2015
Теги:
—————