Владимир Мельник, Денис Обухов. Чёрно-белый хирург

04.09.2018 16:18

ЧЁРНО-БЕЛЫЙ ХИРУРГ

 

 

Пролог

 

Обратите внимание на то, что эта книжка очень страшная, а может быть и нет. Всё равно – обратитесь к врачу. И ещё одна убедительная просьба: ничего не говорите об этой книжке детям. Спрячьте куда хотите, но так, чтобы ребёнок ни в коем случае не нашёл её.

 

Глава 1

Виновника нет

 

Это был обычный день в Москве – 11 марта 2023 года. Хирург Александр Канаев приблизился к зданию лабораторно-химической хирургии и, ничего не подозревая, вошёл внутрь. Его тут же окружили коллеги; они стали поздравлять его с тем, что он уже три года помогает им стать лучше. Он поблагодарил их и ушёл в свой кабинет. Там Канаев прочитал какие-то записи, надел резиновые перчатки, защитные очки и бесшумные наушники. Затем он достал из шкафа радиацион, вынул нужные химикаты и лабораторные смеси и начал их сливать. Закончив это занятие, он стал что-то варить и жарить. В хирургической лаборатории иногда можно было жарить и сливать что-нибудь хирургическое.

И вот когда Канаев заканчивал эту работу, он вдруг запнулся и упал на стол, спиною прямо на химические смеси. Пятна от них расползлись по всей его спине. И в это время раздался непонятный громкий звук и вспыхнул ослепительный свет. Наушники и очки соскочили с головы хирурга и разлетелись на мелкие осколки. Канаев отшатнулся и налетел грудью на кастрюлю и сковородку, под которыми пылал огонь, и его костюм загорелся. В кабинет влетел ветер, подхватил Канаева и потянул его к двери. Костюм между тем продолжал полыхать, и потушить его не было никакой возможности. Ветер вынес хирурга в коридор, а потом втолкнул в лабораторию, где в его ногу вонзился нож, а сверху на голову полились какие-то химические смеси.

– Придётся вызывать скорую помощь, – сказал один из лаборантов.

 

Глава 2

В больнице

 

Автомобиль скорой помощи приехал через шесть минут и тридцать три секунды. Санитары быстро выкатили носилки, уложили на них Канаева, и автомобиль помчался к больнице. По дороге врач осмотрел пострадавшего и заявил:

– Придётся снимать кожу.

– Снимайте, – ответил Канаев. – Мне некогда валяться в больнице. Я должен продолжать опыты.

– Но это опасно, – предупредил врач. – Если с вами что-то случится, мы за это не отвечаем.

– Мне пятьдесят четыре года, – ухмыльнулся Канаев. – Я способен сам за себя ответить.

Через полтора часа автомобиль подъехал к больнице.

– Хорошо, что мы так долго ехали, – сказал Канаев врачу.

– Если бы в этот час на дорогах были пробки, мы бы ехали вдвое дольше, – проворчал врач.

– Ах, как я люблю пробки! – воскликнул Канаев. – Только в них и можно отдохнуть.

– Какой же это отдых! – возразил врач. – Одно только глупое ожидание.

В больнице Канаева раздели, уложили на каталку и уже на ходу приложили маску ко рту.

– На всякий случай, – пояснил врач. – Вдруг что-нибудь случится.

Но Канаев не расслышал этих слов и отрицательно покачал головой.

Врача обрадовало то, что Канаев уснул почти моментально. Он надел резиновые перчатки, омыл их спиртом и провозгласил дикторским голосом:

– Уважаемые коллеги, слушайте меня внимательно! Сейчас я вам впервые продемонстрирую процесс снятия кожи с живого человека. Итак, смотрите на мои руки и учитесь.

Он взял скальпель, оттянул кожу и стал её резать. Кожа разошлась длинной раной. Врач схватил ещё какой-то блестящий инструмент и стал расширять рану.

– Вам ясен принцип? – спросил врач, оглядывая своих коллег.

– Всё ясно! Понятно! – отвечали те.

– Ну-с, тогда и вы приступайте.

Врачи склонились над телом Канаева и принялись за работу.

 

Глава 3

Другая половина

 

Работа кипела. Врачи опасались заражения тканей, и потому были очень осторожны. Но режим дезинфекции в больнице соблюдали строго, и потому сначала ничего не произошло. Но когда вся кожа была снята, глаза врачей наполнились ужасом, и их лица исказились от страха.

– Боже мой! – прохрипел главный. – Этого не может быть! Почему так случилось? Ведь этого же не может быть!

Вся кожа от ног до горла покрылась зеленью, а в середине наливался красно-синий ожог.

– Несите чёрно-белый костюм! – завопил главный не своим голосом. – Скорее!!!

Один из врачей метнулся к двери и исчез. Спустя минуту он вернулся со свёртком в руках. А ещё через несколько минут Канаев, одетый в чёрно-белый костюм и чёрно-белую шляпу, спрашивал врачей:

– Неужели всё закончилось?

– Как видите, – отвечали ему. – Вы теперь в чёрно-белом костюме, а вашу старую кожу мы сдали в хирургическое отделение. Так что всё в порядке, можете не беспокоиться.

– Хорошо, не буду, – пообещал Канаев.

И вдруг завопил:

– Ой! А это что такое?

– Где? – испугался было врач, но потом вздохнул облегчённо. – Это обыкновенная кровь. Из вашей раны на лбу.

– Так заклейте её пластырем! – потребовал Канаев.

Врач вынул пластырь, отрезал лоскуточек и прилепил его на рану.

– Спасибо! – прорычал Канаев. Он встал и вышел из палаты, почему-то злобно пнув ногою дверь.

– Ты ничего не перепутал? – спросил главный у врача, принесшего костюм.

– Не знаю, – отозвался тот. – Мне некогда было проверять.

– Да уж, проверяй не проверяй – ничего не понятно, – вздохнул главный. – А ну-ка, выйдите все вон и оставьте меня одного.

Все вышли, думая, что главный шутит. Но тот был серьёзен и очень зол.

 

Глава 4

Двухчасовой опыт

 

Никто не мог понять, почему Канаев злобно пнул дверь, выходя из палаты. Никто не заметил, что он вернулся на своё рабочее место и возобновил прерванные опыты. И никто не обратил внимания на необычный костюм Канаева. Но того не смущала всеобщая невнимательность, и он даже радовался тому, что его никто не замечает. Ещё бы: если бы все узнали правду, Канаева выгнали бы из лаборатории.

Итак, хирург приступил к работе. Левой рукой он взял сосуд с химической смесью, а правой – радиацион. Поколдовав над ними, он слил смесь в одну сковородку, а в другую бросил радиацион.

– Что я делаю? – шёпотом спросил он сам себя. – Я не могу это делать.

Он разложил жареный радиацион по пробиркам, взял электрический провод и затолкал его в кастрюлю. Через несколько минут провод странным образом растворился в кастрюле, а на его месте появилось синее пятно.

– Да что же это такое? – тихо и яростно ругался Канаев. – Теперь опять в больницу повезут!

Он возился очень долго, попробовав применить даже самую сложную лабораторную формулу, но его опыт так и не увенчался успехом. Его костюм имел теперь две половины – добрую и злую. К тому же его злила капля крови, выступавшая на лбу. Наконец он приложил к ране химическую смесь – и это помогло.

Канаев находился в кабинете уже два часа, и за это время его несколько раз пытались вызвать к директору. Теперь, услышав сигнал вызова, он пошёл к директорской двери. Остановившись перед нею, хирург усмехнулся:

– Ну и попадёт же мне теперь!

 

Глава 5

Неизвестное понятие директора

 

Когда Канаев вошёл в кабинет, директор сидел на своём стуле, повернувшись спиной к двери.

– Ну вот и попались! – зловеще процедил директор. – Не ждали, что вызову?

– А сами-то! – огрызнулся Канаев. – Пирожные поедаете да фильмы ужасов смотрите.

– Откуда вы это знаете? – удивился директор.

– Знаю, а откуда – сам не знаю, – скаламбурил хирург. Голос его звучал странно, по-людоедски.

– Да что же это такое происходит?! – закричал директор.

– Трудно сказать, – весело ответил Канаев. – Наверно, в меня компьютер ввинчен.

– Не выдумывайте! – оборвал директор. – Вы не робот.

– Как знать, – двусмысленно молвил хирург, стукнув по одинокому пульту на директорском столе. И тут вновь раздался оглушительный звук и вспыхнул ослепительный свет, которые совсем недавно возникали в кабинете Канаева.

– Молодец, похвально! – расхохотался директор и нажал какую-то кнопку. И в тот же миг вокруг возникли всевозможные развлечения, какие только может породить фантазия.

– Добро пожаловать во вселенную моего второго неизвестного понятия! – провозгласил директор.

 

Глава 6

Развлечения против схватки

 

Сначала Канаев ничего не понял. «Какое ещё неизвестное понятие? – спрашивал он сам себя. – Надо спросить у директора. А надо ли? Или нет? Нет! Всё-таки надо!»

– А это, – продолжал разговор директор, – это все развлечения, возможные на Земле. Точнее – развлечения неизвестного понятия.

– Что это такое – неизвестное понятие? – осмелился спросить хирург.

– Это то самое, что использовалось во время ваших опытов и во время нашей беседы, – туманно разъяснил директор.

– Чудесно! – воскликнул Канаев и пнул директора в ногу. – Но могу ли я, наконец, узнать, в чём его смысл?

– Что вы делаете?! – завопил директор.

– Вам бы только веселиться, а не за работу отвечать! – засмеялся Канаев и поставил на директорский стол продырявленную бутылку с керосином, а следом бросил зажжённую спичку.

– Ого! Газированная вода! – обрадовался директор. – Выпью-ка я её, пожалуй.

Канаеву стало весело. Он сам наклеил на керосинную бутылку этикетку с надписью «пепси-кола», хотя в таких бутылках всегда продавался керосин.

– Кисловат напиток, – сказал директор. – Видимо, без сахара. Но почему?..

Он не успел договорить. Его костюм заполыхал весёлым пламенем, и всё тело стало гореть. В панике он не мог придумать, как ему нужно поступить. Он кинулся по неразборчивой дороге и случайно нажал кнопку с надписью «атака». И тогда все развлечения набросились на него. Канаев хотел перепрыгнуть через развлечения, но случайно зацепился за пружину одного из них. Это рассердило его. Он вынул банку с кремом и залил им кнопку, потом утопил её в креме и чуть-чуть подержал. Кнопка погибла, развлечения вышли из строя.

Канаев повернулся спиной к горящему директору и подошёл к окну. Он долго стоял у него, а потом вдруг зашатался и упал.

 

Глава 7

Гибель директора

 

Канаев винил во всём одного себя. Он сам дал директору бутылку с керосином. Однако терять надежду был нельзя. Канаев подполз к окну и выбросился из него.

Его полёт длился очень долго, потому что кабинет директора находился на самом верхнем этаже хирургического здания. А это здание было самым высоким в Москве: его высота составляла сто тридцать два этажа.

В конце этого полёта Канаева ждала неминуемая смерть. Но ему повезло: за несколько секунд до его приземления внизу остановился грузовик с хлебом, грузчики скинули брезент с кузова и начали разгружать буханки. Канаев упал в самую хлебную гущу. Удар оказался очень мягким. И тут следом за ним приземлился горящий директор, но не на хлеб, а на крышу стоящего рядом таксомотора. Таксист ужасно испугался грохота и резко нажал на газ. Автомобиль рванул с места и набрал скорость. Канаев бежал за ним, ни на секунду не выпуская из поля зрения директора, тело которого пуще прежнего полыхало на ветру. Он бежал не жалея ног. Он видел, что крыша такси начала плавиться и проваливаться, и что водитель, испугавшись ещё сильнее, выпрыгнул из автомобиля прямо на проезжую часть. Его тут же раздавил встречный грузовик, а горящий директор поехал дальше в неуправляемой машине, которая тоже начала полыхать весёлым факелом.

Из переулка внезапно выехал мотоцикл. Таксомотор ударил его в бок. Директор оторвался от крыши и полетел к трамвайным путям. Он распластался на рельсах, раскинув в стороны руки и ноги. Скоростной трамвай с размаху наскочил на него, переехал тело и помчался дальше, оставляя за собою страшный кроваво-огненный след.

 

Глава 8

Страшные похороны

 

23 марта 2023 года состоялись похороны директора. В этот скорбный день все собрались для того, чтобы оплакать погибшего. Пришли друзья и родственники директора.

Но не все в тот день намеревались его оплакивать. Неожиданно явился Канаев с рабочими. И вдруг среди стонов и вздохов раздался его громкий голос:

– Что же это такое? День сегодня хмурый, а гроб пустой!

– Гроб не пустой, – возразил один из рабочих. – А день хмурый оттого, что в день похорон погода всегда портится.

– Ну-ну, посмотрим, что будет дальше, – ухмыльнулся Канаев.

Гроб установили на катафалк. И тут один носильщик схватил топор, а другой – бензопилу. И эти двое стали приближаться к гробу.

– Хм! – удовлетворённо пробормотал сам себе Канаев и побежал к носильщикам. – Очень хорошие инструменты для осуществления моего плана.

Растолкав носильщиков, он выхватил у них топор с бензопилой и принялся кромсать ими гроб. Тут все догадались наброситься на безумца. И бросились было к нему, однако носильщики отталкивали толпу, угрожая убийством тем, кто сейчас же не отойдёт в сторону. Но невдалеке находилось отделение милиции. Там услышали громкие крики толпы, выглянули из окон, увидели множество возбуждённых людей. И побежали разбираться.

– Как вы думаете, почему эти люди толпятся и шумят? – спросил один милиционер другого.

– Вероятно, там что-то случилось, – ответил второй. – Похоже, там какая-то церемония, на которой кто-то с кем-то поссорился.

Дальше они шагали без рассуждений – нужно было скорее рассеять толпу и задержать виновных в беспорядке.

– Расходитесь! Расходитесь! – ещё издали начали кричать милиционеры. Толпа тут же успокоилась. Двое носильщиков бросились бежать, а Канаев остался на месте, бросив наземь топор и бензопилу.

 

Глава 9

Разговор с милицией

 

Канаев стоял и размышлял: «В милиции служат умные люди – они всегда разгадывают все загадки, которые мы им подкидываем». Тем временем милиция рассеяла толпу. Затем двое подошли к Канаеву.

– Ваши документы! – потребовал один из них, с погонами майора.

– Забыл взять с собой, – солгал хирург. Документы лежали в его внутреннем кармане. Правда, они были фальшивые.

– Непорядок! – громыхнул майор и вынул блокнот с карандашом. – Ваше имя? Год и место рождения? Где и кем работаете?

– Александр Сергеевич Канаев, 1969, Морковск, работаю хирургом в Московском отделении лабораторно-химической хирургии.

– Понятно, – отчеканил майор. – Теперь объясните мне: с какой целью вы начали кромсать этот гроб?

– Его кромсал не только я. Со мною были также два носильщика. Они тоже его кромсали.

– Ясно. Идём в отделение, составляем протокол. Отдохнёте в камере. Потом, я уверен, вас ожидает суд. Отсидите года два, и дело в шляпе.

Канаев подошёл к милиционерам и протянул им руки.

– Что вы хотите? – удивились те.

– Вы должны надеть мне наручники, – ответил хирург.

– Ха-ха-ха! – захохотали милицейские. – Чепуха! В отделении наденем.

 

Глава 10

Быстрое решение

 

Канаева взяли под локотки и повели в отделение милиции. Там на него стали надевать наручники. Но в это время костюм на его руках лопнул и разошёлся, и все увидели зелёные конечности.

– Боже мой! – воскликнули офицеры. – С вас кожу, что ли, снимали?

– Это я покалечился на работе, – ответил Канаев.

Потом его допросили в присутствии начальника отделения. Канаев отвечал кратко и толково, так что допрос длился недолго. Через час его посадили в специальный автомобиль и куда-то повезли.

Вскоре состоялся суд над хирургом. Конечно, никто и не думал приговаривать его к двум годам лишения свободы. За порчу гроба ему дали семь месяцев тюрьмы, и ещё три месяца прибавили за преступные отношения с тёмными личностями.

Ещё через некоторое время Канаева привезли в тюрьму и повели в камеру. В тот миг, когда охранники вели его к двери, случилось самое непонятное, почти невозможное. Хирург напал на них, избил и отобрал оружие. Затем он кинулся в камеру и захлопнул за собой дверь. Там он быстро спрятал пистолеты, принял снотворное, свалился на нары, будто мёртвый, да так и остался лежать.

Охранники вскоре пришли в себя. Они вскочили и ринулись искать злодея. Конечно, они вскоре нашли его лежащим без движения на нарах в камере. Странно, но похищенных пистолетов нигде не было. Тогда охранники решили запереть камеру. Они рассудили, что этого странного осуждённого нужно допросить тогда, когда он проснётся.

 

Глава 11

День побега

 

Ночью Канаев проснулся, вынул спрятанные пистолеты и стал кругами всаживать пули в стену. Вскоре штукатурка начала отставать от кирпичей. Канаев поспешно отслоил один круг штукатурки, осмотрел стену и удивился: там оказалось переплетение множества электрических проводов. Он попробовал было разобраться в них, но тут же запутался, застрял и начал дёргаться.

Со всех сторон заверещал сигнал тревоги. В комнате охранников проснулись два задремавших дежурных офицера. «Что означает эта звуковая сигнализация?» – спросил сонным голосом один офицер. Но другой уже успел уснуть, и потому ничего не ответил. Тогда первый стал бормотать сквозь дремоту цитату из служебной инструкции:

– Согласно статье номер тринадцать… пункт семь… звуковая сигнализация означает… то, что затронуты камерные провода.

Тут офицер моментально проснулся, испуганно вскочил и стремглав помчался к камерам. Он начал отпирать их двери одну за другой и осматривать стены. Добравшись до камеры Канаева, офицер сразу же увидел дыру в стене, а самого заключённого не было – он бесследно исчез. А произошло вот что: пока офицер бежал и осматривал чужие камеры, Канаев разорвал сеть проводов, пролез в дыру и пустился наутёк. Офицер вернулся в комнату охранников и объявил по радио общегородскую тревогу.

Тем временем Канаев бежал по Москве; он изо всех сил спешил в своё хирургическое отделение, чтобы скорее приступить к опытам. Однако бежать пришлось через половину города. На улице начали сгущаться сумерки, и Канаев понял, что он не успеет попасть в лабораторию. Тогда он повернул к своему дому: он чувствовал, что ему нужно спасаться, так как в городе наверняка объявлен розыск. Он понимал также, что за побег ему добавят не менее одного года тюремного срока.

 

Глава 12

Новый директор

 

Войдя в квартиру уже в полной темноте, Канаев шагнул к телефону, нажал кнопку и увидел запись на светящемся табло: «непринятый вызов». Он снял трубку и вывал абонента. Ему тотчас ответил знакомый голос:

– Слушаю.

– Здравствуй, Сергей.

– Привет, Александр. Наконец-то нашёлся! Мы тебя потеряли, все больницы и морги обзвонили… Ты почему ушёл и ничего не сказал? Где ты был?

– Я поехал за документами, по дороге попал в аварию, – солгал Канаев. – Потом в автоинспекции до ночи просидел…

– Понятно, – ответил голос. – Утром жду тебя в лаборатории. Мы приготовили для тебя сюрприз.

– Приятный?

– Думаю, тебе понравится.

– Погоди-ка, Сергей… – Канаев на секунду задумался. – Какая, к чёрту, лаборатория? Завтра же суббота, выходной день.

– Балбес ты беспамятный! – хохотнул голос. – Забыл, что шеф за день до смерти распорядился объявить ближайшую субботу рабочим днём?

– Да-да-да… Точно, забыл! Хорошо, буду в восемь. Спокойной ночи.

– И тебе того же.

Ночь прошла спокойно. Утром Канаев вышел на улицу с опаской, надев дымчатые очки и шляпу. Но никто не обратил на него внимания. Зато в лаборатории его, точно, ждал сюрприз. Едва он шагнул в вестибюль и снял шляпу, как одна из его сотрудниц вышла навстречу и торжественно произнесла:

– Доброе утро, Александр Сергеевич! Поднимитесь, пожалуйста, в приёмную.

– Привет, Маша. Собрание будет?

– А это вы сейчас узнаете.

Канаев поднялся наверх и вошёл в приёмную. Там собрался почти весь коллектив.

– Поз-драв-ляем! – дружно завопили коллеги.

– С чем? – растерялся Канаев. – День рождения у меня через три месяца...

– Тебя директором назначили, дурья башка! То есть, прости… Дорогой наш шеф!

– Это с каких таких радостей?

– В управлении сказали, что ты самый подходящий. Они давно к тебе присматривались. Главный заявил, что он не переживёт твоего отказа.

– Ну, спасибо, дорогие мои! Устроили сюрприз. Но приятный, чёрт меня побери!

И Канаев начал директорствовать.

 

Глава 13

Спор о матери учения

 

Едва Канаев приступил к руководству в своём царстве, как в больнице, в которой несколькими днями раньше с него сняли кожу, стало твориться нечто невообразимое. В тот день, когда кожа была сдана в хирургическую палату, больница неожиданно закрылась на ремонт – на целых два месяца. Но закрылась она только для пациентов и части персонала. На самом же деле в ней кипела работа.

В хирургической палате приступили к операции на коже Канаева. Оперировал опытный хирург. Работа была знакомой, и врач старался делать её обстоятельно, но почему-то суета и торопливость овладевали им против его воли. Когда хирург погружал кожу в «странную воду», та вдруг выплеснула целый ливень брызг; затем при смешивании кожи с «твёрдым синим тестом» возникло бурое облачко вонючего дыма. В конце концов получилась такая дрянь, что заведующий хирургическим отделением больницы – его все называли Контролёром – заявил голосом, не терпящим возражения:

– Очень плохо! Нужно повторить всё сначала.

Хирург повторил один раз, другой, третий… Контролёр всё не был удовлетворён результатом. Только после тринадцатой попытки опыт удался. Тогда хирург осмелился спросить, чем же Контролёр был недоволен.

– Моё недовольство тут ни при чём, – отвечал тот. – Я проверял вас. Вы должны чётко и точно знать, как это делается. Повторение – мать учения. И не надо торопиться, не надо суетиться. Понимаете меня?

– Я вам не ученик! – возмутился хирург. – И вы мне не учитель!

– Не кричите на меня, иначе я вас ударю, – тихо сказал Контролёр.

– Только попробуйте.

– Вы смеете мне перечить? Отныне вы в изгнании!

Хирург размахнулся и почти ударил Контролёра по лицу. Но тот вдруг исчез, как сквозь землю провалился, а на его месте выскочило огненное слово: изгнанник.

 

Глава 14

Бой против своих

 

Через несколько дней после вступления в должность директора Канаев решил устроить проверку всем хирургам. Он начал готовиться к ней, но подготовка едва не обернулась бедой. Когда на столе были аккуратно разложены все нужные документы, Канаев нечаянно запнулся за ножку стеллажа с образцами химических красителей; колбы с жидкостями полетели на стол и залили его красками всех цветов. Канаев ринулся было спасать бумаги, сделал неловкое движение – и сам растянулся на столе, испачкав халат. Он до того рассердился, что схватил стоявшую в углу вешалку и ударил ею в стену. Посыпалась штукатурка, и большой её кусок угодил в огромную стеклянную бутыль с оливковым маслом, подаренную директору женской половиной коллектива. Масло растеклось по всему кабинету. Наконец, когда Канаев прыгнул на стул, чтобы спасти от масла свои дорогие ботинки, он оступился и ударился головой о книжную полку, на которой лежали кульки с конфетами. Полка слетела со стены и конфеты живописно рассеялись по масляной луже.

Тут дверь кабинета отворилась. Заместитель Канаева, Сергей Макакин, повёл глазами во все стороны и заявил:

– Ну и бардак ты тут устроил! Я сейчас соберу коллектив, и мы станем думать о том, как тебя наказать.

Через час Канаева позвали в зал заседаний.

– Коллектив не желает тебя наказывать, – заявил с трибуны Сергей Макакин. – Все говорят, что директора наказывать нехорошо. Так что ты свободен. Можешь идти.

Канаев покраснел, опустил голову и вышел из зала. Он решил прогуляться по скверу, чтобы рассеять тяжёлые мысли. Но едва он вошёл в сквер, как началась новая чертовщина. С одной из скамеек встал человек в чёрном и преградил ему дорогу. Канаев не успел ничего спросить; человек сбросил чёрный плащ и оказался в форме майора милиции. В то же мгновение сзади и с боков подошли четыре лейтенанта. Канаеву показалось, что двоих из них он уже где-то видел.

– Александр Сергеевич Канаев, собственной персоной! – с нехорошей улыбкой отчеканил майор. – Бежали из тюрьмы, стало быть. Нехорошо, нехорошо! Я хочу знать только одно: что вас толкнуло к побегу?

– Мне нужно было продолжить опыты, – серьёзно и просто ответил Канаев. – Мои опыты. Вы меня понимаете?

– Понимаю, – так же серьёзно сказал майор. – Но почему вы не захотели объяснить это нам?

– Вы бы мне не поверили. Вы и сейчас мне не верите.

– Это вы правильно заметили. Сейчас вы пойдёте с нами. Вас ждёт суд и новый тюремный срок. Руки!

Один из лейтенантов вынул наручники и придвинулся ближе к Канаеву. Но тот неожиданно пнул его в живот левой ногой. Пинок правой ногой достался второму знакомому лейтенанту. Третьего лейтенанта Канаев схватил за волосы и ударил лицом о скамейку, а потом его головой двинул в живот четвёртому лейтенанту. Майору же досталась сокрушительная зуботычина; он упал на тротуар и задёргал бровями.

К месту побоища уже спешили хирурги, коллеги Канаева, видевшие всё из окон лаборатории. Они попытались скрутить ему руки, но силы директора, учетверившиеся от ощущения опасности, были непреодолимы. Вскоре пятеро хирургов тоже распластались на тротуаре, и их белые халаты покрыли кровавые пятна.

И тут Канаев услышал звук приближающегося автомобиля. Он не успел ещё ничего сообразить, как из-за бетонной ограды стремительно вырулила «скорая помощь». Чьи-то сильные руки схватили Канаева, втащили его в салон и бросили на каталку. Тут он потерял сознание.

 

Глава 15

Конец чёрно-белого хирурга

 

В голове Канаева пролетали какие-то светлые цветные пятна, звучали обрывки непонятных фраз. Одна из них задержалась в мозгу и, как казалось, целую вечность сверлила его: «Вы должны знать, как нужно пересаживать кожу, вы же хирург!» После это наступило затмение.

Очнулся Канаев от яркого белого света. Открыв глаза, он увидел себя в незнакомой хирургической палате. Какой-то человек в белом халате и хирургической маске гремел металлическими инструментами на стерильном столике. Услышав стон Канаева, он обернулся с улыбкой.

– Пришли в себя, Александр Сергеевич? Как вы себя чувствуете?

– Что со мною? Будто я – это совсем не я.

– Так оно и есть. Мы обновили вашу старую кожу и пересадили её на ваше тело. Она уже прижилась. Поглядите-ка на свои руки. И на лицо тоже. Потерпите минуточку, я принесу вам зеркало.

Врач подал зеркало. Канаев поглядел в него и узнал себя прежнего, каким он был до того, как начались его необыкновенные приключения, описанные выше. А это означало, что чёрно-белого хирурга более не существовало.

 

Эпилог

 

Всё-таки Канаеву пришлось отсидеть в тюрьме положенный срок, то есть в общей сложности три года. Затем он вернулся к своим опытам. Самым удивительным было то, что директорское кресло все эти годы пустовало. Коллеги три года ждали возвращения Канаева и вновь усадили его в это кресло. Однако, несмотря на высокую должность, Канаев всё ставил и ставил опыты. Жаль, что мы никогда ничего о них не узнаем. Несколько лет назад Александр Сергеевич умер и забрал с собою в могилу все свои открытия.

 

© Владимир Мельник, текст, 2013

© Денис Обухов, идея, 2013

© Книжный ларёк, публикация, 2018

—————

Назад